Только для посвященных - Татьяна Коган

– Все верно, – мужчина развел руками. – Мне действительно нужна помощь.

– Откуда вы? Вы здесь живете? Или заблудились?

– Не знаю.

Велецкая пристально посмотрела на него:

– Не знаете что?

– Боюсь, что ничего, – тонкие губы дрогнули в слабой улыбке.

– Мне кажется, вы замерзли. Пойдемте в дом, и там вы расскажете мне о своей проблеме, – она взяла его за руку и потянула в сторону красивого трехэтажного особняка.

Едва зашли в дом, хозяйка налила виски в пузатый стакан и протянула гостю:

– Выпейте. Вам нужно согреться, не то вы заболеете.

Джек подчинился и залпом осушил стакан. Крепкий напиток обжег горло, и в ту же секунду по телу прокатилась приятная теплая волна.

– Садитесь же, – предложила хозяйка, указав на кресло возле камина. – Давайте познакомимся. Как вас зовут?

– Джек.

– Джек? – удивилась собеседница.

– Кирилл.

– Кирилл? – удивилась она еще сильнее. – Как же все-таки?

– Вы простите, это действительно звучит глупо, – мужчина сглотнул застрявший в горле комок. – Мне кажется, что мое имя Джек. Хотя по паспорту получается Кирилл. Я просто не помню. Ничего. Понимаете? Я проснулся в пустом доме, рядом валялись документы и кредитная карточка… Я понятия не имею, кто я такой.

– Вы хотите сказать, что у вас амнезия?

– Другого объяснения я не нахожу.

– Пожалуйста, не волнуйтесь, – Ольга ободряюще пожала его предплечье. – Мы во всем разберемся. Для начала давайте решим, как мы будем обращаться друг к другу.

– Наверное, надо доверять официальной бумаге. Зовите меня Кирилл. Так будет правильнее.

– А вы зовите меня Ольгой. Фамилия моя Велецкая. Будем знакомы. Итак, Кирилл, хоть что-нибудь вы помните?

В доме Ольги Велецкой было тепло и уютно. Кто-то посчитал бы сдержанный минималистский дизайн не подходящим для семейного гнездышка, но после ночи в пустом коттедже обжитое помещение показалось Кириллу верхом комфорта. Хозяйка наскоро приготовила обед. И только учуяв аппетитный запах, он понял, как сильно проголодался. Съел свою порцию и от добавки не отказался. Насытившись, расслабился и удобнее устроился в кресле, вытянув ноги к растопленному камину.

Ольга сидела рядом на диване и говорила о том, какие шаги нужно предпринять. Он слушал и незаметно разглядывал новую знакомую. Ей было чуть за тридцать, хотя выглядела она гораздо моложе. Ни одной морщинки на правильном лице. «Должно быть, у нее скупая мимика», – подумал Кирилл. Русые волосы были собраны в низкий хвост, открывая красивую шею. Интересно, какой тип женщин нравился ему раньше?

– Сейчас мы поедем в банк. Нужно выяснить, есть ли у вас средства на счету.

– Хорошо. Вы объясните мне дорогу?

– Я вас сама довезу, – Ольга порывисто встала и направилась к шкафу. Вернулась с мужской курткой. – Вот, наденьте. Это моего мужа. Размер великоват, зато не замерзнете.

– Мне неловко. Я не хотел утруждать вас.

– Бросьте. Я ведь сама предложила помощь. Одевайтесь же! – Ольга взяла со стола ключи от машины. – Дорогу уже расчистили, в райцентр доедем быстро. Паспорт у вас с собой?

Для первого дня впечатлений было слишком много. Голова кружилась, поднялась температура. Кирилла знобило. Он лег на тугой матрас и накрылся одеялом. Ольга не могла допустить, чтобы сосед ночевал на голом полу, и вручила ему постельные принадлежности и ряд необходимых мелочей.

Поездка в банк ситуацию не прояснила, лишь добавила вопросов. На карточке Кирилла оказалось тридцать тысяч долларов. Сумма приличная. Он снял несколько сотен – купить одежду и продукты. Не злоупотреблять же добротой новой знакомой. Поход в магазин решил отложить на завтра. Уже вечерело, да и чувствовал он себя не лучшим образом. Наверное, простыл. Ольга дала таблетки и велела хорошо выспаться.

Кирилл бы с удовольствием задремал, но внезапно нахлынувший страх не давал ему покоя. А что, если, проснувшись, он ничего не вспомнит о минувшем дне? Что, если каждую ночь его мозг блокирует свежие впечатления, возвращая к нулевой отметке? Что, если ему суждено каждый день начинать жизнь с пустого листа? И завтра он не вспомнит ни сердобольную Ольгу, ни поездку в банк, ни животный ужас, охвативший его сейчас. Нужно как-то справляться. Иначе к амнезии добавится шизофрения. А с таким багажом далеко не уедешь.

