Акапулько - Берт Хэршфельд

В это самое время Тео Гэвин, в своих собственных апартаментах, по телефону выспрашивал Бернарда Луиса Фонта:

— Как там Саманта? Что они с ней сделали?

— Сделали? — переспросил Бернард, явно чрезвычайно удивленный. — A-а, понятно! Позвольте мне уверить вас, Тео, что до нее никто и пальцем не дотронулся, как я понимаю. И это весьма интересно, не так ли? Я имею в виду тех дикарей. Определенно, у них совершенно не развит вкус и понимание красоты.

— Позвольте мне поговорить с Самантой.

— Это невозможно, дорогой друг. В настоящее время ее осматривает врач, а потом наступит очередь шефа полиции. Бедная Саманта, эта пытка так ослабила ее. Она истощена и боится за свою жизнь.

— Но все кончено. Я заплатил выкуп, полмиллиона песо.

— И это так немыслимо благородно с вашей стороны. И какое везение, что хоть у вас оказалась в наличии такая сумма свободных денег. Я сам, естественно, поступил бы аналогичным образом, если бы мне позволило это сделать мое финансовое положение. Однако, если мне будет позволено поправить вас, — еще не все кончено. Шеф полиции говорит о том, что нужно собрать достаточно мощный и вооруженный отряд военных и прочесать все горы, деревня за деревней, пока, наконец, бандиты не будут арестованы. Он настаивает на том, что Саманта должна будет опознать их.

— Хорошо! Хотел бы я добраться до этих разбойников!

— Дорогой Тео, постарайтесь уловить смысл сегодняшней ситуации. Подобная процедура повлечет за собой лишь дополнительное расстройство для Саманты. А стоит опознать и заключить в тюрьму похитителей, их родственники, друзья, соплеменники, естественно, затаят злобу и обиду, будут жаждать мести. Пол Форман понимает это: в своих показаниях он настаивает, что не запомнил достаточно ясно ни одного лица.

— А та девушка, эта Грейс, или как ее там?

— Она исчезла. Наверное, вернулась опять к своим Чинчауа. Но никто точно не знает.

— Хорошо, а почему Саманта не может заявить, что не помнит, как они выглядели?

— Дорогая Саманта — хрупкое создание. Она страстно хочет как можно скорее завершить все это дело. Раз и навсегда. Только таким способом она может быть уверена в том, что ее жизнь вернется в нормальное русло, вновь станет такой же спокойной и мирной, как…

Тео не дал ему договорить.

— Но если закон обязывает ее…

— Небольшое предложение, если позволите.

«Осторожно!» — напомнил сам себе Тео.

— Я слушаю, — произнес он вслух.

— Этот шеф полиции, у него откровенная тяга к деньгам. Несколько тысяч песо, предложенных в частном порядке, без сомнения, покончат со всеми стрессами и трудностями, вся грязь и мерзость останется, наконец, в прошлом, и…

— Сколько тысяч песо? — снова оборвал Бернарда Тео; теперь в речи американца явно слышалось раздражение.

— Десяти тысяч будет достаточно.

Тео быстро подсчитал. Шеф полиции обойдется ему всего лишь в восемьсот долларов — Баумер без труда сможет списать их на представительские расходы.

— Хорошо, сказал Тео в трубку. — Я сейчас выезжаю к вам. Не давайте шефу увидеться с Самантой.

Он повесил трубку, позвонил в «Покои гостеприимства», разыскал там Джерри Баумера и сказал, что хочет его видеть. Через несколько минут на пороге номера Гэвина возник вездесущий рекламный агент, как всегда оживленно болтающий.

— Мы действительно сорвали отличный куш, мистер Гэвин. Как главный выигрыш в «Колесе фортуны». Все обязательно окупится. У меня куча заявок на интервью, я договорился со всеми телевизионными шоу, которые работают с приглашенными в студию, и я…

Тео жестом заставил его заткнуться.

— Сколько у тебя с собой песо?

— Около двадцати пяти тысяч. Наличные постоянно нужны. Особенно с девочками. Они настаивают на том, чтобы им платили…

— Давай десять. — Баумер немедленно отсчитал требуемую сумму. — Я еду на Виллу Глория, Саманта во мне нуждается. Будет что-нибудь важное — сразу же звони мне туда.

— Да, сэр.

Тео пошел к двери, открыл ее. Высокий юноша с недавно обритой головой стоял на пороге. Рука его была поднята — он только что собирался стучать в дверь. Тео уставился на него, не узнавая посетителя.

— Привет, отец, — сказал Чарльз.

Выкуп был уплачен. Саманта была доставлена обратно, на Виллу Глория. И Форман с Грейс пошли прочь. Они сели на скамью. Долгое время никто из них не говорил ни слова. Наконец, Форман взял ее руку.

— Останься здесь, со мной, — попросил он. — Еще несколько дней, и этот шедевр будет состряпан. Тогда мы сможем залезть в «фольцваген» и укатить отсюда.

— Ты так говоришь, как будто это действительно просто.

— Это и есть просто. Просто скажи, что ты остаешься.

— Моя работа с племенем Чинчауа завершена, я так думаю. Они разрешили мне жить вместе с ними и помогали мне, но только до той поры, пока я не нарушала их собственную жизнь. Теперь все переменилось. Я ввела в их деревню тебя, и они свяжут это событие с вторжением на их территорию солдат и с тем, что племя Уачукан нарушило границы их владений. Я уверена, что Дон Мигель скажет мне уходить.

— Отлично, — ответил Форман. — Упаковывай вещички и поедем вместе со мной.

— Я не могу этого сделать.

— Потому что мы не женаты?

— Это, наверное, звучит ужасно глупо…

— А что, если я скажу, что женюсь на тебе?

— Ответ все равно будет «нет».

— Я понял, — сказал он.

— Мне кажется, ты как раз не понял. Мне необходимо чувствовать в себе уверенность, что ты любишь меня…

— Я действительно люблю тебя. Наверное, причина больше в том, что это ты не уверена, что любишь меня.

Грейс сделала глубокий вдох.

— Я допускаю это… я просто не знаю, что я в данный момент чувствую. То, что было между нами, не похоже ни на что, испытанное мною ранее. Ты заставил меня ощутить свое тело, свои эмоции. Но все случилось слишком быстро. Секс только часть любви; любовь — это длительное обязательство друг перед другом, но никто из нас пока не взял на себя такое обязательство. Для этого требуется время, время и усилия.

— Замечательно. Я хочу, чтобы мы использовали это время и приложили требуемые усилия. Останься со мной, дай нам шанс.

Она покачала головой.

— Все не так-то просто, Пол. Есть еще моя работа. Здесь она закончена, но мне нужно ехать в Мехико-Сити, возвращаться в университет. Нужно расшифровать записи, которые я сделала, нужно оценить результаты. Возможно, мне удастся составить алфавит Чинчауа на основании того, что у меня уже есть. Я должна записать материалы исследований, подготовить их для публикации. Это откроет другим людям дорогу к практическому применению результатов моей работы, к тому, чтобы идти дальше, помогать народу Чинчауа, помогать другим племенам.