Сеть созвездий - Леонид Крестов

   Застонавший жалобным скрипом потолок, над нашими головами, заметно просел. По трясущимся стенам и полу, побежали широкие трещины, заставившие стражников мгновенно отпрянуть назад, и даже я, продолжая корить себя за все случившееся, тут же очнулась от этого потрясения, и выпав из состояния полной прострации, в котором не замечаешь вокруг себя ничего, мгновенно похолодела от ужаса, почувствовав на себе всю тяжесть приближающейся к нам страшной силы.

   Оказавшаяся достаточно чудовищной и огромной, что бы одним лишь своим приближением, спугнуть злобную и голодную, потустороннею сущность, захватившую ожившее тело Диора, она ударила из-под земли настоящим фонтаном, и вырвавшись на свободу, мгновенно заполнила все окружающее нас пустое пространство, словно бы вытиснив собою весь воздух. Обжигая легкие изнутри при каждом моем испуганно частом и коротком вдохе, она била вверх так яростно и неистово, что мне показалось, будто я очутилась на самой вершине рокочущего, и извергающегося жаром магической мощи, огромного вулкана. Даже полностью лишенные чародейского дара, и не способные чувствовать окружающую нас магию стражники, почувствовали что-то неладное. Они не смели сдвинуться с места, боязливо оглядывались по сторонам, и чувствуя нарастающее в воздухе напряжение, совершенно не понимали, что происходит.

   Силы из земли вырвалось столько, что волоски на моем теле поднялись дыбом, а виски, от резкого перепада магического потенциала, мгновенно заломила пульсирующая мигрень. Казалось, что вся мощь имеющаяся в безграничном просторе Междумирья, и всех укрываемых его мглой бесконечных мирах, стеклась прямо сюда, в одно единственное, слишком тесное для нее место, и от такой зашкаливающей концентрации, сама реальность, раздувающаяся как надуваемый воздухом мыльный пузырь, начинала трещать, не выдерживая такого напора. Она готова была лопнуть в любую минуту. Весь остров грозил разлететься на части, развеявшись пылью, от колоссального, и доселе невиданного, огромного взрыва. Воздух вокруг уже начинал раскаляться, словно растопленная жаровня, а бьющая из земли мощь, продолжала вырываться наружу нескончаемым потоком абсолютно чистейшей магической мощи.

   Если многочисленные уличные проповедники все же не врали, и все их Бессмертные боги действительно существовали где-то в пределах реальности, то и они, наверняка не смогли бы справиться с этим потоком. Энергии вокруг накопилось так много, что с ее помощью можно было легко, и совершенно не напрягаясь гасить, и зажигать в небе новые звезды. Ее было достаточно чтобы одним лишь легким мановением пальца испепелить целые мириады миров, или вывернуть все наше мироздание наизнанку, перевернув его с ног на голову, и завязав в тугой узел, полностью изменить по своему усмотрению, переделав реальность до полной неузнаваемости.

   Зажмурившись от накатившего на меня ужаса, я непрерывно чувствовала, как эта необузданная мощь все продолжает прибывать в центр комнаты, придавив меня к полу всей тяжестью своей массы, и ни сколько не сомневаясь, что скоро нарастающий напор раздавит нас всех как тараканов, приготовилась умереть.

   Утешало меня лишь одно - казавшаяся неизбежной кончина стражников, столь не вовремя для себя, оказавшихся не в том месте, но прежде чем давящая со всех сторон сила успела начать ломать и крошить наши кости, все неожиданно прекратилось, словно бы бивший из земли ключ, пересох и иссяк.

   Собравшаяся вокруг мощь замерла, остановившись всего на секунду, и тут же снова пришла в стремительное движение, начав обретать свою форму. Из расплывающегося и дрожащего, искаженного воздуха начали складываться четкие, но постоянно меняющие свой вид, странные очертания, и глядя на эти происходящие на моих глазах изменения, я отказывалась верить глазам.

   Чистая, стихийная магия не могла так просто трансформироваться сама по себе во что-то иное. В этом и заключался секрет любого, самого сложного, или примитивного волшебства. Лишь чародейский дар, позволяющий своему владельцу силой воли воздействовать на эту невидимую энергию, мог заставить ее измениться, и придавал разлитой в воздухе силе, нужную форму. Только умения, и сложные манипуляции самого мага были способны творить из этой мощи все, что только угодно, заключая стихию в тесные рамки заклятия, но сейчас, прямо передо мной, все происходило совершенно иначе, будто бы магия внезапно обретя собственный разум и волю, начала творить себя самостоятельно.

   Глядя, как прямо из воздуха и пустого пространства посреди комнаты формируется человеческая фигура, подпиравшая своей головой потолок, я решила, что наверное брежу, но внезапный крик стражника, опроверг это единственное, разумное объяснение происходящему.

   - Ведьма! Она - Завопил у меня за спиной тот стражник, которого называли Еном. - Она призывает демона! - Выставив вперед свою алебарду, он бесстрашно бросился через всю комнату, и намериваясь пронзить меня холодной сталью насквозь, наверняка ошибочно полагал, что это поможет ему остановить разразившееся вокруг колдовство. Защитник порядка даже не представлял, что я давно уже не имею к творившейся вокруг магии не малейшего отношения. Он даже не думал, что моя смерть не сможет остановить, или замедлить, появление неведомой вырвавшейся из недр земли силе, но к счастью, узнать об этом, и жестоко разочароваться, он уже не успел.

   Стоило ему приблизиться достаточно близко к центру узора, как застывшая рядом огромная, сотканная из света фигура, тут же сдвинулась с места, и впервые подав признаки зародившейся жизни, резким взмахом руки, выбило алебарду из рук стражника. Выгнувшись дугой и завопив от боли и ужаса, Ен подлетел в воздух. Его ноги словно бы сами собой оторвались от пола, зависли в полуметре над линиями узора, и задергавшись, пытаясь отыскать внезапно утраченную опору, начали исполнять в воздухе пляску висельника. Точно так же, как и меченный до него, стражник начал стремительно терять свою собственную жизненную энергию. Золотистым туманом она потекла из его груди к огромной, сотканной из силы фигуре, и с каждой выпитой из него каплей, это неведомое создание становилось все более материальным.

   Я даже опомниться не успела, как оно иссушило тело стражника досуха, живой человек прямо у меня на глазах, превратился в обтянутый кожей скелет, словно бы его труп не один день успел пролежать под палящим зноем пустыни, и как только его разрывавшие тишину вопли боли стремительно стихли, это неведомое создание резким взмахом руки, отбросило в сторону ставшие бесполезными человеческие останки. Ударившись об твердую стену, они рассыпались горстью праха, и вниз рухнула лишь опустевшая одежда, кираса и шлем. От стражника не осталось даже воспоминаний, но всего одной жертвы этой твари оказалось совсем недостаточно.