Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

— Умри! Умри! Глупый человечишка! — пронзительно провизжал скавен на рейкшпиле с плохим акцентом.

Посох снова стал опускаться. На этот раз Феликс ухитрился сместиться в сторону, и тот глухо ударился оземь в том месте, где Феликс стоял мгновением ранее. Пока скавен не поднял свой посох снова, Феликс ухватился за него. Сердцебиение спустя он оказался в противоборстве со скавеном за обладание оружием. Скавен оказался куда сильнее и выносливее, чем Феликс предполагал. Его зловонные челюсти со щелчком захлопнулись на минимальном расстоянии от лица Феликса. Вид болезнетворной слюны, сочащейся между сломанных клыков, заставил Феликса задрожать, но он удерживал захват с силой, порождённой ужасом.

Теперь у него было преимущество в весе. Он был выше и гораздо тяжеловеснее истощённого существа, и он пользовался этим преимуществом, чтобы, вращаясь на пятачке, продолжать оттягивать существо. Когда он встречался лицом к лицу в принятом направлении, он переставал тянуть за посох и, вместо этого, отталкивал. Застигнутый врасплох, скавен сбивался на обратный ход. Скавен издал пронзительный визг, когда врезался спиной в раскалённые металлические части котла. Феликс поднырнул, схватил того за ноги и поднял вверх. Мощным усилием он опрокинул предводителя скавенов в его собственный котёл.

Тот на мгновение пропал с глаз под поверхностью пузырящегося варева, затем появился на поверхности, заглатывая воздух челюстями, с которых стекала противная жидкость. Он отчаянно пытался выкарабкаться из котла. Феликс поднял посох и смачно ударил им по голове создания, отбросив его. Затем, нащупывая опущенным посохом, он ощутил движение сопротивляющегося скавена. Он моментально жёстко прижал его посохом и навалился на тот всем своим весом. Скавен, извиваясь, пытался оттолкнуть его назад, но Феликс был слишком тяжёл для этого.

Медленно сопротивление прекратилось. Через некоторое время Феликс ослабил давление и вздохнул с облегчением. Посмотрев вниз с возвышения, он увидел Истребителя, в броске обезглавившего своим топором последнего из чумных монахов. Тела остальных в разных вариациях расчленения лежали у его ног. Он глядел на Феликса, и выглядел едва ли не разочарованным тем фактом, что остался в живых. Феликс ухмыльнулся и показал ему кулак с оттопыренным большим пальцем.

И в этот миг нечто ужасное появилось из котла позади него.

Вилеброт Нуль чувствовал себя отвратительно. Он проглотил так много своего собственного варева, что готов был лопнуть. Он получил такие побои от руки проклятого человека, что даже ощущал боль. И что ещё хуже, его чуть не утопили как крысу, да, именно как крысу. Похоже, прошла целая вечность, прежде чем безжалостный человек перестал давить своим весом на собственный посох Нуля и дал тому возможность пробиться на поверхность.

Быстрый взгляд по сторонам сообщил ему о том, что всё потеряно. Его последователи замертво лежат на каменных плитах, а свирепо выглядящий гном с огромным топором бежит по направлению к нему. Нуль чувствовал, что едва ли в состоянии сопротивляться человеку. Против обоих у него не было никаких шансов.

Теперь человек, выглядящий удивлённым, очнулся и потянулся за своим мечом. Нуль понимал, что это его единственная возможность что — то предпринять. Он воздел вверх свои руки, собирая всю свою силу и призывая Рогатую Крысу спасти его. Какое — то время ничего не происходило, и Нуль подумал, что всё кончено. Меч приближался по дуге. Он не закрыл глаза и заставил себя наблюдать за приближением своей гибели. Затем он ощутил слабое покалывание в теле и понял, что Рогатая Крыса ответила на его молитву.

Феликс рубанул своим мечом, решив, что на сей раз ошибки быть не должно. Теперь — то уж противный чумной жрец сдохнет, Феликс порубит его на мелкие кусочки, только чтоб быть уверенным. Скавен пронзительно завизжал, что Феликс посчитал мольбой о пощаде, и произошло нечто странное.

Зловещее свечение окутало скавена. Феликс попытался удержать свой удар, опасаясь зловредного волшебства, но было уже поздно. В тот момент, как он увидел, что клинок вошёл в соприкосновение, случилось необычное явление. Вокруг жреца будто бы свернулось пространство, он замерцал и исчез с хлопком, как от лопнувшего пузыря. Феликс чуть не потерял равновесие, когда его меч проскочил через пустоту в том месте, где находился крысочеловек.

— Проклятие, — пробормотал он, сплюнув от досады.

— Ненавижу я, когда такое случается, — пробурчал Готрек, печально осматривая место, на котором находился скавен.

Феликс снова выругался и яростно заворчал, словно силой своих проклятий мог заставить скавена вернуться на расправу. Он соскочил с возвышения и пнул отрубленную голову чумного монаха, просто чтобы выместить свою досаду. Затем он посмотрел на Истребителя. К его удивлению, гном очень внимательно рассматривал котёл.

— Итак, человечий отпрыск, — произнёс он, — что мы будем делать вот с этим?

Феликс изучил окрестности. Место было усыпано телами. Могилы были вскрыты, а в огромном котле продолжало пузыриться заполнявшее его отвратительное ядовитое варево. Клетки, в которых содержались крысы, были разломаны в пылу битвы, и несколько зверушек пряталось по тёмным углам помещения. Остальные же пропали.

Сам Феликс находился в беспорядке. Его одежду покрывала кровь, гной и отвратительные вещества, выделяемые крысолюдьми при умирании. Волосы были грязными и спутанными. Истребитель Троллей выглядел не лучше. Из множества мелких порезов у него текла кровь, и всё тело было измазано запекшейся кровью. Некий инстинкт подсказывал Феликсу, что им следует очиститься как можно скорее, а все эти укусы и порезы следует дать обработать Дрекслеру. В противном случае, им наверняка может поплохеть.

Главная проблема же, несомненно, здоровенный котёл. Если подозрения Феликса верны, он представляет столь же большую угрозу для города, как и армия скавенов, а возможно и более значительную, ведь против армии, по крайней мере, можно сражаться. К несчастью, в вопросах чёрной магии Феликс разбирался ещё меньше, чем в омерзительных болезнях. Было очевидно, что необходимо каким — то способом уничтожить варево, чтобы оно не нанесло вреда, но вот как именно?

Слив его в реку скорее навредил бы, чем помог. Попросту оставить варево тут означало, что скавены могут вернуться и забрать его, когда им заблагорассудится. У них наверняка есть собственные тайные пути в Сады Морра, и они могут приходить и уходить по своему желанию. Не говоря уже о том, что их колдовство явно позволяет им по желанию исчезать. И никакой возможности поджечь этот склеп для них не представлялось.