Нить судьбы - Анна Тарасова

Алексей остановился.

— Знаешь, — вспомнил он, — На прошлой неделе мне поступил подобный запрос от одного из твоих префектов. Ему тоже нужен был эмпат, работавший с женщинами, перенесшими насилие. Я не придал этому внимания, но теперь…

Марк встрепенулся:

— Кто запросил эмпата?

— Ты должна понять, что сейчас ему нельзя разрываться между поисками тебя и войной с Орденом! — психанул префект, — Он должен узнать, что ты в порядке!

— Ну, так позвоните ему и скажите об этом! — зло выкрикнула Лина в ответ.

— И ты думаешь, что он скажет «Хорошо» и продолжит дальше заниматься своими делами?

В этот момент в дверь позвонили и Матвей, все еще злой из-за спора, пошел открывать, не забыв прикрыть дверь в линину комнату.

Девушка сердито зашагала по комнате взад-вперед. Она, кажется, вполне понятно объяснила, что возвращаться не намерена. С чего вдруг Матвей опять поднял этот вопрос?

Из прихожей донеслись приглушенные мужские голоса. Лина прислушалась, о чем они говорят, и, не веря самой себе, приоткрыла дверь. Марка она увидела сразу же. Он гневно о чем-то разговаривал с Матвеем, поглядывая в сторону… ее комнаты? Он знал, что Лина здесь?

Мужчина в черном костюме с траурной ленточкой на лацкане, повернувшись к приоткрытой двери, вдруг замолк на полуслове и жадно разглядывал Лину, не веря собственным глазам. Увидев, что дверь начала закрываться, он бросился к девушке.

— Лина!

Девушка шарахнулась от вампира, ударившись затылком о противоположную стену. Она даже не обратила внимания на боль.

— Это он тебе сообщил, да? — полу-утвердительно поинтересовалась Лина, кивая головой на Матвея.

Марк закрыл собой входной проем.

— Я тебя не выпущу, пока мы не поговорим!

— Нам не о чем разговаривать!

— Неправда! Я хочу, чтобы ты вернулась!

Марк здесь и он ждет ее возвращения.

Нет, не ждет. Требует! Приказывает!

Алина вдруг почувствовала, что силы ее покидают. Она медленно сползла по стене на пол и села, уткнувшись в свои колени.

— Я же тебе все честно и понятно объяснила!

Она устало опустила голову на колени. Ну за что они так все с ней?

Марк печально посмотрел на префекта, как будто ожидая от него подсказки, что делать. Тот пожал плечами, показывая, что все, что мог, он уже сделал.

Марк кивнул ему в ответ и полез в карман брюк. Вытащил шприц, выпустил легкую струю из иглы и, быстро наклонившись над Алиной, вколол ей какую-то бесцветную жидкость.

Девушка вскрикнула от неожиданности, затем ее глаза начали закрываться.

— Снотворное, — пояснил Марк удивленному Матвею, — Я не знал, как она меня встретит.

Он поднял Лину на руки.

— Будь с ней аккуратней, господин! Она почти в норме. Почти.

— Спасибо за помощь, Матвей. Я отблагодарю!

Солнечный луч светил прямо в глаза.

Лина нехотя перевернулась от солнечной стороны на другой бок. Потянулась по-кошачьи, зарылась в любимое одеяло персикового цвета, такое приятно мягкое и теплое.

Затем резко очнулась и оглядела комнату. Ее одеяло и любимое постельное белье. Балдахин над кроватью с газовыми шторами.

Это ее спальня в доме Марка.

Сам понтифик сидел перед кроватью в кресле. Очевидно, он так и не отдыхал, потому что на нем были помятая белая рубашка и черные брюки, узел галстука ослаблен, воротник рубашки расстегнут. Он сидел, развалившись в кресле, закинув ногу на ногу, и пристально наблюдал за девушкой. Бледное лицо, покрасневшие от недосыпа глаза, растрепанные длинные волосы.

Лина моментально проснулась. Вспомнила все, что было вчера.

Она села на кровати. Видимо, укладывая ее в постель, кто-то раздел полностью, поэтому девушка завернулась в одеяло.

— Когда тебя нашли, ты была почти при смерти, — тихо проговорил понтифик, глядя на нее, — Да что там говорить, ты дважды умирала, пока тебя везли в больницу.

Лина подняла голову.

— А вместе с тобой умирал я. Каждый раз, когда монитор показывал остановку твоего сердца. И когда ты все-таки выжила, я… Я так боялся хоть как-то навредить тебе сильнее! Любым словом, любым жестом!

Он покачал головой, вспоминая те страшные дни.

— Я разговаривал с твоим психиатром на следующий день, после того как тебя привезли в больницу. Он категорически запретил мне даже дотрагиваться до тебя, сказал, что это может напомнить тебе пережитое, причинить лишнюю боль.

Он помолчал.

— И я старался выполнять его указания в точности до буквы.

Мужчина встал со своего кресла и сел на кровать рядом с девушкой.

Взял ее руку, поднес к своим губам и стал целовать ее пальцы, не сводя с Лины горящего взгляда. Девушка заворожено следила за его губами и по ее щекам непроизвольно потекли слезы.

— Я даже не представлял, что ты так отреагируешь! Я приходил к тебе по ночам, садился рядом и смотрел, как ты спишь. Тебе снились иногда кошмары и ты стонала во сне. А иногда улыбалась. И я безумно хотел лечь рядом и обнять. Но не смел даже пальцем тебя коснуться.

— Марк!

Понтифик ласково погладил ее по волосам и с силой прижал к себе любимую. Девушку стала бить дрожь от сдерживаемых рыданий.

— Мне так нужна была твоя любовь, чтобы ты хоть как-то показал, что продолжаешь любить, — прошептала она, всхлипывая.

— Я знаю! — прошептал он, — Я возненавидел себя, когда ты сбежала.

Марк отстранил Лину и медленно встал перед ней на колени, склонил низко голову.

— И я прошу у тебя прощения за это. В том, что ты ушла, только моя вина!

— Марк! — ошарашено воскликнула Лина.

Она потянулась было к понтифику, но тот лишь обнял ее колени и прижался к ним губами.

Девушка совсем не ожидала, что высший будет винить себя в ее побеге.

— Лина, прости. Прости, что меня не было рядом, когда я был нужен тебе! Я клянусь, больше такого не повторится, и я тебя никогда не оставлю!

Лина горько усмехнулась. Никогда — это слишком долго.

Это не в его власти, она все-таки смертная. Но хотя бы на время можно об этом забыть.

Нужно забыть.

Она прижала к себе его голову:

— Я верю тебе!

Лина с удовольствием приняла ванну, затем позавтракала. Жак приготовил любимые ее оладушки, чтобы порадовать неожиданно появившуюся госпожу, и девушка была ему благодарна за теплый прием. Впрочем, как и Софи.

Лина специально собрала всех слуг в гостиной и извинилась перед ними за то, что доставила столько неприятностей из-за своего побега.

Но после завтрака Марк попросил ее очень быстро собраться. Он предупредил, чтобы девушка надела длинную юбку и закрытую блузку. И никаких драгоценностей.