Во мраке бытия - Рон Хаббард

Хеллер самым торжественным образом выразил свою благодарность, и дипломаты удалились, счастливые и довольные.

После этого я уже совсем не мог заснуть. Заполучить такое великолепное оружие только за то, что он применил довольно дешевый и подлый прием! Да и вообще, это было просто нечестно. Ведь Хеллер прикрывался надуманным фальшивым именем. Подумаешь, «принц X»! Знали бы они, что Хеллер был самым обыкновенным военным инженером Флота и по происхождению принадлежал к среднему классу, точно так же, как и я. Но я превосходил его по чину. Надо же — такое великолепное оружие пропало зря! Вот поэтому, как я уже говорил ранее, я и возлагал такие надежды на мисс Симмонс. Примерно в девять часов утра по нью-йоркскому времени из занимаемых Хеллером апартаментов пошли радиопомехи. Неужели он так разволновался, готовясь к первым воскресным занятиям? Вовсе нет! Он имел явно искаженную точку зрения относительно наслаждения природой!

Первое, что мне удалось разглядеть на экране, когда рябь наконец пропала, был девичий затылок. Затылок брюнетки, которая лежала ничком на диване, чуть откинув голову набок. Руки ее при этом слабо двигались по дивану — явное свидетельство полного физического переутомления. Хеллер усиленно массировал ее затылок, точными движениями нажимая на какие-то известные ему одному чувствительные точки. На приставном столике стоял серебряный кувшин, который я мог разглядеть только боковым зрением. Точно так же я смог определить, что на Хеллере был белый купальный халат и что сидел он на краешке дивана, возвышаясь над полураздетой девушкой.

— Ой, — простонала она, — по-моему, я умираю!

Хеллер, однако, продолжал обрабатывать ее затылок.

— Ничего, ничего, — говорил он успокаивающе. — Сейчас тебе полегчает, Миртли.

— Семнадцать раз, подумать только, — простонала она.

— Ну а теперь ты можешь пошевелить головой? — спросил он.

Она повертела головой и снова застонала.

— Можно подумать, что меня изнасиловал слон.

— Да, сочувствую, — сказал Хеллер.

Я вдруг понял, в чем тут дело. Это чудовище наверняка воспользовалось беспомощностью бедняжки! А девчонка прехорошенькая, это я мог сказать точно, потому что она как раз обратила лицо в его сторону.

— Ну вот, милый, теперь мне лучше, — сказала она. — Не приведи Господь испытать еще одну такую ночку!

Ага, значит, популярность Хеллера среди этих девушек далеко не так велика, как мне казалось сначала! Она неуверенно поднялась с дивана, машинально взяла лежавший рядом халатик и, словно плохо соображая, что делает, кое-как прикрыла наготу.

— Теперь тебе нужно принять ванну, — сказал Хеллер, — хорошенько отоспаться, и все будет прекрасно.

— О Боже, надеюсь, что так. А можно я зайду к тебе попозже?

О боги, подумал я. Силой внушения он подчинил себе эту бедняжку. Сделал ее рабыней мазохизма!

— У меня сегодня в час занятия по курсу восхищения природой.

— Ну, никто никогда не жаловался на то, что природа обделила меня тем, чем следует восхищаться, — слабо возразила Миртли и шатающейся походкой, босая и полураздетая, вышла из его комнаты.

Бедное обиженное дитя! Хеллер позвонил вниз, чтобы ему принесли завтрак, а потом снова подошел к телефону. Ничего удивительного, что я не всегдапоспевал за ним! Он занимался делами под прикрытием чистых развлечений. Хитрюга! В трубке послышался детский голосок.

— Позови, пожалуйста, Майка Мутационе, — сказал Хеллер.

И когда ребенок позвал папу, Хеллер заговорил снова:

— Майк, простите, пожалуйста, что я нарушаю ваш воскресный отдых. Но мне хотелось знать, доставили ли вам такси?

— Конечно, парень. Отличная машина! Мы ее наладим так быстро, что ты и оглянуться не успеешь!

— Вот и прекрасно. Только вот еще что. Слушайте внимательно. Я пришлю вам маленькую бутылочку с одним препаратом. Полную инструкцию к ней я приложу. Я хочу, чтобы вы добавили эту штуку к краске для наружных работ и надписей. Делается это очень просто. Состав прекрасно смешивается с любым видом или сортом краски. Так вот, когда вы установите мотор, стекла, выправите кузов и приладите обивку, для дальнейших работ пользуйтесь только той краской, в которой имеется эта добавка.

— Она что, придает блеска? — спросил Майк.

— Да, что-то вроде этого, — сказал Хеллер. — Так флакончик с этой штукой я обязательно пришлю вам. Во всяком случае он уже будет у вас к тому моменту, когда, придет время приступать к окраске.

