100 великих феноменов - Николай Непомнящий

Профессор Лебедев с цифрами и фактами показал ужасные последствия этого феномена. Подобные наблюдения есть и у нас. Скажем, после телесеанса 8 октября 1989 года, трансляция которого шла и на Болгарию, в Плевне, Русе и Софии медики зарегистрировали всплеск ухудшения состояния людей. В Софии наблюдался рост несчастных случаев, увеличилось количество вызовов «неотложки». Это тоже зарегистрировано в Институте скорой помощи имени Пирогова.

25 октября я записал на болгарском телевидении беседу: «Телевизионные сеансы Кашпировского — за и против», другая тема — «Экстрасенсы — чудо, загадка, реальность!» и третья — «Биоэнергетические, парапсихологические явления и опыт их научного объяснения». У нас в Болгарии накоплен значительный материал, связанный с попыткой научного объяснения всех этих явлений. Однако в Москве моё интервью, взятое журналистом АПН, так и не было опубликовано — газеты от него отказались. Это своего рода парадокс гласности. Феномен Кашпировского действует против плюрализма мнений. Мы предложили у вас на телевидении показать наш болгарский фильм о подобных явлениях, однако нам поставили условие: в комментариях не касаться тем Кашпировского.

Когда я шёл на эту встречу, ко мне подошли двое и предупредили, чтобы я не выступал. Иначе меня ждут, мол, большие неприятности. Так что проблема гораздо сложнее, чем на самом деле её рисуют. Меня уже не удивляют те овации дешёвым эффектам Кашпировского. Однако изумляет легкомысленное нежелание видеть возможные страшные последствия… Упрямое нежелание узнать мнения профессионалов, специалистов. Этими проблемами я занимаюсь двадцать лет, учился у академика Петра Кузьмича Анохина. Для того чтобы решиться на всесоюзные телесеансы, нужна же была хоть какая-то консультация с профессионалами. То, что Кашпировский на своих телесеансах показывает письма и телеграммы, — это не факты и не аргументы, это иллюстрация. Для профессиональных учёных это азбучные истины!

Если всё-таки есть потребность показывать эти сеансы, то этот показ не должен переступать границу элементарной цивилизованности. То, что мы видим сегодня, — это же просто вандализм.

Ещё в 70-е годы наш профессор Георгий Лозанов работал по проблемам суггестологии с использованием телепсихотерапии. Мы проводили и экспериментальные телесеансы, но только с теми, кто добровольно хотел под гипнозом выучить иностранный язык или же развить какие-то новые качества. Мы выяснили, что поначалу резервные возможности человека активизируются, наблюдается всплеск энергии, который благотворно влияет на человека. Но потом у многих людей идёт резкое ухудшение состояния здоровья. Мы заметили, что многие люди спустя три—пять лет очень серьёзно заболели, и физически, и психически, некоторые даже умерли. А это были люди изначально с отменным здоровьем.

Если после ограниченных телесеансов у здоровых людей возникли такие серьёзные последствия, то можно представить последствия телесеансов Кашпировского, которые смотрят в основном больные люди. А кто знает, что произойдёт с нашими детьми? Успокоение тут выглядит весьма эфемерно. Я считаю, что Кашпировского нельзя называть врачом, поскольку его деятельность, его телесеансы не соответствуют главному принципу клятвы Гиппократа: «Не навреди». О какой врачебной этике здесь можно говорить!

Многие психотерапевты считают, что если всё-таки сеансы Кашпировского будут продолжаться, если мы — учёные, интеллигенция — не в силах их остановить, то нужно хотя бы добиваться их показа в другом варианте — более корректном, более научно обоснованном. И мы готовы в этом помочь. Но проводить эксперимент в пределах как вашей страны, так и других социалистических стран недопустимо и преступно. А то после бедствия коллективизации нас может поразить недуг кашпировизации. Сейчас уже сформировалось такое понятие, как биоэнергетическое загрязнение. Телесеансы Кашпировского — это сильнейший и опасный биоэнергетический загрязнитель.

Тодор Дичев, врач, кандидат философских наук, научный консультант Национального центра Болгарии по биоэнерготерапии

Минздрав СССР занимает псевдообъективную позицию: раньше он всё запрещал, теперь всё разрешил. Позиция Русской православной церкви, решительно осуждающей подобные проявления примитивного язычества, мне кажется более научной.

Всё дело в том, что будоражить иррациональные чувства, подкорку — далеко не безопасно. Это значит создавать атмосферу непредсказуемости, благоприятствующую возникновению разного рода массовых психозов, «эффекта толпы», агрессивности, легко приводящей к разгулу тёмных инстинктов. Необходим коллективный протест научной общественности с требованием прекращения этих телеспектаклей и придания гласности их подноготной. Я категорически хотел бы подчеркнуть, что телесеансы не имеют никакого отношения к психотерапии. Это один из примеров массового внушения.

Но эти телешоу ещё и средства манипулирования общественным мнением. Ни в одной уважающей себя стране никто не допустил бы подобного.

Ю. С. Савенко, кандидат медицинских наук

Ещё в конце прошлого столетия И. Павлов вместе с С. Боткиным обосновали принцип нервизма — это гигантское, чрезвычайно важное для человечества учение о роли высших отделов центральной нервной системы как верховного распорядителя всех функций организма. И на этом принципе основаны эффекты психотерапии и тех явлений, которые нередко обозначают как таинственные и загадочные. Возможности человеческого мозга, вообще нервной системы очень велики.

Сам по себе Анатолий Михайлович, конечно, уникальное явление. Эффекты его, безусловно, очень значимые, серьёзные и реальные. И основаны они на нервизме. Слово оказывает своё воздействие через нервную систему на любые расстояния.

Анатолий Михайлович обладает большим искусством. «Медицинская газета» предлагает провести эксперименты в клинических условиях. Возможно! Но я думаю, что сила психотерапевтического эффекта происходит как раз благодаря тому, что врач-психиатр ничем не скован, он свободен. Эксперимент же накладывает ограничения на психотерапевта, они могут значительно снизить лечебный эффект.

Я думаю, что на успех Анатолия Михайловича в значительной степени влияет и ореол его славы. Поэтому он прав, говоря о том, что, если будут снижать его авторитет, он потеряет своё психотерапевтическое воздействие.

С другой стороны, телесеансы, безусловно, должны быть пересмотрены. Формула, которой пользуется Анатолий Михайлович, хотя и позитивна в своей основе, тем не менее, безусловно, имеются и противопоказания. Среди миллионов зрителей и слушателей, которые прикованы к экрану телевизора, — у них психоэмоциональное напряжение очень высоко, особенно у страждущих людей, — среди этих миллионов есть единицы, десятки, а может, даже и сотни людей, которым напрягаться нельзя, противопоказано, какая бы позитивная формула внушения ни была. Поэтому возможны осложнения.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});