Скидбладнир - 6 - Марк Кузьмин

Мне не нужна власть. Но общая ненависть к Пальку настолько сильна, что он не смог бы и дальше быть лидером. Кто‑то должен был его избить, дать всем красивое представление, которое бы порадовало озлобленных, жестоких и обиженных. Этому месту нужен 'козел отпущения'. Но если бы я напал на Гаттора, то стал бы для всех 'собачкой' Палька и меня воспринимали бы как слабовольного глупца.

Огр не поддавался мне, да и не нужно было. Ярость и злость от всего произошедшего была и во мне, потому мне тоже хотелось кого‑то поколотить.

Этому месту нужен новый лидер. Не я. Но иных кандидатов нет. Править монстрами, может только монстр. Не смотря ни на что, мои друзья под категорию чудовищ не подходят, а я уже успел продемонстрировать свою силу.

Удар. Уклон. Удар.

Долго огр не продержался и пал от моей руки.

Выбитые зубы, окровавленное лицо, сломанные кости…

Полное поражение.

— Убей! Убей! Убей! — кричала толпа.

Не умерев прошлый лидер, новый взойти не может. Но….

— МОЛЧАТЬ! — голос усиленный брошью звука пронесся по всей пирамиде. — НЕ ВАМ МНЕ ПРИКАЗЫВАТЬ, ГРЯЗНЫЕ ЖИВОТНЫЕ!

Все замолчали.

Я поднял меч Палька.

— Поднимайся, огр! — приказал я. — И сражайся дальше! Мы не в том положении чтобы терять даже одного воина!

Воин с трудом встал на ноги. Взял свой меч и опустился передо мной на одно колено.

— Да, вождь, — сказал он.

Я лишь кивнул ему.

— Слушайте все! Мы сейчас в тяжелом положении! Нас осаждают и с каждым днем откусывают кусок побольше! Мы не можем связаться с богами и реальностью! Мы отрезаны и в ловушке! — говорил я не очень громко, но брошь солидно усиливала голос, так что меня слышали все. — Однако это не причина сдаваться! Изоляция такого большого количества духов точно вызовет вопросы, мир не сможет игнорировать нас постоянно! Да и кто сказал, что мы отсюда ничего не можем сделать! Мы еще живы! — Народ зароптал. Они переглядывались. — Мы под защитой пирамиды, и только поэтому мы сейчас живы! Если мы попытаемся уйти, то станем легкой добычей для врага. Они сметут нас как огромная волна, а потом используют нашу жизнь как оружие против остального мира! Если мы поддадимся нашей ярости и страху, то породим самого страшного врага — отчаяние… Надежда есть — пока мы живы.

Они ничего не сказали. Да, мои правильные, но это слова Палька, а им нужно что‑то большее.

— Мы променяли одного глупца на другого! — закричал Гаттор. Вот чье хлебало бы расквасить. — Ничего не изменилось, и мы все также будем медленно умирать! Что ты нам можешь дать, вампир?! Чем ты отличаешься от огра?! Ты можешь дать нам армию?!

Мне нечего им ответить. Они нуждаются в надежде. Я чувствую их боль и страх. Они не хотят сражаться друг с другом или ненавидеть, но отчаяние разжигает в них гнев. Им нужна надежда, но я не могу ее дать. У меня нет армии, я даже не могу связаться с реальностью. Есть лишь Убель, который обещал помочь, но его сил вряд ли хватит, чтобы привести сюда войска, а у Эйлистри вряд ли есть столько бойцов. Мы в безвыходном положении. Держать их в рукавицах силы и трепета перед лидером больше нельзя. Больше не подчинятся. Гаттор умело ими манипулирует. Лжец знает слова, которые все сейчас хотят услышать. Но он сейчас 'глас народа' потому трогать его нельзя.

Они ждут ответа, а его у меня нет…

— Я могу дать армию! — прозвучал тихий, но в этом молчании казался таким громким голос.

Повернулся на звук и обомлел. Это говорила Алиса!

Девушка тут же стала новым центром внимания. Все смотрели на нее, а та с трудом не поддалась панике от такого большого внимания к себе.

Ее слова быстро облетели всю округ и через несколько секунд уже все у пирамиды знали, что она сказала, а затем вновь наступила тишина.