Перевернулся на бок лицом к стене. Размышлять о будущем бессмысленно. Всего, что случится, не предугадаешь. Даже если завтра он утратит и те немногие воспоминания, что успел накопить, переживания на эту тему ничего не изменят. В конечном итоге прошлое и будущее – не существующие тени настоящего. Единственная ценность – этот самый миг. На нем и стоит сосредоточиться.

Кирилл напрягся. Ему отчетливо показалось, что по дому кто-то ходит. Очень хотелось оглянуться, а еще лучше – вскочить и зажечь свет. Но он заставил себя лежать смирно, не потакать расстроенному воображению. Дом пустой, спрятаться здесь негде. Входная дверь закрыта. Не привидение же это, в самом-то деле.

Черт. Кто-то определенно находился в комнате. Стоял в паре метров и внимательно смотрел на него. Кирилл спиной чувствовал взгляд. Ему даже послышался тихий горестный вздох. Словно кто-то не справился с переполнявшими его эмоциями, но в последнюю секунду закрыл рот ладонью, чтобы не разбудить спящего.

Кирилл резко обернулся. Комната была пуста. Свет уличных фонарей проецировал тусклый квадрат на темный пол. Ни тени, ни шороха за окном. Ночь была тиха и неподвижна.

В дверь настойчиво постучали. Кирилл сел, протирая глаза. Солнечный свет заполнил все пространство комнаты, отчего та визуально увеличилась в размерах. Он натянул брюки и зашлепал босиком в прихожую.

– Доброе утро, сосед, – Ольга стояла на пороге, постукивая ногой о ногу. – Такой мороз с утра!

– Доброе утро, – Кирилл улыбнулся. Он не забыл! Он прекрасно помнит вчерашний день.

Велецкая прошла в дом, по-хозяйски осмотрелась. Присесть было негде, поэтому она оперлась о подоконник:

– У меня хорошие новости.

Кирилл заинтересованно поглядел на гостью. Она продолжила:

– Я сегодня ездила в районное бюро технической информации, у меня там знакомая работает. Подарила ей дорогое вино, ее любимое. Выяснила, кому принадлежит этот дом.

Повисла пауза. Он не выдержал первым:

– И кому же?

– Смирнову Кириллу Андреевичу.

– То есть мне.

– Получается так. Покупка оформлена чуть больше недели назад. На документах стоит ваша подпись. Поздравляю.

– Спасибо, – Кирилл усмехнулся. – По крайней мере, я живу в собственном доме. Это утешает.

– Вкус на недвижимость у вас хороший. Но пока тут не очень уютно. Пойдемте ко мне? Я накормлю вас, – Ольга посмотрела вопросительно.

– А я не поставлю вас в неловкую ситуацию? Вы замужем, ваш супруг не будет ревновать?

– Мой супруг уже трое суток не появляется дома, заработался. А повода для ревности мы ему не дадим. Не так ли?

У нее были пухлые губы красивого розового оттенка – такой естественный цвет не придаст ни одна помада. Черный свитер соблазнительно обтягивал большую грудь. Волосы были распущены. Ольга заправила прядку за ухо и повторила:

– Не так ли?

Кирилл кивнул. Какие бы дамы ни привлекали его прежде, сейчас ему определенно нравилась Ольга. Возможно, потому, что была первой женщиной, увиденной после странного пробуждения. Причины возникшей симпатии не волновали мужчину. Он жадно собирал любые эмоции, чтобы заполнить гнетущую пустоту внутри. Ему страстно хотелось верить, что его прежняя жизнь была особенной, яркой, бурлящей событиями. Но интуиция молчала, не давая ни малейшего намека. Прошлое не скрывалось, подобно пугливому зверю. Прошлое просто исчезло.

Кирилл не знал, как реагировать. Он испытывал дискомфорт по поводу этой ситуации, но доминирующих чувств не замечал. Неужели без прошлого человек теряет и то, что некогда составляло его личность? Кто знает, может, до амнезии он был склонен к депрессиям? Или, наоборот, отличался неубиваемым оптимизмом? Был скромным или наглым? Трусливым или смелым? Общительным или замкнутым? Ставил амбициозные цели или довольствовался малым? Кирилл старался прислушаться к себе, уловить внутренние ощущения. Но то ли он сделался безнадежно глух, то ли там, в сердце, царила мертвая тишина.

Кирилл не стал скрывать от Ольги загадочное послание, обнаруженное вместе с другими документами. Она долго изучала записку и явно собиралась сказать что-то, но передумала. Пожала плечами.

– Наверное, нужно обратиться в полицию, – задумчиво произнес он.

– Не спешите. А вдруг вас подозревают в каком-нибудь преступлении? Вы не виновны, но не сможете ничего сказать в свою защиту.

– А если я виновен?

– Тогда тем более стоит повременить. Не думаю, что в тюрьме у вас будет много возможностей восстановить память и, следовательно, искренне раскаяться.