Крестные матери - Камилл Обре

но твердо начала Филомена, крепко держа Джемму за руку. – Сейчас сюда придет полиция. Им будут нужны свидетели. Но никто не признается, что видел убийство, – не признавайся и ты. Слышишь меня? Люди знают, что ты сегодня была здесь, поэтому ты не должна убегать, это будет плохо выглядеть, и полиция может начать искать тебя. Так что оставайся здесь, но сообщи полицейским только свое имя и работу. Скажешь, что ничего не видела. Джемма, ты поняла меня? Ты ничего, вообще ничего не видела, ясно?

– Я и правда ничего не видела, – пробормотала Джемма, запинаясь. – Ты же мне глаза рукой закрыла.

– Отлично. Ты ничего не видела, а меня здесь не было, – сказала Филомена. – Потом поймай такси, и мы встретимся дома. Вот деньги на такси. Джемма, повтори, что ты будешь делать! – строго велела Филомена, вкладывая деньги в ладонь Джеммы.

Джемма выглядела перепуганной и сбитой с толку, но когда у нее в руке оказались деньги, это отрезвило ее, заставило понять серьезность ситуации, а также напомнило о детстве, когда они получали от бабушки Тессы деньги в подарок на Рождество. «Игрушки – для детей, – говорила бабушка. – Но деньги – это серьезный подарок».

Филомена с облегчением увидела, как по лицу Джеммы скользнуло понимающее выражение; на секунду она стала очень похожа на своего отца Фрэнки.

– Повтори, – приказала Филомена.

– Я ничего не видела, а тебя здесь не было, – произнесла Джемма твердо, с интонациями Люси.

– А потом? – настаивала Филомена.

– Я возьму такси, – ответила Джемма, – и приеду к тебе домой.

– Хорошо. – Филомена повернулась, чтобы уйти.

По дороге к выходу она задержалась только один раз. Вспомнив о гроссбухе Тессы, Филомена спешно оглядела помещение и заметила его на полу – книга выскользнула у нее из рук, когда они с Джеммой невольно столкнулись. Филомена украдкой подняла гроссбух, положила в свою объемную сумку и вышла на улицу.

Вокруг гостиницы сгрудилась толпа людей, туристы и зеваки пытались заглянуть внутрь. В Нью-Йорке плохие новости расходились очень быстро. Но никто не обратил внимания на скромно одетую женщину, которая, опустив голову, чтобы никто не запомнил ее лица, спокойно ушла.

Оказавшись в безопасности своего особняка на Гринвич-Виллидж, она заперла дверь и налила себе бокал бренди, который моментально выпила. Немного успокоившись, Филомена вытащила из сумки гроссбух. Только тогда она заметила, что упаковочная бумага порвалась на углах из-за того, что книгу пинали ногами, и книга Тессы оказалась перепачкана кровью.

Этим вечером Филомена поняла, что должна сделать. Теперь, когда Анастазию убрали и у них остался всего один босс, перед которым нужно было отвечать, она была готова сделать самый решительный шаг в своей жизни. Но действовать нужно было быстро, пока новые потрясения в мире мафии снова не поменяли его ландшафт.

«Сейчас или никогда», – строго сказала она себе.

Сначала она позвонила в больницу, чтобы удостовериться, что операция Марио прошла по плану. Марио все еще ощущал эффект от наркоза и не мог долго говорить, но он уверил ее, что в порядке. Крис, который был с ним, рассказал, что Эми покинула больницу и отправилась на метро в центр. Крис должен был дождаться, пока доктор выпишет Марио, затем отвезти его в Гринвич-Виллидж.

Так что Филомена разбудила Джемму, которая добралась до дома, дрожа, выпила вино, которое Филомена ей дала, затем легла в одной из свободных комнат их особняка.

– Вставай, Джемма, – мягко сказала Филомена. – Сегодня ты покидаешь город.

Джемма резко вскинулась от прикосновения Филомены. Ее трясло.

– Я постоянно вижу его тело в луже крови! – прошептала она.

Филомена дала ей чашку чая.

– Да, такова уж судьба мафиози, – сказала она. – Но сегодня мы положим этому конец. Мы едем в дом крестной Эми в Мамаронеке на репетицию свадьбы Петрины. Твое платье с тобой? Отлично. Упакуй его в папиросную бумагу и собери себе достаточно вещей, чтобы остаться в Уэстчестере надолго. Просто послушайся меня – и с тобой все будет в порядке.

– Хорошо, – кивнула Джемма.

Когда прозвенел дверной звонок, она уцепилась за руку Филомены.

– Это просто Эми, – сказала Филомена и пошла открыть дверь.

Она отвела Эми в сторону для разговора, а потом, вернувшись к Джемме с листком бумаги, сказала:

– Если мы с Эми не вернемся в течение часа, позвони Крису и Марио в больницу по этому номеру и скажи им, что мы отправились к Стролло по этому адресу.

– А зачем вы идете к Стролло? – спросила Джемма со страхом.

– Чтобы обезопасить нас всех. – Филомена надела шляпку и взяла свою большую сумку.

– Лучше бы вам дождаться мужчин, чтобы они отправились с вами, – взволнованно заметила Джемма.

Филомена покачала головой:

– Нет, мне нужна только Эми.

Когда они вышли из дома, Эми спросила:

– Ты уверена, что хочешь завершить все таким способом?

– Это единственный способ, – спокойно ответила Филомена.

Так называемый социальный клуб скрывался за невзрачной витриной, стекла которой были наглухо закрыты ставнями, так что заглянуть внутрь было нельзя. Выглядело все так, будто клуб давно не работает. Но Филомена заранее позвонила, чтобы попросить разрешения на встречу со Стролло. Так что, когда она постучала в дверь, в дверной глазок выглянул мужчина, отпер дверь, впустил ее и Эми внутрь и снова запер дверь за ними.

В комнате находились только стойка с кофе, несколько простых карточных столов, окруженных складными стульями, и музыкальный автомат в углу.

Стролло сидел за самым дальним столиком у двери с табличкой «Служебное помещение» и, потягивая эспрессо, читал газету. В противоположном конце комнаты несколько мужчин играли в карты. Филомена прошла мимо карточных игроков и услышала, как один говорит другому обиженным тоном:

– Они положили Альберта в мешок для трупов, а двое коммунальных рабочих вытащили его на тротуар, будто мешок с мусором. Где уважение, а?

Она сразу поняла, что они говорят об Анастазии. Эми тоже услышала их разговор, и женщины обменялись быстрыми понимающими взглядами. Филомена напряглась и выпрямила спину, когда они подошли к Стролло. Он отстраненным взглядом посмотрел на гостей поверх газеты, затем осторожно опустил ее, открывая лицо с высоким лбом и непроницаемыми глазами.

– Да? – сказал Стролло.

– Можем мы присесть? – спросила Филомена.

Он вспомнил о хороших манерах:

– Разумеется.

Филомена и Эми сели.

– Сегодня неподходящий день для светских разговоров, – тихо начала Филомена, – поэтому con il vostro permesso[40], мы сразу перейдем к делу.

Он кивнул. Настала очередь Эми, которая решительным тоном произнесла:

– Несколько лет назад вы часто обсуждали свои дела в моей таверне, пока однажды какие-то люди не установили под вашим столиком микрофон, чтобы поймать вас в ловушку. Но беременная женщина подошла к вам на улице и предупредила, чтобы вы не ходили в