Подкидыш - Филлис Холлдорсон

Рик искоса глянул на Джоди, сидящую рядом с ним.

— Удачное платье, — похвалил он. — Этот цвет придает фиалковый оттенок вашим прекрасным глазам, мисс.

Джоди счастливо улыбнулась.

— Это платье вашей сестры. Дороти дала мне его напрокат.

Он потянулся и взял ее руку в свою.

— Ну, у Джессики всегда был хороший вкус. Не помню, как выглядела в этом платье она, но на вас оно — высший класс.

— Благодарю вас. — Она слегка пожала его руку, он ответил на ее рукопожатие и сменил тему.

— Я договорился с оценщиком, он приедет из Льюистона во вторник. Не удалось предупредить вас, но, если время неудобное, мы это исправим.

Она уже поняла, что если Рик Макбрайд обещает что-то сделать, то сделает.

— Отлично, — сказала она. — Спасибо, Рик. Я вам так благодарна! Мне неловко, что у вас из-за меня столько хлопот.

Он поднял ее руку к губам и поцеловал.

— Одно удовольствие, а не хлопоты, — пробормотал он и крепче взялся за руль.

Танц-холл представлял собой прямоугольное здание, состоящее из большого зала плюс маленькая кухня и туалеты. Напротив, на сцене, высилась большая стереосистема, что означало: оркестра сегодня не будет. По залу рядами стояли складные столы и стулья, а буфеты вдоль стен уже ломились от еды.

Они заметили среди толпы у сцены родителей Рика и помахали им. Потом прошли через зал, неся кастрюлю с чили туда, где стояли горячие блюда. С Риком то и дело здоровались, и шли они медленно. Рик знакомил Джоди, объяснял, кто она такая, и тогда разговор принимал новый оборот, а когда они наконец стали искать местечко, чтобы усесться, большинство мест было уже занято.

Они сели за столик, где уже расположилась молодая чета. Рик представил их Джоди: Джим и Корали Бакли.

— Джим — фермер и председатель окружного совета наблюдателей.

После соболезнований по поводу смерти ее бабки Джоди и Корали, сидевшие рядом, продолжали болтать. Корали была беременна, и Джоди справилась, когда ждут малыша.

— Через два месяца, — счастливо сказала Корали, — и мы уже знаем, что это мальчик.

Джоди задохнулась от зависти. Когда-нибудь, Бог даст, и она скажет такие слова.

— Просто чудо, — с энтузиазмом сказала она. — Первенец?

— Ну, не вполне — у Джима две дочки от первого брака, они живут с нами, и я их считаю своими. Но сын у нас первый.

Какая славная, подумала Джоди. По взглядам, какими обменивались супруги, было видно, что они любят друг друга. Джоди захотелось остаться в городке подольше, чтобы подружиться с Корали. Она была уверена, что у них много общего.

Часом позже, когда все насытились, столы и стулья убрали под сцену, а у стереосистемы занял свое место диск-жокей.

К радости Джоди, первым номером была веселая полька, и носок ее туфельки принялся невольно отбивать ритм. Рик взял ее за руку, вывел на середину, обнял за талию, и они закружили по залу.

Джоди была в восторге. Она уже забыла, когда отплясывала польку последний раз. В Цинциннати больше тяготели к рок-н-роллу и блюзам, но живая полька позволяла забыть все печали.

Когда музыка смолкла, Джоди не сразу вернулась на землю, а когда это все-таки произошло, Рик не выпустил ее из объятий, ожидая следующего танца. Точно так же он обнимал ее прошлой ночью, пытаясь прикрыть от ветра, но теперь все было иначе. Не так скрытно, более интимно, что ли. Он не согревал ее. Просто обнимал, потому что хотел этого.

Оба еще не отдышались после танца. Ее вздымающаяся грудь прижималась к его груди.

Не успели они заговорить, как музыка грянула снова. На этот раз исполнялась западная баллада, тягучая, лирическая.

Очень скоро объятия Рика стали еще более интимными. Джоди и смутилась, и обрадовалась. Значит, она ему все-таки не безразлична, в своих же чувствах она не сомневается.

С тихим стоном Рик прижал ее к себе еще крепче, и она не стала противиться…

— Теперь ты знаешь, что со мной происходит, — шепнул он ей на ухо.

С легким трепетом Джоди сказала первое, что пришло в голову:

— Да… мне очень жаль…

— В самом деле? — Наклонившись, он впился в ее глаза своими, потемневшими от страсти.

Лукавить с ним она не могла и не хотела.

Он прижался щекой к ее волосам.

— Известно ли тебе, что между нами не может быть ничего серьезного?

Совсем не этих слов она от него ждала, но не могла не признать, что Рик прав.

— Именно это я себе все время и твержу.

— И сама себе веришь?

Джоди повернула голову, чтобы прильнуть щекой к его щеке, гладко выбритой, пахнущей чистотой и особым мужским запахом.

— Не знаю. Разум говорит мне, что это так, но потом появляешься ты, и здравый смысл уступает другим, более сильным чувствам.

Он выпрямился.

— Черт, Джоди, ты сводишь меня с ума. Пошли отсюда.

Не прерывая танца, он довел ее до двери, потом взял за руку, и они вышли на улицу. Было холодно, а она опять без пальто! Рик сбросил пиджак, накинул на нее.

— Погуляем, — сказал он. — Не могу я вернуться туда в таком виде.

Джоди, бодро шагая рядом, не удержавшись, хихикнула.

— Смешно, да? — Голос его звучал печально.

— Нет, Рик, — серьезно ответила она. — Не смешно. Скорее, лестно, что я на тебя так действую.

Он остановился, чтобы взглянуть на нее. Уличный фонарь освещал ее лицо. Джоди боялась, он рассердится, но Рик с нежной улыбкой положил руки ей на плечи.

— Ах ты, плутовка, — мягко сказал он. — Мучишь меня с той самой минуты, как я тебя увидел, и рада.

С легким уколом совести она опустила глаза. Ей совсем не хотелось, чтобы Рик из-за нее страдал, но дело-то в том, что и он на нее действовал с той же силой. Как же не радоваться, что чувство взаимно!

— Потому что меня к тебе очень влечет, — призналась она. — Знаю, что ничего из этого не выйдет. Мы живем за сотни миль друг от друга, у нас разные цели и интересы, но я не могу бороться со своими чувствами. — Она глубоко вздохнула и нерешительно добавила: — Рик, если бы я бросила Цинциннати и переехала в Коппер-Каньон, это что-нибудь значило бы для тебя?

Изумление отразилось на его лице, и Джоди поспешно продолжала:

— Нет, я не прошу тебя дать мне слово или что-то вроде этого. Я понимаю, надо привыкнуть друг к другу, получше узнать, на это уйдет время и все такое, но если расстояние как препятствие снять, есть шанс, что я буду тебе нужна?

Удивление на лице Рика сменилось отчаянием, он стиснул ей плечи.

— Черт, Джоди, разве ты не понимаешь, что я тебе говорю? Ну так слушай же. Я продал бы душу черту за одну лишь ночь с тобой, и пусть бы все пошло своим чередом, но я не сделаю этого ни сейчас, ни позже. Никогда!