Нить судьбы - Анна Тарасова

Макс уже не кричал, а лишь шептал эти слова, глядя в искаженное от боли красивое лицо своего любовника, и по его щекам текли слезы. Слезы злости, ненависти и отчаяния.

— И я не хочу быть таким как ты! Не хочу убивать чьих-то жен, детей, отцов… Не хочу, чтобы другие люди, страдали по моей вине! Слышишь, ты!! Они — люди! Такие же, как я, понимаешь!

Гай не понимал. Он не слышал, подвластный только выжигающей его изнутри боли.

Но Макс знал, что высшего вампира одним серебром не убьешь. Он достал из-под матраса заранее приготовленный топорик, размахнулся и со всей силы рубанул понтифика по горлу. Кровь струей брызнула на парня, но он этого даже не заметил. И ударил еще раз. И еще.

Отбросил оружие, свалился рядом с обезглавленным телом.

И зашелся в отчаянном вое, выплескивая всю свою ненависть и любовь к убитому понтифику.

Адепт Михаил яростно выругался и отдал своим подчиненным приказ покидать квартиру. Только что поступили новые сведения. Максимиллиана, инициала понтифика, час назад нашли рядом с телом убитого. Он не сопротивлялся аресту и полностью сразу же подтвердил, что высшего убил он.

Парень злобно сплюнул на пол и, проверив, что никто ничего не забыл, вышел последним из квартиры. Не удалась идея Георгия, так и придется доложить. Тонка кишка оказалась у вампирского любовничка, не выдержал страданий по собственноручно убитому.

Ну ничего, еще не все потеряно, еще есть шанс поставить кровососов на колени.

Матвей вернулся домой достаточно рано. Он был мрачным и неразговорчивым. Не ответив на приветствие девушки, как он обычно делал, мужчина прошел в гардеробную и через некоторое время появился одетым полностью в черное.

В траур. Во время войны многие умирают, видимо, и у Матвея кто из семьи погиб.

Девушка посерьезнела и выразила положенные соболезнования. И в шоке узнала, что погиб Гай, верховный понтифик клана.

— Каким образом? — поинтересовалась Лина, выдержав положенную минуту молчания.

— Его убил Макс. Парня нашли рядом с телом, он и не отрицал ничего, — Матвей застегивал на руке часы.

— Какой кошмар! — ужаснулась девушка.

Матвей согласно кивнул головой и с полной серьезностью проговорил:

— Теперь вы понимаете, насколько вам доверяет понтифик, сделав своим инициалом? — и отвечая на ее безмолвный вопрос, продолжил, — Своей жизнью.

Лина смутилась. Да, с такой стороны она на отношения опекуна и инициала никогда не смотрела. Но Гай… Мертв верховный понтифик, глава клана. Понятное дело, что его место займет Марк.

Что же теперь будет?

Лина помнила Макса, помнила его безразличное отношение к ней в клубе и слегка развязную манеру общаться. Помнила, как он небрежно тогда представился «любовником понтифика», как будто это было простым делом из разряда «сходить в магазин за хлебом».

Но девушка никогда бы не подумала, что он сможет убить Гая, высшего вампира, своего покровителя.

— Получается, что Гай ему слишком доверился, — несколько осуждающе проговорила девушка.

— Получается, что Гай доверил себя не тому, — в итоге заключил Матвей и тихо вздохнул.

Лина прошла вперед, села в гостиной на диване.

— Такие случаи и у людей часто случаются, — махнула рукой Лина, не желая признавать очевидное.

— Вы смертны, для вас смерть привычна и неизбежна, — философски заметил префект, — Вампиры же по своей сути, существа несколько более живучие, поэтому доверяя свою жизнь смертным, мы в итоге зависим от инициалов намного больше.

Девушка качнула головой:

— Я никогда не причиню Марку вреда.

— Вы — нет, — согласился Матвей, — Но ведь можно и через вас это сделать, как недавняя история с Гюнтером.

Девушка упрямо поджала губы.

— Лина, Лина, — Матвей с укором посмотрел на нее, — Я помню понтифика в первые дни, как вас нашли там, в том доме. Я еще никогда не видел его в таком состоянии, а ведь знаком с ним больше четырехсот лет. На него по-настоящему было страшно смотреть.

Но Лина не собиралась признавать ни свою неправоту в отношении Марка, ни откровенное недовольство этим фактом Матвея. Девушка снова перевела взгляд на его полностью черный костюм, на котором светлым пятном был лишь золотой зажим для галстука. Да, даже такие древние вампиры, как Гай, оказывается, тоже смертны.

После отъезда Матвея в резиденцию, девушка долго сидела на диване, взяв в руки бокал с вином, красным, как любил понтифик, и, произнеся положенные слова, выпила в память о погибшем.

— Он был лучшим из вас. Пусть покоится с миром!

Лоренца, не скрывая своих чувств, рыдала во весь голос. Гай заменил ей отца, стал ей учителем, проводником в новую, бессмертную жизнь. И вот теперь он умер.

Девушка искренне любила своего наставника и его потеря стала для нее невосполнимой утратой. Она постоянно вспоминала, как Гай приезжал к ним домой. Мелкий клерк обычной адвокатской конторы и его иностранный гость, верховный понтифик московского вампирского клана, дружили на удивление всем окружающим. Гай частенько у них гостил, когда навещал Рим по делам. Девочка считала высшего своим вторым, а втайне и единственным, отцом. С настоящим ей не повезло, он все время пропадал на работе, а когда появлялся дома, то не проявлял ни малейшего интереса к собственной дочери. Понтифик же своим внимательным отношением к девочке, интересом к ее делам, оказался ей ближе родного родителя. Будучи двенадцатилетним нескладным подростком, она внезапно влюбилась в вампира подростковой безудержной любовью, и Гай, выведя девочку прогуляться в сад, объяснил, почему не может ответить на ее чувства. А также объяснил смысл дружбы между ним и ее отцом. Тот был донором высшего, питая вампира своей кровью во время его посещений Рима. И когда Гай, через несколько лет, в очередной раз приехав в гости, предложил Лоренце пройти обращение, девушка согласилась без раздумий. Марк утвердил ее кандидатуру без возражений и через неделю после приезда девушки в Москву, она стала личной ученицей Гая.

Рядом с ней стоял новый верховный понтифик, Марк. Весь затянутый в черное, он был совершенно бесстрастен и холоден, в отличие от Лоренцы, ничем не показывая, как больно ему потерять брата, с которым он столько веков прожил рядом. Ведь это Гай привел своего учителя к уже повзрослевшему Марку, ставшему мужем и отцом, занявшему место старшего брата в управлении родовым замком. Это именно Гай уговорил своего наставника обратить младшего брата. И именно Гай подал идею перевести остатки европейского клана в Москву.

Марк оглядел присутствующих. Весь цвет вампирского общества. На похороны брата приехали все, кто смог. Европейцы во главе со своим бессменным лидером Александросом, в его свите были представители более мелких кланов, входящих в обширный западно-европейский, или союзные с ним. Канадский клан был представлен Николасом, с ним рядом стояла любимая ученица Магдалена, тоже вся в черном. Южная Америка и несколько разрозненных африканских князьков. Японцы со своей старой, древней высшей, бессменным лидером на протяжении нескольких веков. Все явились.