Пронзенное сердце - Сьюзен Кинг

Неожиданно для самой себя отправившись в Хоуксмур, Эмилин совсем не была готова к многочасовой поездке верхом. Когда пошел снег, она уже почти жалела, что не послала Николасу молитвенник с одним из рыцарей. Но она должна сама сообщить ему всю правду. Сейчас, точно установив и направление, и удобный для себя шаг коня, она уже не будет жаловаться ни на пробирающий до костей холод, ни на усталость, сейчас уже переходящую в боль, ни на яростный, головокружительный голод.

Она продолжала ехать по дикой белой пустой равнине, а за ней преданно отмеряли милю за милей двадцать всадников. Вот они перешли вброд быстрый, незамерзающий ручей и повернули к Хоуксмуру.

Путь лежал вниз с длинного пологого холма. Ветер безжалостно пронизывал одежду. Эмилин опустила голову и крепче запахнула плащ. Вдобавок ко всем неприятностям быстро темнело — скоро с трудом можно будет разобрать дорогу.

Наконец далекий, но различимый даже сквозь снежную пелену, на вершине холма показался замок Хоуксмур. Густой лес покрывал склоны и спускался в долину. Сейчас деревья были покрыты снегом. Почти у самого подножия холма Эмилин увидела отряд Николаев: зеленые плащи невозможно было спутать ни с чем.

А с другой стороны на болотистой равнине Эмилин заметила грязно-красные плащи Уайтхоука — напоминая осенние листья, разбросанные по белому склону, они торопились в Хоуксмур. Пришпорив своего коня, девушка стремительно понеслась к замку.

Как раз в этот момент небольшой отряд появился из леса, направляясь к эскорту. Эмилин остановилась, и Вильям догнал ее.

— Кто это? — спросила она, глядя на приближающихся рыцарей.

— Люди из Хоуксмура, миледи, хотя я не могу узнать двоих в красных плащах.

Эмилин вгляделась и радостно направила коня прямо через снег.

— Гай! — кричала она на ходу, — Гай! — Спеша обнять брата, она едва не упала с коня. Гай поймал ее в свои объятия и снова устроил в седле.

. — Эмилин! Что ты здесь делаешь? — удивленно спросил он.

Девушка устало улыбнулась Гаю и Уоту, который молча ехал рядом. Сейчас заговорил и он:

— Вам нечего здесь делать, леди Эмилин. Это не место для женщины. Барон собирается поймать Уайтхоука раньше, чем тот достигнет Хоуксмура.

— Как вы догадались приехать сюда? — в свою очередь удивилась Эмилин.

— Когда дети вернулись из плена — не беспокойтесь, миледи, они в полном порядке и страшно горды своими подвигами, — мы выставили на стены усиленную охрану. И не так давно заметили отряд Уайтхоука и Николаев, стремящегося перехватить его. Мы выехали по этой короткой дороге, чтобы выяснить, не понадобится ли наша помощь. Что касается меня, то я бы с готовностью испытал свой меч на том, кто похищает детей.

— Эмилин, — укоризненно проговорил Гай, — ты должна быть на пути в Эвинкорт. Леди Джулиан и все остальные тоже собираются отправиться туда, хотя приближение Уайтхоука несколько нарушило их планы.

— Первым делом я должна поговорить с Николасом, — заявила Эмилин. — Это очень важно.

— А вот как раз и удобный случай подвернулся, — взглянув куда-то за ее спину, воскликнул Гай.

Эмилин повернулась и увидела Николаса, который в ярости приближался к ним.

— Эмилин! — закричал он, поравнявшись с ней. — Неужели ты совсем не понимаешь, что такое опасность?

— Николас, я…

— Вильям! — он нетерпеливо отвернулся от нее.

— Милорд, она понеслась вслед за вами. — Он пожал плечами. — Вы что, хотите, чтобы я связал ее?

Николас издал звук, напоминающий рычание медведя. На щеках его появились красные пятна. Но Эмилин не отвела взгляд.

— Моя сестра очень изменилась, милорд, — заговорил Гай. — Я покинул тихую девочку, увлеченную рисованием и вышивкой. Конечно, она всегда отличалась горячим нравом, но такой непокорности я в ней не замечал.

— Непокорность — это ремесло. Я научилась ему от хозяина, — сквозь зубы проговорила Эмилин, глядя на Николаса.

Его глаза сейчас казались серо-зелеными. Отвечая Гаю, он, не отрываясь, смотрел на Эмилин.

— Замужество превратило вашу сестру в львицу, — отрезал он.

— Да помоги вам Господь, — проговорил Гай. — Особенно если он пошлет вам львят. — Взгляд, которым Эмилин смерила брата, мог бы расплавить его железные доспехи. Гай поднял руки.

— Единственный способ справиться с львицей — это сохранять твердость перед ее диким нравом, — сухо заметил Николас. — Эмилин, мои люди увезут тебя отсюда немедленно. Причем свяжут и посадят на цепь, если это будет необходимо. — Взглянув на Гая и Уота, он кивнул им. — Поедемте со мной. — Натянув поводья, Николас тронулся с места.

— Николас! — горячо воскликнула Эмилин. — Я должна поговорить с тобой!

— Позже, — бросил Николас через плечо. — Уезжай отсюда сейчас же!

Пришпорив коня, он ускакал.

Эмилин тяжко вздохнула. Несмотря на весь ее гнев и возбуждение, слезы обиды жгли ей глаза. Губы ее дрожали. Усталость, голод и разочарование угрожали ее решимости. Она еще раз вздохнула, стараясь собраться с духом.

Тяжелая рука легла на ее плечо.

— Он просто очень волнуется за тебя, — произнес Гай. — А бесится так из-за того, что любит. Какова бы ни была твоя новость, сохрани ее пока при себе. Твой муж должен быть уверен, что тебе ничто не угрожает, иначе он не сможет справиться с теми задачами, которые перед ним стоят. Поезжай со своим конвоем, Эмилин.

Девушка молча кивнула. Гай сочувственно улыбнулся и повернул коня, чтобы ехать вместе с Уотом вслед Николасу. Всхлипнув, Эмилин направила коня вверх по склону к ожидающим ее воинам.

— Миледи, — проговорил Вильям, — мы проводим вас в Эвинкорт.

— Тогда я должна попросить, чтобы один из вас передал моему мужу вот это… — она дотронулась до сумочки, висящей на ее поясе. — Это очень… — она замолчала. — Вильям, что случилось?

Сержант вглядывался вдаль. Остальные воины возбужденно переговаривались между собой.

— Взгляните туда, — показал Вильям.

Отряд Уайтхоука остановился на белой равнине. Вглядевшись сквозь снежную завесу, Эмилин увидела, что Уайтхоук поехал куда-то в сторону. Люди Николаса в нерешительности остановились и выстроились полукругом, наблюдая и выжидая.

Затем Николас поехал вперед — один. Эмилин против своей воли тронула коня, и тот медленно пошел вниз по склону. Барон и граф встретились и обменялись словами. Уайтхоук поднял руку и показал на деревья.

Из леса показался всадник. Поначалу он выглядел так же, как и воины Хоуксмура. Но зелень его плаща оказалась ярче, больше того — зеленым был и конь. Эмилин замерла, пораженная.

Вильям нервно тронул коня.

— Миледи…

— Иди, Вильям, ты можешь им понадобиться, — поняла его Эмилин. — Оставь со мной лишь двоих. И умоляю — дай мне оружие. Я справлюсь и с луком, и с кинжалом.