По следам обречённых душ (СИ) - Ласточкин

Капитан Нарций Реласпарбас гневно выдохнул, да так, что крылья носа вздулись, как у быка.

— Как вы смеете перебивать меня! Я старший по званию и по возрасту, что за дерзость! Уважаемые члены комиссии, прошу обратить внимание на то, что даже сейчас, на разбирательстве, лидер Аноильтенс не может сладить со своими людьми!

— Тц. Опять развонял. — Недовольно выдохнул Бонстек, скрестил руки и отодвинулся от своего коллеги.

Нарций уже готов был открыть рот, чтобы ответить, как его перебил Глорас, ударив по столу:

— Что за вольности вы позволяете себе на собрании? — Нарций ехидно заулыбался, выпрямился и выпятил грудь. — Пререкания и оскорбительное поведение с сопротивленцами ниже своего звания и вопиющее неуважение, на ряду с принижением. Вас удалить отсюда, капитан Реласпарбас? — тихо и гневно проговорил Глорас, на что капитан, сверкнув болотными глазами в Бонстека, усмирился, явно шокированный этим поворотом. — Лично я не вижу вины Эпкальма в том, что его товарищи в своё свободное время, занимаются проделками. Как и заметили Лебаг и Авакафас, их лидер не обязан сторожить их и ходить по пятам. Последние «провинности» не принимаются в учёт.

— А то, что он избил своего товарища на тренировке, принимается? — ехидно и властно вопросила Гловиль, вскинув голову. — Пострадала Хактес, я видела побои своими глазами. Кто знает, к кому ещё мальчишка применяет рукоприкладство.

Глава 21. Гром молота правосудия. Часть 2

Эпкальм ошарашенно вскинул голову и посмотрел в сторону глав сопротивления, чувствуя довольный прожигающий взгляд Ингет у себя на затылке. Хактес не спешила открывать рот, как это делала прежде, наоборот — молчала и смотрела куда-то в сторону.

«Неужто она спланировала тот бой? Но как она могла знать, что будет разбирательство по должности лидера? Или Гловиль намеренно приписала сюда тот спарринг?» — мысли шустро бегали, пока лидер старался их переварить и усвоить.

Капитаны тут же взялись возмущаться, чуть заслышав, о якобы избиении товарища, обрушивая волну негодования на всех находящихся в комнате.

— Но это было не так, — встрял в разговор Тагус, прищурившись и мотнув головой. — Она сама…

— Ещё одно выступление со стороны вашего отряда, Аноильтенс, без разрешения и вы все выйдите вон! — воскликнул дрожащий от ярости Нарций.

— Я согласен с тем, что это обвинение беспочвенно потому как вы… — начал было Эпкальм, но капитан звучно и яростно выдохнул.

— Беспочвенно? Ты сейчас обвиняешь независимый комитет во лжи?

— Ну так вы и не независимый комитет или я что-то не понимаю? — парировал атаку лидер. — Будь вы независимым, то рассматривали факты с учётом доказательств, а не для того, чтобы просто выдвинуть мне обвинения!

— Они могут выступать, Нарций, — угрожающе спокойно заговорил Глорас. — Звание капитана, ещё не даёт тебе права вести себя высокомерным образом.

— А они наглым образом перебивают и вступают в споры! — вдруг ощерился капитан, чьи пряди светлых волос, выбились из шевелюры, спадая на лицо.

— А как мы узнаем детали произошедшего, если не давать вставить и слова, — презрительно заговорил Бонстек.

Повисло недолгое молчание, пока капитаны сверлили друг друга свирепыми взглядами. Напряжение ощущалось в этой, как казалось Эпкальму, сжимающейся от напора комнате, как никогда раньше. Самое ужасное, что он не понимал, что должен сказать или сделать, ведь осознавал, чтобы он не сказал, это обратят против него самого.

— Я сам вызвался пойти в лагерь тенадасеров, раз уж на то пошло, у Эпкальма в этом деле выбора не было, — вступился Сэлд, опираясь на трость.

— Не было выбора? Как интересно. Ты пошёл против политики сопротивления, а Эпкальм тебя поддержал и более того, помог с алиби и составил план. Я не вижу его попыток остановить произвол. Он мог доложить любому из капитанов или нам, — холодно осадила Гловиль.

В воздух неожиданно взметнулась аккуратная женская рука, её обладательница, закусывая губу, выглядела взволнованной. Внимание на неё обратили не сразу, лишь спустя минуту.

— Десс, ты что-то хочешь сказать? — мягче спросил Глорас, обращаясь к дочери.

Липедесса упрямо кивнула, стрельнув взглядом на лидера с неким сожалением и злостью. В её глазах бушевала буря, от которой у Эпкальма поползли мурашки. Уверенный в том, что она согласится с капитанами из-за обиды от церемонии, сопротивленец незаметно протяжно выдохнул.

— Я хочу с казать, что всё вами сказанное правда. — Она выступила вперёд. — Но лишь от части. Всем нам известно, что Эпкальм относится к тем лидерам, которые костьми лягут, но защитят свой отряд и всё то, что вы тут наговорили о нём плохого, имеет лишь половину веса. В день, когда к нам затесался тенадасер, у нашего отряда была совместная миссия с отрядом Милены и самозванец затесался именно к ней, а наш лидер смог его определить благодаря своим способностям. — Она строго посмотрела на капитанов и на мать.

— Десса, это не лишает его…

— Капитан Нарций, я ещё не закончила, попрошу вас не перебивать меня!

Мужчина опешил, и скуксившись, отодвинулся от стола, вжимая голову в плечи. А ведь подобным образом он себя не вёл почти не с кем. Видно, он ощутил себя пристыженным.

— Эпкальм согласился отправить Сэлда на тайную миссию, лишь потому, что Рафспит сказал, что в ином случае отправится самостоятельно и никто вообще знать ничего не будет. А сдать товарища, вы уж извините, не по чести. Так получилось, что этот разговор я услышала. Может моему лидеру и стоило обратиться к папе, а он этого не сделал, я знаю, как ему было нелегко принимать подобное решение, и как он боялся за Сэлда. — Золотая девочка прервалась на мгновение, будто что-то вспоминая, сам же Эпкальм чувствовал себя ещё более виноватым, сам не понимая почему.

Казалось, что эта вина принадлежит ему только наполовину.

— О миссии папы и Эпкальма мне мало, что известно, но уверена, что никто и никого не бросал. Папа всегда учил нас поступать по совести и помогать в первую очередь тем, кто нуждается в ней. Про драку с Ингет могу сказать лишь то, что она всегда сама вызывает его на спарринги и проигрывает, даже если мой лидер дерётся с ней лишь в четверть силы. И хочу, чтобы вы приняли то, что он спас ту же самую Хактес, хотя сам получил сильное ранение. Он истекал кровью, но нёс на себе товарища! И он неоднократно спасал меня. Не будь Эпкальм моим лидером, не думаю, что пережила бы ночь, когда было совершено нападение на академию. Так что…

— Десс. — Эпкальм почувствовал, как в голос, помимо равнодушия, скользнула печаль. — Я ценю, то, что ты для меня делаешь,