Эта покорная тварь – женщина - В. Гитин

-----------------------------------------------------------------------------------------------

У Федора Михайловича Достоевского, в его «Записках из подполья», есть такой монолог ведущего персонажа, пришедшего к проститутке:

«— Ты не смотри на меня, что я здесь, я тебе не пример. Я, может быть, еще тебя хуже. Я, впрочем, пьяный сюда зашел... К тому же мужчина женщине совсем не пример. Дело разное; я хоть и гажу себя и мараю, да зато ничей я не раб; был. да пошел, и нет меня. Стряхнул с себя и опять не тот. А взять то, что ты с первого начала — раба. Да, раба! Ты все отдаешь, всю волю. И порвать потом эти цепи захочешь, да уж нет: все крепче и крепче тебя будут опутывать. Это уж такая цепь проклятая... Все равно что черту душу...»

Рабство тела только у избранных не совпадает с рабством души.

Но проститутки к избранным не относятся, увы...

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

ЗВЕРИНАЯ ПОХОТЬ 

I

ДАМСКОЕ СЧАСТЬЕ

Одна умная женщина бросила мне как-то фразу, которая, возможно, проливает свет на природу слабого пола: «Когда женщина выбирает любовника, ей не так важно, нравится ли он ей, как нравится ли он другим женщинам».

«Дамское счастье» — название большого универсального магазина для женщин в одноименном романе Эмиля Золя.

Женщины безумно любят проводить долгие часы в таких магазинах, с их суетой нескончаемого праздника, с калейдоскопом самых разнообразных искушений и пьянящей радостью обретения желаемого.

Впрочем, понятие «желаемое» не столько определяется истинными потребностями женщины, сколько уровнем спроса на него со стороны ее извечных соперниц — других женщин.

То же самое происходит и в том огромном магазине, который называется Жизнью, с ее необходимостями, потребностями, соблазнами, с противоречиями и расхождениями между желаемым и действительным, с жестокими и сладкими муками выбора нужного (или того, который представляется нужным) товара...

В списке необходимых приобретений ЖЕНЩИНЫ на первом месте, согласно велениям Природы, стоит МУЖЧИНА.

И женщина спешит в магазин с многообещающим названием «Дамское счастье»...

ВЛЕЧЕНИЕ

Половое влечение, называемое Фрейдом «либидо», является как необходимым условием развития жизни на Земле, так и главным побудительным мотивом контактов между мужскими и женскими особями.

Либидо — основная пружина жизнедеятельности человека,— оказывает огромное влияние на формирование мужского и женского характеров.

Как отмечает Фрейд, «только с наступлением половой зрелости устанавливается резкое отличие мужского и женского характера — противоположность, оказывающая большее влияние на весь склад жизни человека, чем что бы то ни было другое. Врожденные мужские и женские свойства хорошо заметны уже в детском возрасте: развитие тормозов сексуальности (стыда, отвращения, сострадания и т. д.) наступает у девочки раньше и встречает меньше сопротивления, чем у мальчика; склонность к сексуальному вытеснению кажется вообще большей; там, где проявляются частные влечения сексуальности, они предпочитают пассивную форму»[14].

В связи с этим можно сказать, что женское влечение — при любой его интенсивности или уровне развития запретных барьеров — всегда носит пассивный, даже жертвенный характер, присущий добровольному объекту сексуальной агрессии.

В сновидениях девственниц, совершенно незнакомых с практической стороной секса, неизменно присутствует элемент покорения насилию, и это ощущение не только не вызывает отторжения или ужаса, но наоборот, является вполне желанным и приносящим удовлетворение.

Возьмем хотя бы сон Татьяны из «Евгения Онегина», в котором Пушкин явно предвосхитил Фрейда своей сексуальной символикой. Ведь преследователь этой невинной девушки — никто иной как медведь — символ сверх-либидо, образ которого принял во сне Евгений — предмет чувственного влечения Татьяны.

«Мое!» — сказал Евгений грозно,И шайка вся сокрылась вдруг;Осталася во тьме морознойМладая дева с ним сам-друг,Онегин тихо увлекаетТатьяну в угол и слагав!Ее на шаткую скамью...»

Эротические сновидения всех нормальных (не подверженных сексуальным отклонениям) женщин, как правило, содержат в себе покорение их властным и агрессивным самцом.

