Тринадцать полнолуний - Эра Рок

Старик глубоко вздохнул и закрыл глаза, женщина заплакала во весь голос. Из тёмного угла комнаты к ней вышла девушка. Она была прекрасна! Густые волосы были собраны на затылке узлом, матовая кожа, казалось, светилась изнутри каким-то божественным светом. Удивительные миндалевидные глаза, в окружении пушистых ресниц, были грустными и полными слёз. Высокая, стройная, она была великолепна! Но в чём же увечье? Когда девушка подошла к матери ближе, изъян стал заметен. У неё не было кистей рук. Девушка присела возле матери и уткнулась в её колени. Так и сидели они, оплакивая мужа и отца.

Наши путешественники во времени снова оказались в доме Шалтира. Стряхнув оцепенение, все трое переглянулись.

— Зачем вы показали мне это? — спросил Кемаль.

— А разве твоё сердце молчит? — ответил вопросом на вопрос Шалтир.

Генри посмотрел на Кемаля и к своему удивлению заметил, что фиолетовое свечение стало не таким ярким, освободив голову юноши.

— У меня есть смутная догадка, скажите, я прав? Это семья Джамада?

— Ты прав, юноша, это так и есть. Посмотри, сколько горя, всю жизнь они прожили, оплакивая своего сына и не знали о его судьбе. А теперь две бедные женщины остались одни.

— Я знаю, что теперь мне надо делать. Я найду их и перевезу к себе, я должен это сделать. И до конца своих дней я буду молиться за спасение наших душ. Если боги будут благосклонны ко мне, они простят наши прегрешения. Но как и где я найду их? — задумался Кемаль.

— Твоё сердце поскажет тебе, я уверен в этом.

Шалтир улыбнулся, довольный результатами своей работы. Сегодня им была спасена ещё одна душа. Он был уверен, юношу не испугают трудности пути и поиска. Генри во все глаза смотрел на Кемаля. Словно тонкое покрывало, фиолетовое свечение спадало с юноши и исчезало под его ногами. «Но я же ничего не сделал для этого?» подумал Генри и посмотрел на Шалтира. Тот улыбнулся ему и подмигнул.

— Спасибо вам, учитель. Сегодня вы вернули меня к жизни и смогли научить жить снова. Я прекланяюсь перед вашим талантом и всегда буду вспоминать вас в моих молитвах. А теперь прошу у вас разрешения уйти. Мне нужно отправляться в путь, который, я чувствую, будет долгим. Но мне известна конечная цель и это облегчит поход. Прощайте и пусть боги будут щедры к вам, — Кемаль встал, низко поклонился и вышел из дома Первого Радужного Адепта.

Забежим надолго вперёд, чтобы увидеть, как сложилась судьба Кемаля. Он долго скитался, причём пешком, по городам, ища двух этих женщин и почти отчаялся. Последний населённый пункт его поиска принёс ему облегчение и радость. Сев передохнуть у порога первого же дома, он постучал в дверь и попросил воды. К нему вышла женщина, которая была очень похожа на ту старуху из видения. Кемаль не поверил своим глазам и, переводя дыхание, спросил: «Скажите, уважаемая, а есть ли у вас дочь?» Женщина горько заплакала и ответила ему, что да, есть, но она калека и это боль матери. Кемаль вздохнул с облегчением, чем вызвал у женщины приступ негодования. Извинившись, он постарался, как можно мягче и понятнее объяснить бедной вдове причину своей радости. Женщина смотрела на него, как на умалишённого. Но видимо в глазах юноши было столько искренности и доброты, что она пригласила его в дом. Сидя в бедной лачуге, Кемаль обстоятельно рассказал двум женщинам всё то, что нам уже известно. Долго не могла прийти в себя старуха и плакала, преживая вновь и вновь потерю сына. Кемаль сказал, что пришёл за ними, чтобы теперь вместе, все втроём они попытались замолить грехи их родных и с одной и с другой стороны. Выбирать женщинам не из чего было и они решили отдать свои судьбы во власть Всевышнего. Собрав нехитрые пожитки, они отправились в провинцию Кемаля. Много трудностей ждало их в пути, но господь был милостив к ним и они благополучно добрались до своего нового дома.

