Кровью и жизнью (СИ) - Елена Добрынина

class="p1">Мужчина убедился, что у меня с собой нет ничего опасного, считал мою ауру и, удовлетворенный, велел следовать за ним.

Мы зашли в здание, поднялись по широкой мраморной лестнице на второй этаж, повернули направо и остановились перед второй по счету дверью. Мой провожатый постучал и, приоткрыв дверь, заглянул внутрь кабинета.

— Можно?

— Да, входите, — раздался голос из совсем другой, позапрошлой жизни. И я начала волноваться. Быстро проверила наличие щита, и лишь затем вошла в кабинет.

Кингсли сидел за массивным письменным столом и вид имел донельзя утомленный, что и не удивительно. На меня он взглянул мельком и спокойным голосом, на самом дне которого скрывалось тщательно сдерживаемое раздражение произнес:

— Я вас внимательно слушаю.

Я посмотрела по сторонам, убедилась, что мы действительно находимся в кабинете одни и лишь затем, подойдя к его столу произнесла:

— Сначала мне надо вам кое-что вернуть..

Я аккуратно сняла выданный мне им же когда-то давно медальон с личиной и положила на стол.

— ...Лестер.

Следователь мгновенно подобрался и сначала неверяще уставился на артефакт, а затем перевел напряженный взгляд на меня, изучая мое настоящее, безо всяких иллюзий, лицо и чуть прищурился.

— Эмма? — он поднялся на ноги и перегнулся ко мне через стол.

Ну вот, теперь я знаю, как выглядит потрясенный эмпат: как очень удивленный сдержанный неэмпат... что только с этими знаниями дальше делать?

В тот же миг мист Кингсли слегка отпрянул назад, словно наткнулся на что-то не слишком приятное. Я только головой покачала.

— Не надо воздействий. Так.. только хуже будет.

Лестер сложил руки на груди и очень внимательно меня рассматривал. Я же в свою очередь разглядывала его. Он почти не изменился, несколько осунулся только, видно, события последних месяцев дались ему непросто.

— И где же вы были все это время? — наконец, спросил он

— Я все вам расскажу, только у меня есть некоторые условия... И сначала мне нужно знать, можно ли вам доверять.

Вот так, все лучше, чем ходить вокруг да около. Старший следователь слегка склонил голову набок

— Что вы имеете ввиду, Эмма?

— Вы так запугивали меня сторонниками монархии и предателями из Магконтроля. Я хочу быть уверена, что вы сами к ним не относитесь и никак не связаны ни с Орденом Магии, ни с Кесарем.

Кингсли смотрел на меня с абсолютно непроницаемым выражением, потом усмехнулся, словно чему-то слегка удивляясь, и текучим плавным движением сел обратно в кресло.

— Присаживайтесь, разговор у нас, как я понимаю, будет долгим, — любезно предложил он.

Я последовала его совету, но сидела на самом краешке, готовая вскочить в любой момент.

— Сказать, что я не связан с Орденом и его предполагаемым главой будет неверно, — начал Лестер после непродолжительного молчания. — Связан, еще как связан! Только связь эта совершенно другого рода. Сядьте, Эмма, и дослушайте меня, пожалуйста.

Я снова стояла напротив него, сжав кулаки и готовясь к худшему.

— Орден Магии — детище Магконтроля, — продолжил старший следователь, когда понял, что я не собираюсь следовать его совету. — Он был создан довольно давно, назывался только иначе, но суть была та же самая.

Я ошарашено смотрела на своего собеседника.

— Зачем?

— Чтобы держать под контролем потенциальных заговорщиков. Это удобнее, чем отлавливать их поодиночке. К тому же их руками можно делать грязную работу, устранять опасных людей, например. Такое тоже случается.. Так вот, несколько лет тому назад буквально из ниоткуда выплыл Кесарь и постепенно перехватил у нас управление Орденом. Очень грамотно перехватил, надо сказать. Настолько, что я и раньше был совершенно уверен — это кто-то из наших, а уж сейчас..

Кингсли снова замолчал, и только по чуть более плотно сжатым, чем обычно, губам его я поняла, что он пытается справиться с собственными эмоциями, это эмпат-то... — В общем, он много чего натворил. И когда я его поймаю, а я непременно это сделаю, то мало ему не покажется. — Последняя фраза прозвучала жутковато, хоть и сказана была абсолютно ровным, спокойным голосом.

— Так что, видите, Эмма, моя связь с интересующей вас организацией вполне очевидна.

— Хм, — задумчиво пробормотала я себе под нос (но так, чтобы мой собеседник непременно услышал), — поэтому Имельда из «волков» сказала, что вам можно доверять?

Ну да, она сказала не совсем так, но мне очень хотелось посмотреть, отреагирует ли старший следователь на такие новости. Отреагировал. Лицом закаменел и взглядом впился в мое лицо как клещ в добычу.

— Что вас связывает с этой особой?

— Кровь и жизнь. Она потомок Теренса Хелльдехейма. А вы, выходит, ее знаете? — не смогла удержаться от вопроса.

Лестер немного помолчал, задумчиво меня разглядывая. То ли решал, стою ли я его доверия, то ли, как лучше мне соврать.

— Имельда Келлер работает на Магконтроль, — сказал он наконец. — Нелегально, естественно.

Пришла моя очередь изумляться. Пока я пыталась уложить в голове тот факт, что Мелли — шпион в волчьей стае, мист Кингсли перешел в наступление.

— Расскажете мне теперь, что с вами произошло начиная с того вечера, когда мы виделись в последний раз?

— Условия, — напомнила я.

— Слушаю, — вздохнул мой собеседник с величайшим терпением. По крайней мере, внешним.

— Сегодня на площади боевики задержали молодого человека.. — начала я с великой осторожностью, стараясь не наговорить лишнего. Особую пикантность ситуации придавало то, что я понятия не имела, что им об Эверте известно. — Отпустите его, он оказался тут исключительно из-за меня и ни в чем не виноват..

Я боялась, что Лестер сделает вид, что ничего об этом не знает, но он, не слишком торопясь, достал с края стола несколько листов исписанной бумаги и, пробежавшись по ним глазами, задумчиво произнес

— Так уж и ни в чем? «Незаконное проникновение на закрытую территорию по чужим документам, ментальное воздействие на представителя боевого крыла Магконтроля, сопротивление при задержании».. немаленький такой список..

Я призвала на помощь всю свою невозмутимость, лишь стиснула зубы покрепче, но продолжала выжидательно смотреть на следователя.

— Рассказывайте, Эмма. Обещаю, что сделаю для вашего приятеля все, что смогу, — вздохнул тот, когда понял, что другой реакции от меня не дождется.

И я принялась за рассказ, очень тщательно думая над тем, о чем стоит сообщить, а о чем лучше умолчать. Начала с моих снов, рассказала, не называя имен и деталей,