Фантастика 2025-32 - Алексей Викторович Вязовский

знаю, на что эти люди рассчитывали. Ладно первый раз. Никто ничего не знал, кроме того, что нужно явиться в назначенное время на заброшенку в пригороде. Спустя год какие-никакие слухи разошлись. Тогда ведь пару тысяч человек собралось точно. Две трети из них, и это минимум, остались на перроне, не смогли никуда уехать. Неужели выжившие потом не интересовались, с чем они пролетели? Допускаю, что достоверные слухи собрать было не так уж просто. Но и так, не поспрашивать местных об окрестностях, явиться как на прогулку… Нет, я в курсе, что не у всех уличных есть деньги и возможность достать хорошую куртку. Я уж молчу про ботинки — они ещё дороже. Как и рюкзаки, сумки, прочая одежда, припасы и оружие — с этим, по виду многих, сложности тоже имеются. Но всё же, всё же… Пугающая беспечность.

Благодаря карте, я знал, что вещей по пути разбросано не то чтобы много, но они есть. Так что кто-то сможет одеться и согреться, но далеко не все, а значит, будут и замерзшие насмерть. Пару дней продержаться, а потом всё. Я бы на их месте трезво оценил силы и вернулся. Хотя нет, вру. Не вернулся бы. Всё равно бы двинулся напролом.

Помимо припасов, ждали и камни. Пять редких, двадцать малых. Серьезный куш.

Мелькнула мысль, что неплохо было бы, достанься один Пушке. Что ещё больше поставило меня в ступор. Больше всего я в тот момент, наблюдая за основной массой кандидатов, хотел рвануть вперед и посмотреть, что там с девушкой. Приходилось сдерживать себя. Как я в голове ситуацию ни крутил, а хорошего решения не находил. Догнать Пушку, вырубить и вытащить в зону эвакуации — это значит предать, пойти против её решения. Хотел бы, чтобы так кто-то поступил со мной? Нет. Не оценил бы настолько широкого жеста. С другой стороны, Пушка — это не я. Стоило об этом подумать, как в голове всплыли слова Гатса про уважение. Получается, я рыжую не уважаю и считаю слабой. Вместо того чтобы поверить в неё и надеяться, что она пройдет, я думаю о том, какой мучительной смертью она погибнет.

Но только вот другой, тихий, но внушительный голос внутри меня шептал, что одной лишь верой делу не поможешь и Пушка от моих ожидания сильнее не станет. Как и слабее.

Факт есть факт. Она слаба. Девушки в принципе уступают парням. Будь иначе, и на потоке не было бы такого соотношения, один к десяти, в пользу парней. Также одного лета недостаточно, чтобы нормально натренироваться. Лишь чуть-чуть подтянуть основы. Да и что там были за тренировки… Не жесткие, больше ради веселья, а не всерьез. Ну показал я Пушке несколько приемов, как ей бить с учетом комплекции. Что с того? Хватит парочки парней, чтобы ушатать её, и это факт, а не моё неуважение.

От размышлений отвлекала первая вспыхнувшая драка на моих глазах. Подрались из-за рюкзака. Тот висел на дереве. Без всяких ухищрений, где-то на высоте шести метров. Ствол дерева не голый, с ветками, забраться проще простого, если бы не особенности леса. Человек тридцать в этом месте собрались. Первый сунулся, но его скинули, и полез второй. За что и поплатился, отморозив себе руки и свалившись вниз. Спустя минуту переругиваний полез третий кандидат. Из тех, кто был в одной футболке. Которую он снял и обмотал руку. Отчаянный парнишка. Вторую-то руку морозить придётся.

Тем не менее наверх он забрался. Замер на ветке, открыл рюкзак, вытащил оттуда куртку и собирался было надеть её, но не удержался и полетел вниз. Шмякнулся он хорошо. Или плохо, как посмотреть. Голой спиной в землю вошёл. В холодную и твердую землю.

Тут-то драка и вспыхнула.

Я следил за последней группой людей. Большая часть кандидатов вперед ушла, и с ними другие ученики разберутся. Здесь же собрались самые медлительные, две трети из которых была «налегке». Этого типа парни, девушек среди них не было, больше всего медлили, думая, заходить в лес или нет. Несколько человек так и осталась на берегу, не знаю, решились они в итоге или нет.

Так вот. Куртка стала веским поводом для начала драки. Быстрой и кровавой. На это зрелище я смотрел без эмоций. Ну дерутся парни, и пусть. Куда больше меня волновала рыжая, с которой неизвестно, что происходит.

Драка закончилась тем, что куртку разорвали на две части. Почти ровные. Отчего те, кто тянул, в разные стороны отлетели и шлепнулись на землю. На них навалились и в итоге двое других везунчиков, прихватив добычу, бросились наутек.

Придурки.

Те, кто стоял на ногах, бросились за удирающими. Те, кто не стоял, покряхтели, отдышались и тоже дальше отправились. Общая стая разбилась, люди разделились. На земле лишь один тот парень остался, футболку который снял. Я видел, как по нему несколько раз протоптались, и было непонятно, жив он или мертв.

Спустившись вниз, проверил пульс и убедился, что живой. Провёл осмотр — непонятно, что с шеей. Вроде не сломала. Сотрясение? Возможно. Оценив расстояние, общую ситуацию, подхватил парня, взвалил на плечо и потащил. Может, конечно, ему лучше лежать и не шевелиться, но в этом лесу на нормальную помощь ему рассчитывать не стоит.

Без футболки он тут и часа не протянет.

* * *

До самого вечера я занимался тем же, чем и в начале. Следил за неопытными детишками, которые пробирались через лес. Вынес пятнадцать человек. Где-то на третьей туше, с которой пришлось навернуть крюк по лесу, моё человеколюбие иссякло.

Вроде хорошим делом занимаюсь, раненых вытаскиваю, но почему-то это раздражало и бесило. Со стороны очень хорошо было видно, что люди страдают не из-за злого рока, а от жадности, самоуверенности и неосторожности.

Реально, я за весь день не увидел случая, чтобы кто-то пострадал несправедливо. Один парень испугался собственной тени, побежал и напоролся на острые ветки, чуть не оставшись без глаз. Распоров себе лицо и закричав, он бросился дальше, через кусты, где ободрал руки и ноги. Невменяемый и окровавленный, споткнулся и упал. Тут-то им лесной хищник, разновидность волка, привлеченный шумом, и решил полакомиться.

Я успел в последний момент. Цепь метнулась наперерез и оплела хищника. Волк свалился рядом с парнем, рыча и клацая зубами. Парень, поднявшись и не смотря, куда бежит, ломанулся и врезался в спрыгнувшего перед ним меня. Он отлетел было, но я перехватил его и взял на удушающий. Отпустил, только когда отключился. Сказано же было, оставаться незаметными, вот пусть