Всё не просто - Тимофей Григорьев

Оррин направился к младшему брату отца, который был членом Совета старейшин — надо было узнать последние новости, любая мелочь могла повлиять сейчас на исход событий. К тому же орка вызвал старый боевой товарищ из соседнего клана, прилетевший только что в столицу, и, судя по тону записки, разговор будет совсем не о юношеских подвигах.

Вечером вождь ждал дирижабль с Торрином и Эчеррином (то, что с сыном будет и десятка его орков, убеждало в достаточной его безопасности в столице). Решено было поселить их вместе в небольшом домике, имеющем отдельную калитку на площадь — пользовались им достаточно редко, но по количеству систем обороны это было одно из самых защищенных мест у семьи. Приезд сына и отца особо не афишировался, но утаить что-либо в клане было достаточно проблематично, так что женщины вовсю занимались сплетнями на кухне, называя этот процесс приготовлением торжественного стола.

Хотя в большой дирижабль поместилось достаточно предметов из долины, Оррин был далеко не уверен в том, что этого хватит для небольших «знаков внимания от радости встречи», предназначенных многим участникам Совета кланов. Здесь необходимо было соблюсти тонкую границу между приличным подарком и откровенной взяткой, орки — народ простой и при ошибке в размере дара вполне можно было нажить себе непримиримого врага. Но и особо разбрасываться магическим сырьем не стоило — никто не ценит то, что досталось слишком дешево.

Весь родовой сегмент города бурлил как муравейник — готовились и к празднику (для этого было множество поводов — влияние семьи стремительно росло), и к обороне (то, что для одних радость — для других повод для зависти).

Вождь был уверен, что к началу Совета кланов столица, да и весь клан, будут максимально готовы к любым неожиданностям. Но, на всякий случай приказал проверить все катакомбы под семейными владениями в столице и пополнить запасы продовольствия в подземных хранилищах. Никто не знает, что может срочно понадобиться. Оррин усмехнулся — зная репутацию их семьи, как сильнейших провидцев, вся столица завтра займется тем же самым. Что поделать, орочий клан, как людская деревня — все про всех все знают.

За прошедшие два месяца столица совершенно не изменилась, по крайней мере, с высоты птичьего полета. Но теперь этот огромный город я воспринимал совершенно иначе — время обучения не прошло даром. Магическая защита города завораживала, особенно если зритель имел способность видеть течение силовых потоков. Раньше казалось, что небо в городе покрыто легкой дымкой, слегка рассеивающей лучи летнего солнца, то теперь защитный полог выглядел для меня, как огромный мыльный пузырь с разводами синего и красного цвета, а так же тысячами вариантов их смешения. И все эти красочные сполохи в небе над огромным населенным городом. Впечатляюще.

И вообще, пусть новые возможности и доставляют кучу проблем, но, временами, открываются такие перспективы, что все тяготы излишней одаренности себя окупают неоднократно. Сейчас я наслаждался видом столицы, причем видел я все уровни города и признаться, зрелище было весьма неординарным. Орки любили простор, и город строили с размахом — семейные кварталы напоминали людские замки своей красотой и функциональностью. В мостовые и стены домов было вмуровано столько артефактов, что было просто удивительно, как я не почувствовал этот фон в свой первый приезд. Конечно, способности тогда у меня спали, но еще в Сарране я заметил за собой одну странность — чем сильнее было заклинание или магическая вещь рядом со мной, тем сильнее мне становилось не по себе. Так что со временем у меня возникло верная примета — если «мурашки» забегали по коже, значит рядом кто-то магичит или спрятан мощный артефакт. Но в своей столице орки ухитрились так все увязать между собой, что магическая защитная система города находилась в равновесии и практически не «фонила».

Здания и стены являлись верхним уровнем города. Практически не отставал от него по размеру и возможностям обороны средний, подземный уровень. Насколько было видно по движению силовых потоков, здесь располагались огромные хранилища пищи, оружия и других необходимых припасов. Также катакомбы прятали в себе какие-то производственные мастерские или что-то в этом роде — с дирижабля было не рассмотреть, а вглядываться смысла не было, при необходимости мне все покажут на земле. Но самым любопытным оказался нижний уровень — под катакомбами проходили мощные водные пути. Не удивлюсь, если основные грузопотоки столицы проходили именно здесь. Интересно, откуда такие водные запасы, ведь в поле зрения нет ни озер больших, ни рек, и почему в самом городе совершенно не чувствуется сырости, при таком-то количестве влаги.

Конечно, город был переполнен магией Ора. От нее синело в глазах, но и люди к некоторым артефактам приложили свои руки, потому что в городской картине присутствовало достаточно красных оттенков. Вот чего было минимум, так это зеленого, но совсем обойтись без магии Эль не представлялось возможным.

— Эчеррин, закрой рот, ты все это уже видел. — Насмешливый голос Торрина вывел меня из транса, в котором я изучал город в магическом плане. — С таким выражением лица нельзя появляться на Совете, иначе с тобой совершенно не будут считаться. Не отвлекайся, ты уже решил, как преподнесешь наши достижения старейшинам?

— Я думаю, им и без нас известно достаточно.

— Одно дело доклады посторонних лиц и совсем другое участников событий. — Дед радостно улыбался и явно находился в отличном настроении (на месте его противников, я бы уже лихорадочно хватался за оружие). — Надо подать дело с самой выигрышной для нас стороны, иначе эти старикашки тебя моментально задавят своим авторитетом.

— Не так давно ты сам был главным в их кругу. — У меня тоже стало улучшаться настроение. — Откуда столько скептицизма по отношению к коллегам?

— Именно потому, что я знаю их не одну сотню лет, мое предупреждение тебе совершенно не повредит. Не смотри, что они выглядят, как будто стоят одной ногой в могиле, своих родичей они держат очень жестко, за каждым из них стоит не один десяток тысяч орков. Шаманы вместе со старейшинами возьмут тебя теперь в оборот и скидок на возраст и неопытность уже не будет. Так что настраивайся на очень тяжелые переговоры.

Можно подумать, что до этого я был уверен, что меня встретят радостными объятьями и целованием рук. Торрин до сих пор меня держит за ребенка. Ничего, скоро он сам побывает в моей шкуре — с его юношеским видом тяжело ему придется на Совете, да и дружки-шаманы тоже потребуют у него объяснений. Так что нас обоих ждала веселая неделька.