Короли карантина - Кэролайн Пекхэм

Я схватил свою спортивную сумку и побросал туда протеиновые батончики, орехи, семечки, курагу, протеиновый коктейль, изюм, рисовые лепешки и баночку арахисового масла, которые там хранил.

Черт возьми, это чертовски скучный пакет с едой, который я могу ей предложить.

Обычно я просто без жалоб принимал наказание за свои привычки здорового питания в течение недели, чтобы сосредоточиться на своих целях тренировки, а затем у меня просто были разгрузочные дни в выходные, чтобы сохранить рассудок. Но прямо сейчас я смотрел на самый скучный ублюдочный пир, который я когда-либо видел, и относил его девушке, чьи привычки в еде уже были разрушены этими придурками, которые утверждали, что она принадлежит им.

Она получила два дня свободы от этих придурков, и я хотел предложить ей кое-что получше, чем рисовые лепешки с арахисовым маслом без сахара.

Мой взгляд упал на бутылку "Джека Дэниэлса", с которой Киан появился здесь в ночь вечеринки посвящения. Он едва проглотил его и, спотыкаясь, ушел отсюда без него после того, как я надрал ему задницу на боксерском ринге достаточное количество раз, чтобы удовлетворить его демонов. Я бросил его сюда со смутным намерением выбросить, но, возможно, мы могли бы воспользоваться им сейчас.

Не то чтобы я собирался предлагать студентке алкоголь.

Я покачал головой, отгоняя эту мысль, закрыл шкафчик и сделал шаг прочь от него. Потом я вспомнил о том, что собираюсь застрять здесь с Татум Риверс на целых два дня в одиночестве, и нам нужно будет придумать, как как-то скоротать время. И, несомненно, все прошло бы намного быстрее, если бы я выпил пару рюмок, чтобы ускорить процесс. Я повернулся обратно к шкафчику, рывком открыл его и бросил бутылку «Джека» в сумку. В любом случае, я пил не так часто, как раньше. Я заслужил свободный вечер от работы учителем.

В коридорах было темно, и я выглянул из передней части здания на небо, которое погружалось в ночь.

Время уже приближалось к девяти, так что все, что мне нужно было сделать, это провести с ней несколько часов, и мы могли бы лечь спать. А учитывая наши планы относительно того, как Ночные Стражи занимают нас, это должно быть достаточно просто.

— Татум? — Позвал я, гадая, где она может быть.

Она не ответила, но голубое ночное освещение привлекло мое внимание сквозь матовые стеклянные двери, так что я решил сначала попробовать там.

Когда я толкнул дверь, мое внимание привлек голос Татум, и я, подняв глаза, увидел, что она сидит на дальней стороне бассейна, опустив ноги в воду. На ней было красное облегающее платье с вырезом на бретельках и глубоким декольте, и от его эффекта в сочетании с рассыпавшимися по плечам ее медово-белокурыми волосами у меня перехватило дыхание.

— Я не знаю, что ты хочешь, чтобы я с этим сделала, если я попытаюсь улизнуть обратно и меня поймают, они отправят меня в колонию для несовершеннолетних — хотя, возможно, на данный момент это лучший вариант, — прорычала она, и не нужно было быть гением, чтобы догадаться, с кем она разговаривала по телефону. Я обошел бассейн и направился к ней, но она, казалось, не заметила моего приближения, когда заговорила снова. — Нет, я не одна, я здесь с…

Я выхватил телефон у нее из рук и взглянул на определитель номера, чтобы увидеть, что на экране высветился Король долбоебов.

— Кто это? — Рявкнул я, хотя уже знал.

— Сэйнт Мемфис. Это ты, тренер?

— Бинго. Ты заставляешь мисс Риверс покинуть безопасную зону, отведенную ей для карантина? — Спросил я мрачным тоном.

— Нет, сэр, — сказал он, но я даже отсюда чувствовал запах дерьма в его дыхании. — Мы с мальчиками просто беспокоимся о том, что она там одна.

— Ну, это не так. Она со мной. Я позабочусь о том, чтобы она держалась подальше от всего и от кого угодно, и, если все пойдет хорошо, вы сможете приятно поболтать об этом за ужином через два дня.

Сэйнт долго колебался, прежде чем вздохнуть.

— Что вам потребуется, чтобы привести ее к нам? — Спросил он своим обычным тоном "у меня-достаточно-денег-чтобы-купить-мир".

— Лекарство от вируса «Аид» было бы здорово, — ответил я. — Если этого не произойдет, нам все равно есть чем заняться, а ты зря тратишь заряд батареи.

Я отключил звонок, и мне было так чертовски приятно срать на планы этого мудака, что я разразился лающим смехом.

Татум уставилась на меня, когда поняла, что я сделал, но мгновение спустя на ее лице появилась широкая улыбка.

— У него наверняка сейчас крышу снесет, — засмеялась она, и я ухмыльнулся, опускаясь на стул рядом с ней, свесив ноги в воду, как и она.

Ее телефон снова зазвонил, когда перезвонил Король долбоебов, и Татум нервно прикусила губу. Я держал телефон между нами, посмотрел прямо в ее большие голубые глаза и выключил эту чертову штуку.

У нее вырвался стон, который, я клянусь, был на самом деле сексуальным, когда ее глаза загорелись дикой энергией.

— Срань господня, — выдохнула она.

— Да, я настоящий плохой мальчик, — поддразнил я ее. — Вешающий трубку и выключающий телефон, как гребаный бандит, жаждущий смерти.

Ее смех зазвучал снова, и я поймал себя на том, что хочу услышать его еще.

— Это сумка для ночевки? — Спросила она, ее взгляд упал на мою спортивную сумку.

— Лучше… при условии, что ты любишь перекусы после тренировки с высоким содержанием белка и полезных углеводов. — Чего никто не любит, но это было лучше, чем остаться голодным.

Она улыбнулась, когда я подтолкнул к ней сумку, и она начала рыться в ней.

— Так что там с твоим нарядом? — Спросила я ее, мой взгляд снова скользнул по красному платью. — Ты идешь на бал или что-то в этом роде, принцесса?

Румянец загорелся под ее веснушками, и она заправила за ухо прядь светлых волос.

— На самом деле это одна из странных форм пыток Сэйнта, — сказала она, и я нахмурился в замешательстве.

— Каким образом?

— Он… вроде как взял мой чемодан в заложники, когда они поселили меня к себе. А потом он купил для меня кучу одежды, на удивление точно зная мой размер, и сам выбирает все, что я ношу.

— Все? — Спросил я, задаваясь вопросом, почему он хотел, чтобы она была так одета. Хотя, когда мой взгляд скользнул по тому, как материал облегал ее, подчеркивая каждый дюйм ее тела, не говоря уже о том факте, что цвет ей идеально шел, причина стала довольно очевидной.