Дни шли за днями, месяцы за месяцами, потянулись своей чередой годы. Ум и красота девушки запали в душу Кемаля и её недостаток нисколько не смущал нового правителя провинции. Однажды сознался он в своих чувствах её матери. Расплакалась старая женщина от счастья и низко поклонилась ему за всё, что он сделал для них. «Я не могу знать, что ответит вам моя дочь, она честная и порядочная девушка. Поговорите с ней сами,» — ответила она Кемалю. Он так и сделал. Девушка не скрывала, что и в её сердце тоже проклюнулся нежный росток ответного чувства. «Природа даёт возможность прорасти всем и все ростки находятся в одинаковых условиях, но очень немногие вырастают до пика цветения. А этот росток дошёл до этой вершины и теперь цветок любви стал расти и благоухать, независимо от времени года и человека». Но горечь от своей неполноценности больно давили её сердце. «Мне не нужна твоя жалость ко мне, как к несчастной уродине,» — девушка посмотрела в глаза Кемалю. Но Кемаль успокоил её, сказав следующее: «Я никогда не попрекал и не попрекну тебя в этом и чувство моё искреннее и честное. Всю свою жизнь я буду доказывать это тебе. Красота в глазах смотрящего, для одного красиво, для другого уродство. Я видел много красивых внешне людей, но насколько они были прекрасны, настолько же были уродливы их души и помыслы. Ещё скажу тебе словами одного поэта»

«А если так то, что есть красота,И почему её обожествляют люди?Сосуд она, в котором пустота,Или огонь, мерцающий в сосуде?»

Прошло время и у них родилось трое детей. Старая мать успела увидеть всех внуков и со спокойным сердцем отправилась в мир иной. А Кемаль и его жена жили в большой любви и взаимопонимании.

— Ну, как, Генри, вы усвоили этот урок? — повернулся Шалтир к своему гостю.

— Да, я многое смог увидеть в другом свете и тоже хочу сказать вам спасибо. Как много в человеческих судьбах скрытых порогов, о которые может разбиться лодка жизни.

— Да, по истине, но в этом и есть смысл игры под названием «ЖИЗНЬ». А Жизнь — это шахматная партия со Смертью. Вы играете белыми, а она чёрными. Продумывая свои ходы на три шага вперёд и предугадывая ответные действия соперника, вы отодвигаете финальную партию. Но, сделав неправильный расчёт, вы бросаете вызов и последняя игра становиться опасно близка.

— Но ведь в конечном итоге победитель в этой игре известен? — печально улыбнулся Генри.

— Но отодвинуть финальную партию может каждый умный и умелый игрок, в чьих руках белые фигуры. Нам пора расставаться. Помните, мой дом для вас открыт всегда. В любое время буду искренне рад нашим встречам.

Шалтир поднялся и поклонился Генри. Тот ответил ему тем же и вышел из дома. Радужные Адепты расстались на неопределённый срок.

Глава 21

Прошло чуть больше полугода. Несколько раз Генри чувствовал непреодолимое желание вновь встретиться с Шалтиром, но решил не беспокоить старшего. «Я сам должен проходить свои университеты. Я обязан самостоятельно идти по своей дороге и учиться анализировать всё, что вижу. Конечно, с подсказками жить гораздо легче, но тогда в чём же будет моё самосовершенствование? Нет, если я зайду в тупик в своих размышлениях, тогда и прибегну к помощи учителей,» — думал Генри. И случай не заставил себя ждать.

Среди солдат своего полка, Генри обратил внимание на одного. Это был очень жизнерадостный, весёлый человек. Он поднимал дух солдат, которые тосковали по родным. И когда возле консульства был тот инцидент и в глазах остальных был страх и тревога, в его глазах была твёрдая решимость не отступать ни на шаг. Он тихо перешёптывался с солдатами и после его слов выражения лиц людей стали серьёзными и страх улетучился. Его звали Януш Дробыч.

Однажды вечером, обходя посты охраны, Генри был ошарашен. Януш стоял, сжимая ствол ружья, невидящим взором уставившись в темноту ночи. Его голову окружал капюшон, сотканный из фиолетовой нематериальной энергии. Генри был поражён до самой глубины своей души. «Как? Почему? Ведь оптимизму этого человека может позавидовать каждый! Что гложет его?» Он подошёл к Янушу и попытался, как можно аккуратнее, сформулировать свой вопрос.

— Я давно хотел поговорить с вами о том инциденте, тогда у консульства и поблагодарить за вашу неоценимую поддержку, как вы, непостижимым образом, благотворно повлияли на солдат. Что вы говорили им, я не мог услышать, но видел, как они становились мужественнее и твёрже.

— Господин капрал, я уже и не припомню всех слов, в такие моменты слова рождаются сами по себе и льются, как вода в реке, — улыбнулся солдат.

— Я понимаю вас, мой друг и не требую ответа. Просто спасибо за то, что вы были таким мужественным и смелым. Но хочу задать вам личный вопрос. Скажите, что сейчас тревожит вас, почему в ваших глазах столько тоски? Вы беспокоитесь за своих родных?

— Да какое там мужество, я просто устал бояться смерти и стал опять звать её, чтобы покончить с этим страхом, — Януш махнул рукой.