Иллюзия обмана - Илона Романова

— Научи меня… так же! — всё ещё задыхаясь, попросил будущий Наместник.

— Не могу… И хотел бы, да не сумею… Это, знаешь, как песни — свойство моей души… — печально ответил Отэп и, накрыв ладонью ладонь друга, прошептал, — Прости…

— Но я так хочу… Попробуй, а? — парня душили тайные слёзы. — Пожалуйста… прошу тебя!

— Как этому научить? Тут нужно, чтобы небо вошло в сердце, а уши услышали звуки солнца! А ещё…

Кридонский Наследник вскочил и холодно прервал вассала:

— Мне неинтересны твои поэтические завывания… Я хочу летать и требую, чтобы ты научил меня! Ты понял? — он окинул бывшего друга таким взглядом, который тот старался не вспоминать никогда… Даже во сне.

Вместо ответа Отэп спокойно встал. Отряхнул одежду от налипших хвоинок. Поклонился, как учили на уроках танцев. Пожал плечами, запел и взмыл ввысь…

— Постой! Вернись… — бессильно кричал опомнившийся Арнит.

Из-за деревьев блеснуло оружие. Приближалась Квадра…

III

— Почтенный господин Алчап! Проснитесь!.. Очень вас прошу!

"Ну вот, и этот туда же с просьбами!.."

Никогда ещё Командир Квадры не был так рад возвращению в действительность и никогда это возвращение не было таким мучительно-невозможным. Протянул руку к стоявшему рядом полупустому кувшину. Сделал несколько глотков. Только после этого Отэп спрятался в глубины души. Зато Алчап продрал глаза, резко сел и сунул ноги в сапоги. Ещё несколько минут ушло на то, чтобы отделить сон от яви и наоборот. Наконец он снизошёл до того, чтобы выяснить, кто и зачем разбудил его в столь ранний час.

Перед Алчапом стоял один из безымянных подчинённых. Точнее говоря, имя у солдата было, но Командир не желал напрягать свою память даже для того, чтобы различать их лица. Слишком уж часто менялся состав Квадры. Нет, пожалуй, этого он помнил… Именно о нём Рёдоф говорил, мол, этому парню никогда не вернуться. Алчап впервые увидел, насколько старик прав. Слишком уж жестокое выражение застыло на этом красивом, юном и мёртвом лице. Хотя… "Тоже, наверное, сопротивлялся отчаянно!" — с горечью подумал Алчап, а вслух сухо спросил:

— Что случилось? Неужели распоряжения Императорского Советника теперь передают через простых воинов?

— Нет, почтенный господин… — солдат был растерян и напуган. — Я знаю, какие это может возыметь последствия, но помните… когда мы уходили из Мэниги, я не мог найти свой коврик?

"Кайниол!" — стегнула Отэпа жгучая правда, но до подчинённого донеслось лишь холодное:

— Что ж… сам потерял — сам и ответишь…

— Почтенный господин! Не терял я его!.. Украли… — лепетал тот.

— И знаешь, кто? Или хотя бы где.

— Нет, почтенный господин… В столицу мы бежали по вашему коврику, а когда отправлялись сюда — моего в сумке уже не было… Я же по вашему возвращался… — побелевшими губами прошептал парень.

— Полагаешь, я поверю, что у воина Мэнигской Квадры могли что-нибудь украсть или отобрать? И ты будишь меня до утреннего луча, чтобы сообщить об этом… Прекрасно! — Командир еле сдерживался. — Хотя постой… может быть, ты кого-нибудь подозреваешь?

— Нет, почтенный господин.

— Может быть, ты пришёл просить о снисхождении, пощаде или чём-то ещё?

Подчинённый ответил не сразу. Потом порывисто вздохнул и неожиданно звонким и жёстким голосом произнёс:

— Нет! Я — готов… — мальчишка впервые посмотрел Командиру в глаза и долго не отводил их.

Всё-таки Рёдоф ошибся! Водянисто-синие глаза очистились от недужного морочного тумана. Перед Отэпом стоял не просто растерянный и виноватый паренёк, но воин, презирающий смерть и ненавидящий Квадру в целом и её Командира в частности. Он был ненамного старше Кайниола, но за утрату имущества Квадры полагалось жестокое наказание. За недоказанное обвинение против своих — ещё более страшное. Немногие его выдерживали. Алчап помолчал. Заглянул в опустевший уже кувшин.

— Принеси ещё вина! — он протянул посудину солдату.

Тот с готовностью бросился к двери. Алчап остановил его у самого порога:

— Да, и вот что, парень, даю времени до вечера. Постарайся вернуть то, что у тебя украли… Это единственное, чем я могу помочь…

Окончательно проснувшемуся Отэпу необходимо было всё обдумать. Поэтому он продолжил своё одинокое возлияние. Оглядев стол в поисках закуски, он наткнулся на громадное красное яблоко, которым его намедни угостил Кайниол.

"Ну что ж, мальчик ведёт себя как истинный сын Императора — по крайней мере, сведения, вытянутые из меня, он оплатил с максимально возможной щедростью. Не пришлось бы только за это яблочко головой расплачиваться, — невесело усмехнулся воин, вгрызаясь в тугой ароматный бок плода. — Несомненно, Наследник обвёл взрослых вокруг пальца и удрал в Мэнигу, собираясь встретиться с отцом. И коврик у бедолаги стащил именно он. Как он только от Хаймера сбежал? Да и то, что мы с ним разминулись, в высшей степени странно… Впрочем, это мы ещё успеем выяснить. Сейчас главное, что задумал Кайниол и насколько тяжело придётся расплачиваться за его выходку. В любом случае, сейчас нужно предупредить его родных. Да и Хаймера тоже… Что до солдата… — Командир задумался. — Солдат, он и есть… Если Цервемза не прознает — я не выдам… В противном случае я не могу лишний раз рисковать Наследником…" Он тяжело встал и направился к выходу. Но не успел сделать и двух шагов, как настоятельный зов Цервемзы заставил его бросить всё и отправиться в ставку, находившуюся под амграманскими стенами. Пробегая через пустой общий зал, Отэп на всякий случай заглянул в каморку Рёдофа. Там тоже никого не оказалось. Заниматься поисками времени не было.

"На обратном пути расскажу!" — решил он и помчался дальше…

IV

Первыми, кого увидел Отэп, подбегая к шатру Наместника, были солдаты, из Шаракомской Квадры. Они вели арестованного.

"Этого только не хватало!" — полоснуло по сердцу.

Холодно скользнув взглядом по лицу Первооткрывателя, он властно потребовал, чтобы его первым пропустили к Советнику, мол, пленнику полезно подождать. Командир конвоя попытался было возражать, но Алчап посмотрел мимо него и произнёс лишь одно слово: "Измена!" Потом невозмутимо отстранил обречённого солдата и вошёл в шатёр Цервемзы.

Наместник мрачно и неподвижно восседал в глубоком кресле и неотрывно сверлил взглядом вошедшего. Алчап почтительно замер в ожидании распоряжений.

— Потрудись объяснить, что всё это значит! — Цервемза говорил тихо. Почти шёпотом. Еле сдерживаясь, чтобы не перейти на крик.

— Простите, почтеннейший господин, я не очень понимаю… Если об участи этой, как её там… Римэ, то ваш приказ выполнен. Полностью и даже чуть больше… Полагаю, вам не стоит знать подробности, так же как и то, как мы поступили с её телом… Одно скажу — всё случилось так, как я и предполагал, — здесь Отэп нисколько не кривил душой.