Грозы и звёзды - Оливия Вильденштейн

они не расстегнулись, она снова убрала ружьё себе за спину, сделала шаг вперёд и так сильно затянула их вокруг моих запястий, что у меня больше не осталось надежды освободить руки.

— Так-то лучше.

У неё зазвонил телефон. Она отступила и достала его. Бросив быстрый взгляд на экран, она подняла мобильник вверх и проговорила:

— Скажи «сыр».

Отправив кому-то мою фотографию, она объяснила:

— Им нужно подтверждение, что ты жива.

Это означало, что Лиам ещё не выехал из Боулдера, иначе он смог бы почувствовать моё сердцебиение.

Может быть, он всё же не собирался приезжать?

Может быть, он был уверен в том, что его новая Бета и мои братья прекрасно справятся со спасательной операцией без него?

Я решила не расстраиваться, если он не объявится.

Ведь я же молилась Ликаону о том, чтобы он держался отсюда подальше.

Убрав телефон в карман, Камилла расстегнула куртку, под которой оказался не только бронежилет, но и пистолет в кобуре. Пистолеты такого типа — маленькие, чёрные и автоматические — носил мой брат-коп.

— Тебе, наверное, лучше присесть. Придётся подождать.

Я осталась стоять и начала задаваться вопросом, почему она выбрала это место? Из-за хорошего обзора пространства вокруг нас или потому что планировала использовать лёд против меня?

Против стаи.

— Как хочешь.

Она ушла к берегу и присела там на корточки.

Звук сминаемой нейлоновой ткани и шелест открывающейся молнии раздался в полнейшей тишине. Камилла выпрямилась и надела на голову ярко-оранжевый шлем, после чего повернулась и опустила визор. Когда я его увидела, у меня пересохло во рту, так как я перенеслась в то место и время, которые так отчаянно пыталась забыть. Приближающийся ствол дерева возник у меня перед глазами, грохот металла зазвучал в ушах, а в нос ворвался запах пламени, пожирающего бензин и мою плоть.

Я попыталась отогнать это воспоминание и заставила своё серое вещество сосредоточиться на том, как лёд тихонько трещал и стонал, и как вода приглушённо плескалась внизу, пока моё ужасное настоящее не заглушило моё мрачное прошлое.

На белой полупрозрачной поверхности между моими ногами появилась трещина толщиной в волос. Я задержала дыхание, так как испугалась, что если я буду дышать в её направлении, мой ледяной плот может разломиться надвое. Но затем я снова посмотрела в сторону Камиллы и обнаружила, что она с грохотом направляется ко мне в своём импровизированном обмундировании.

Мои конечности, может быть, и были связаны, но я не весила столько же, сколько Камилла. Я снова начала переступать с ноги на ногу. Но трещина не стала шире, поэтому я начала прыгать на месте, сжав зубы из-за ужасной боли в колене.

— Какого чёрта ты делаешь?

Давай же, лёд. Давай.

— Пытаюсь согреться.

Что-то сверкнуло и звякнуло у неё в руке. Моим бедным глазам понадобилась секунда, чтобы понять, что это было: тяжёлая цепь. Она прекрасно помогла бы ей пойти ко дну.

Я запрыгала ещё сильнее и быстрее, точно зайчик на ЛСД.

Звук, похожий на отдалённый выстрел из пушки, сотряс пространство вокруг нас. Озеро начало оживать.

Камилла улыбнулась мне, словно маньяк, каковым она и являлась.

— Тебе совсем не терпится.

Избавиться от тебя.

Мои резиновые подошвы приземлились на особенно скользкое место, я потеряла равновесие и шлёпнулась так сильно, что услышала треск. Я решила, что это был мой копчик, так как лёд под моей бедной задницей остался на месте.

Я чувствовала, как вода вздымается подо мной. Чувствовала, как её жидкие внутренности облизывают лёд. Как бы я хотела, чтобы он мог разверзнуться и поглотить Камиллу. Я уставилась на её сапоги на толстой подошве, желая всем сердцем, чтобы каждый следующий шаг стал её последним. Наконец она встала надо мной. Тень от её шлема упала на моё лицо.

Я облизала разбитую губу.

— Что ты собираешься делать с этой цепью?

— Как что? Связать нас вместе. Так что, если мы уйдём под лёд, то уйдём вместе.

Несмотря на то, что я не могла видеть её глаза за зеркальным визором, я почувствовала, как она злорадствует.

— Нам не обязательно уходить под лёд. Можно вполне остаться на нём.

Она схватилась за цепочку, связывающую мои наручники, и резко подняла меня на ноги.

— Твоя судьба в руках Лиама, Никки, не в моих.

Она обернула цепь вокруг моей талии два раза, после чего развернула меня так, что я оказалась спиной к ней, а затем обернула цепью свою талию и сцепила её концы металлическим висячим замком.

— Если он позволит мне выстрелить в него, тогда мы с тобой останемся в живых. А если нападёт на меня. Мы обе умрем.

Тепло, исходящее от тела Камиллы, согрело меня. По крайней мере, мне не светило умереть от обморожения.

Но если бы лёд треснул.

Тогда я бы замёрзла.

И, скорее всего, умерла.

Я попыталась снова призвать свою волчицу. Безуспешно. И тогда я призвала ещё одно мощное оружие, которым я владела: мой любимый оптимизм.

Камилла была теперь слишком близко, чтобы вывернуть мои внутренности наружу с помощью своего ружья, а лёд был очень толстым.

— Я не умру сегодня, — сказала я вслух.

Не для Камиллы, а для себя.

Её шлем неудобно прижался к моему затылку.

— Значит и я тоже.

И хотя в том, что я была привязана к Камилле, не было ничего романтичного или магического, я наконец-то поняла, почему Лиам был настолько против того, чтобы привязываться к кому-то.

Похоже, именно так он воспринимал парные связи.

Как два тела, привязанные друг к другу кандалами до конца жизни.

ГЛАВА 60

Время замедлилось, пока я стояла, прижатая к Камилле. Песня ветра обдавала мою кожу, солнце ласкало онемевшие щёки, а плеск воды звучал в ушах.

Минуты шли. Некоторые из них растянулись в настоящие часы; другие же пролетали как секунды.

Всё это время я пыталась понять, как использовать нашу с ней близость в пользу Лиама.

— Ну, наконец-то, — прошептала она, выдохнув облачко пара, которое зависло перед моим лицом.

Чьё-то сердцебиение, которое не принадлежало ни мне, ни Камилле, потревожило воздух.

Пока я осматривала берег и тени между густыми вечнозелеными деревьями, Камилла сдвинулась, изменив позу. Неужели она потянулась за ружьем?

Жаль, что я не могла посмотреть за спину, потому что из-за незнания того, что сейчас происходило, уровень моего кортизола начал зашкаливать. Но я быстро поняла, что она задумала. Она прижала холодный цилиндрический объект к моему подбородку.

Вот дерьмо.

Ружьё.

Сердцебиение другого человека ускорилось, а потом хрустнула ветка. Я повернула голову в сторону звука, но увидела