В романах классиков мы часто встречаем такие выражения, как: «она уступила ему», «отдалась» или «он грубо (или нежно) взял ее» и т. д.

Так же мы описываем и половые отношения в животном мире: «бык покрыл корову» или «петух потоптал курицу».

И это все при абсолютной добровольности вступления в эти отношения.

Даже грозная царица Тамара, убивавшая своих любовников, все- таки вначале отдавалась им.

Эта особенность физической любви женщины, естественно, накладывает отпечаток и на ее духовно-нравственную сферу.

АРГУМЕНТЫ:

«Можно сказать с положительностью, что любовь женщины к мужчине... является известного рода связью, которая устанавливается обыкновенно между низшим и высшим существом.

Капитан Stodmann был болен тяжелой болезнью, от которой был спасен благодаря заботливому уходу за ним молодой негритянки из Surinam’a. В награду за это он хотел жениться на ней и сделать ее свободной, но она отказалась выйти замуж за него, говоря: «Господин, я создана для рабства, и брак этот только повредит тебе в глазах твоих товарищей; позволь мне лучше последовать за тобой в качестве рабыни и оставаться при тебе столько, сколько я буду заслуживать этого своей любовью и привязанностью к тебе».

Одна таитянка была влюблена во французского флотского офицера. Последний однажды заметил ей, что у нее очень красивая рука. Тогда таитянка сказала: «Она тебе нравится? Отрежь ее и возьми с собой во Францию».

Г-жа Carlyle, жена знаменитого английского писателя, отличалась вообще независимым характером. Когда она была молодой девушкой, любимым занятием ее было лазить на стены и драться со своими школьными подругами. Выйдя замуж, она стала самой кроткой и послушной слугой своего странного и жестокого мужа. В это время последний был еще беден и неизвестен, и она отдала ему все свое небольшое состояние для того, чтобы он мог свободно работать, не заботясь о средствах к существованию. Из угождения к нему она поселилась в Kraighnputtock, в местности, климат которой был очень вреден для ее здоровья. В награду за такую жертву муж запретил ей заходить к нему в рабочий кабинет и все время заставлял ее починять ему платье и обувь и готовить его любимые блюда. В продолжение целых месяцев он не говорил с ней ни слова, словно не замечая ее вовсе, даже тогда, когда она была больна. Нередко он нарочно в ее присутствии начинал ухаживать за дамами высшего английского общества. Но никогда эта женщина не выразила своих страданий ни малейшей жалобой. «Прошу вас,— писала она ему,— быть немного добрее и снисходительнее к вашей Gooda (ее насмешливое прозвище), потому что она вас очень любит и всегда готова исполнить ваше малейшее желание; если вы ей прикажете, она полезет на луну... Но если господин мой не найдет для меня ни одного слова, ни одного вгляда, то что же мне останется, кроме отчаяния? Я замкнусь в себе самой и сделаюсь несносной для всех»... В «Путешествии по Австрии» Cadet-Gassicourt’a, которого цитирует Stendal, мы читаем следующее: «На свете нет более угодливого и кроткого существа, чем австрийская женщина... Одна венка была любовницей некоего французского офицера. Любовник не только обманывал ее, но даже знакомил с подробностями своих грязных похождений; она же, несмотря на это, ухаживала за ним с полной самоотверженностью и удвоила свои заботы, когда он заболел, но он тем не менее не переменил после всего своего обращения с ней и любил ее не больше прежнего».

«Любовь,— пишет Georges Sand,— это добровольное рабство, к которому стремится натура женщины». Жалуясь на то, что ее покинул Alfred de Musset, она говорит: «Я должна страдать для кого-то,

должна исчерпать тот излишек энергии и чувства, который есть во мне. Мне необходимо, наконец, питать эту материнскую заботу, с которой я привыкла бодрствовать у изголовья страдающего и изнеможенного существа».

Приведенные строки бросают истинный свет на ту психологическую задачу, изучением которой мы заняты в настоящую минуту. Именно женщина, поставленная у всех народов в условия рабства, вполне зависящая всюду от произвола мужчины, существо слабое и не способное к энергичному сопротивлению, несомненно всегда и везде старалась действовать на лучшие чувства мужчины, чтобы добиться его расположения кротостью и привязанностью. Поэтому она всегда стремилась окружить его возможно большею нежностью, довольствуясь сама лишь ничтожными частицами ее.