— Я с помощью ритуала смогла прорвать 'глушилку' и связаться с одним богом, а значит, смогу и с другими. Мне только нужно больше энергии, — стараясь выглядеть сильной, ответила тифлингесса. Ей неуютно находится в центре и ей страшно.

Народ вновь зароптал. Такого предложения никто еще не делал. Чувствую, настроение меняется. Только Гаттор, казалось, сейчас бросится в атаку.

Встал рядом с девушкой.

— Вы все слышали! — говорю им всем. — У нас есть надежда!

— ДААААА!!! — обрадовались они.

Именно этого они хотели услышать. Надежду, которой они так желали.

— МОЛЧАТЬ! — зарычал я на них. — Быстро работать! Нам нужны кристаллы энергии! Много! Зарядите сколько можно! Хватит тратить ее на всякие глупости! Шевелитесь!

Толпа быстро рассосалась. Надежда подтолкнула в них жажду деятельности. Пусть работают, нам нужно много энергии.

Мы же пошли в нашу хату, чтобы все обсудить. Тут была наша команда, Нашата, Игнатий и сам Пальк. Все расположились и стали ждать. Рэй зажег свечу тишины.

— Ну, Алиса, ты действительно можешь дать нам армию? — спросил я.

— Не уверена, — закусила она нижнюю губу. — Я не могу связаться с богами,… но вот с демонами… возможно…

— Демоны… — помрачнел Игнатий. — В обычной ситуации я зарекся бы вообще с ними дел иметь… Но в нашем положении выбирать не приходится.

— Демоны? В обители Матери Змеи?! — ужаснулась Нашата. — Да меня за это казнят! Это такое богохульство, что прощения нам не будет! Мать Змея лично меня уничтожит, даже души не оставит!

Девушка начала паниковать.

— Успокойся, — сказал ей Рэй, положив руку на плечо. — Выбора у нас просто нет.

— Но ведь в городе есть баэлнорн! Может его попросить?

— Цена будет еще дороже, чем с демонами. Да и нечем нам ему платить. К тому же Мать Змея и так ему должна. Не плоди ее долги.

— Нас и так убью куинги. Разницу между демонами особой не вижу, — пожала плечами Ванда. — Давайте их звать.

— Как скоро ты сможешь поговорить с демонами?

— Вечером. Днем провести ритуал невозможно, — твердо ответила Алиса.

— Тогда начнем подготовку.

Я поднялся.

— Демоны, да… — прошептал Пальк. — Прошли тысячи лет, а теперь я с ними встречаюсь вновь… Как иронично и подло… Но теперь я с ними буду на одной стороне…

— Кто же ты такой, огр?

Он поднял голову к потолку. Смотрел вверх некоторое время.

— Пальк, не очень похоже на имя огра, — вздохнул он. — Огры предпочитают грубые и сильные имена. А Пальк — совершенно не звучит. Оно скорее подойдет человеку… такому жалкому и трусливому как я….

Он закрыл глаза.

— Когда‑то я был солдатом. Воином на службе у Императора Аварана. Случайно попал в его армию, в которой всегда были лучшие из лучших. По недоразумению меня приняли за достойного и включили в гвардию. Жалкого труса как я сделали великим воином… Смешно… — усмехнулся он. — Когда мы готовились к самоубийственной атаке, я испугался. Демоны ведь такие страшные. Я сбежал, а другие поддались моей панике, и часть бойцов ушла со мной…. Ничтожные предатели, которые бросили своих друзей и господина умирать. Те, кто нарушили свою клятву и отдали всех на смерть демонам…. Мы старались выжить, все ради выживания… даже поедание своих друзей. Омерзительные и жалкие…. Поедая демонов… и людей. С каждым днем наша ничтожность росла. Так мы и стали ограми. Я был самым трусливым даже там, потому, наверно, и сохранил свой разум дольше всех. Мало ел, был слабейшим. И мои потомки унаследовали мою слабость и остатки здравомыслия. А меня вскоре забыли, как самого слабого и ничтожного среди Первых Огров. Но, а я же остался с ними, в отличие от остальных. Старался приглядывать за потомками и страдал чувством вины за содеянное…. Мне следовало погибнуть тогда, остаться, и дать бой, защитить свое право быть Гвардейцем. Потому я и сражаюсь сейчас. Никого больше не брошу, никогда больше никого не предам. Лучше умру, защищая других, чем выживу как трус.