— Конечно, парень, ты только не беспокойся. А ремонт «кадиллака» идет как по часам. Была маленькая задержка с новым мотором, но нам его уже выслали. Точно так же с поршнями из нового сплава. Когда мы все наладим, он будет запросто давать сто девяносто миль в час. — Майк рассмеялся. — Так что не снимай ногу с педали тормоза, иначе он тебя унесет прямо на Луну.

— С ним вы можете не торопиться, — сказал Хеллер. — А вот такси мне нужно позарез.

— Получишь его, парень. А то подъезжал бы к нам сегодня. Мы всей семьей сходили бы и послушали воскресную мессу.

— Сегодня у меня занятия по восхищению природой. Но благодарю за любезное приглашение, Майк. Чао!

Воскресная месса? Да эти (…) сицилийцы в два счета обратят его еще и в христианство! Тут принесли завтрак. Поднос венчала огромная ваза с шоколадным мороженым. Официант едва успел закрыть за собой дверь, как она тут же вновь распахнулась, и в комнату крадучись проникла величественная блондинка великолепной внешности.

— Привет, Саманта, — сказал Хеллер. — Позавтракаем вместе?

Она отрицательно покачала головой и, усевшись в стоящее рядом кресло, кивком указана на дверь.

— Только что отсюда вышла Миртли, я не обозналась? Ах, красавчик, будь поосторожней — за этой Миртли нужен глаз да глаз.

Хеллер рассмеялся.

— Нет, я говорю совершенно серьезно, моя радость. Ты послеживай за ней. Она изобретательна и коварна. Уж я-то ее отлично знаю. Вот, погляди, когда она вошла сюда, она сделала вот так? И Саманта развязала пояс на своем халате. Под ним у нее ничего не оказалось. Так, может, именно в этом и состояла идея Хеллера относительно красот природы?

Потом она села так, что ее стройные ноги почти касались Хеллера.

— А после этого она села к тебе бочком, вот так? — И она позаботилась, чтобы ничто не прикрывало ее длинных ног. — А после этого она вот так, вроде невзначай, не обнажала бедро?

А потом разве не провела по нему пальчиком и не попросила тебя поглядеть, нет ли там царапинки? Вот видишь, красавчик, как строго нужно следить за Миртли. А потом, проделав все это, не встала ли она перед тобой вот так и не позволила своему халату вот так вот упасть на пол? — И Саманта позволила халату пасть на пол. — А после этого она разве не сказала тебе, что у нее побаливает левая грудь? А потом — о, я прекрасно знаю эту Миртли! — не приподняла ли она ее рукой и не попросила ли тебя поглядеть, нет ли там царапины? А потом не стала ли она вот так прохаживаться рядом и просить, чтобы ты получше проверил, чтобы убедиться окончательно?

Тут уж Хеллер не выдержал и расхохотался.

— Ты сама будь поосторожней, иначе вымажешься мороженым! — сказал он.

— А потом, я уверена, она принялась расхаживать как бы в рассеянности по комнате, примерно вот так, да? О, я тебя предупреждаю, с ней надо быть все время начеку. А потом, все с тем же рассеянным видом, не подняла ли она с пола свое якобы оброненное платье? И тут она наверняка сделала вид, будто только сейчас заметила, что ходит совершенно голая, и, словно смутившись, побежала примерно вот так в спальню, волоча за собой по полу халат? А потом не глянула ли на тебя вот так, приостановившись в дверях? Да, парень, этой Миртли нельзя давать воли! Она способна на что угодно!

— У меня там даже постель не убрана, — предупредил Хеллер.

За дальнейшими действиями Самантй он мог наблюдать благодаря множеству развешанных повсюду зеркал.

— А потом, — не унималась девушка, — она наверняка принялась щупать, достаточно ли мягка твоя постель? А потом не сказала ли она, что ей хочется сравнить, так ли она мягка, как ее собственная, и не разрешишь ли ты ей улечься в ней вот так вот?

Саманта забралась в постель, но укрываться не стала, а разлеглась в небрежной соблазнительной позе.

— А потом не принялась ли она поглаживать вот так свое тело? Ты ведь наверняка запомнил это, красавчик? О, я же говорю, что, за ней нужно все замечать, иначе и не поймешь, на какие хитрости пускается эта Миртли! А потом разве она не протянула жалобно к тебе руки и не принялась ли уверять, будто одинока, брошена всеми, что ей так нужна ласка и…

— Саманта, — сказал Хеллер, — ну-ка, сейчас же вылезай из постели и иди сюда.

— О, красавчик, — промурлыкала она, — ты наверняка хочешь, чтобы я встала и стояла так, пока ты…