Миры Пола Андерсона. Том 18 - Пол Андерсон

Город выглядел небольшим даже вблизи. Из Девяти Городов он был самым маленьким — около пятидесяти тысяч домов — и вторым по возрасту; в нем сохранилось много старых сооружений, теснившихся друг к другу, и землянок, конструкция которых напоминала жилища первопроходцев. В стороне от главных улиц они были в большинстве своем неосвещенными. В городе жили здравомыслящие граждане, которые рано отправлялись спать. Правда, кое-где окна слабо светились. Единственный современный небоскреб отливал под Селеной металлическим блеском — судя по всему, некоторым его обитателям было не до сна. Над крышами вздымались шпили собора. Луна светила так ярко, что Карлсарм мог поручиться, что различает отражаемые ею цвета.

С полей доносилось приглушенное бормотание машин. Странно, но для Карлсарма эти звуки были почти желанными. Как только он вспоминал о лесах, фермерские хозяйства подавляли его своей пустотой, безжизненностью, и неважно, что в них собирали богатые урожаи, а на полях паслись огромные стада животных.

Вздрогнув от холода, Карлсарм оглянулся на запад, словно искал в этом успокоения. Туман, скрывавший большую часть его армии, мерцал белесым светом. Его, несомненно, уже увидели, но в такой близости от океана Лаврентия это явление было делом естественным. Из-за горизонта, едва различимые, как будто бестелесные, появились три высочайших снежных пика Виндхука. Дом лежал где-то далеко-далеко; вечный путь к нему ожидал тех, кому предстояло погибнуть.

«Остановись», — прошептал себе Карлсарм и, вытащив из колчана стрелу, вставил ее в арбалет. Потом сильно нажал на ручку и, прицелившись, спустил курок. Этой ночью он был не человеком, а оружием.

Карлсарм бегом вернулся к своим людям. Туман сгущался; его холодные влажные клочья кружились, опускаясь на землю, а Хозяйка Рэнда выпускала из садков своих любимцев и тихо напевала:

Туман, сияющий, искристыйНалит в фиал из аметистаТрепещут крылышки:«Бай-бай, Дружок, скорее засыпай».Ах! Лунный свет порхаетИ в небо улетает!

«Интересно, действительно ли в этом есть необходимость? — подумал Карлсарм. — Почему женщины, обладающие Мастерством, должны скрывать все, что касается их работы?» Он слышал приглушенное жужжание насекомых и на какое-то мгновение увидел маленькие тельца, сверкнувшие в свете Селены. Рассеяв в воздухе капельки, эти крошечные создания садились на стебельки ржи, впитывали в себя росу и вновь взлетали. Скоро облако стало таким густым, что люди почти перестали что-либо видеть. Они держали связь друг с другом с помощью сигналов, имитируя крики, чириканье, пищание и пение птиц, и ориентировались по запаху — всем известному и отчетливо различимому запаху войны.

Карлсарм обнаружил Вольфа возле одного из церберов, глаза которого светились в тумане, будто красные угли.

— Все в порядке? — спросил он.

— Да. Если мы только сможем охранить боеспособность в этой заварухе.

— Сможем. Мы набрались опыта на затопленных землях — так неужели же не сможем победить на суше? Ладно, пошли. — Карлсарм издал низкий вибрирующий звук.

Звук понесся от человека к человеку, от подразделения к подразделению, и те, кто понимал птичий язык, услышали следующее: «Вперед, мы идем за добычей».

Туман быстро перемещался по направлению к Домкирку, и никто в городе не обратил внимания на то, что туман не мог двигаться, поскольку ветра вообще не было.

Джон Райднур прибыл сегодня. Но он совершил посадку на планету неделей раньше и перед этим напичкал себя всей информацией о Фригольде, которая только была ему доступна, — любым способом, который он считал нужным и полезным, начиная от простого чтения и разговоров и кончая получением более труднодоступных сведений с помощью компьютеров. Предыдущая профессиональная деятельность убедила его в том, как мало он знает. И если бы ему сказали, что во время путешествия ему придется разъяснять общеизвестные факты какому-то члену экипажа корабля, это весьма смутило и раздосадовало бы его.

«Оттокар» был германийским торговым судном и выглядел весьма прилично, как и большинство судов, прилетевших из того мира. Имея некомплект боевых единиц на границах Империи, флот терран нуждался в чартерных частных судах, когда возникали те или иные проблемы. Эти суда использовались только для доставки имущества, войска же перевозились регулярными транспортами, вооруженными и эскортируемыми надлежащим образом.

Но Райднур был гражданским лицом. Оттого, думал он мрачно, и работа его не считалась крайне срочной. На Терре ему был выдан правительственный билет и сказано, что он может путешествовать, как ему хочется. Он воспользовался этим и совершил переезд, пересаживаясь несколько раз с одного корабля на другой, на двух из которых команда состояла из не-людей. Там, гае кончались владения Империи и простирались пустынные пространства, движение было нерегулярным.

Германийцы же принадлежали к человеческому роду, но по натуре были людьми замкнутыми. Впрочем, и Райднур не отличался общительностью, а потому на тему о том, каким должен стать финальный этап его путешествия, большей частью разговаривал сам с собой.

И вот как-то раз, когда он сидел в салоне, по обыкновению углубившись в свои мысли, к нему подошел помощник стюарда. Судя по всему, ему очень хотелось поговорить. Райднур почувствовал досаду — в иллюминаторах уже виднелся Фригольд.

— Я никогда не видел ничего более значительного… более… великолепного, — сказал помощник стюарда.

«Тогда почему бы тебе не понаблюдать за этим молча?» — пробормотал Райднур себе под нос.

— Это мое первое продолжительное путешествие, — робко продолжал его собеседник.

Он был немного больше юнги и чуть постарше первого сына Райднура. Похоже, члены экипажа обходились с ним довольно сурово, и парню приходилось разговаривать лишь с пассажирами, да и то лишь по долгу службы. Райднур вдруг почувствовал, что не может быть с ним неприветливым.

— Вам нравится… простите, я не знаю, как вас зовут.

— Дитрих, сэр, Дитрих Штайнхауэр. Да, мне все очень интересно. Мне бы хотелось, чтобы вы поподробнее рассказали мне а портах планеты, на которую мы направляемся. Члены экипажа не любят, когда я их расспрашиваю.

— Не принимайте этого близко к сердцу, — посоветовал Райднур и, откинувшись на спинку кресла, вынул трубку. Это был высокий худощавый блондин с острыми чертами лица; его серая рубашка и брюки выглядели скорее практичными, чем модными. — Путешествуя среди звезд, человек ощущает одиночество и страх и, естественно, пытается эти чувства как-то преодолеть. Терране, например, склонны в таких случаях к беседам. А вот германийцы, говорят, погружаются в работу и в себя. Но как только ваши товарищи привыкнут к вам и поймут, что вы хороший, надежный парень, они сразу подобреют.