Долина звезд - Константин Кузнецов

И только сейчас Неро заметил каменную крошку, у самого подножия статуй.

— У меня давно было подозрение, что среди 'волков' затесался маг. Но я ненавистно отметал подобные мысли. И оказался не прав, — подытожил Нав.

— Мальчишка?

— Ха, колдун. Я же говорил, что интуиция слишком ненадежная вещь, — не согласился оборотень. — Разве ты чувствуешь его след. Или он сотворил волшебство? Нет, друг, подобной силой и знаниями должен обладать кто-то по взрослее этого сопляка, куда как взрослее. Тот, кто помнит и знает древнее наследие Итарги.

Неро не ответил ни слова.

Все выглядело слишком очевидно. Только почему-то он не сам пришел к подобным выводам, а ему открыл на это глаза какой-то оборотень. Пускай и из очень знатного рода, но все же простой перевертыш.

— Стало быть, мы не сможем идти дальше? — выслушав господ до конца, решил вставить свое веское слово Партилье.

— Вот как раз тут ты ошибаешься. Еще слово и ты побежишь у меня, обгоняя ветра, и первым достигнешь стен Белого города.

Партилье ничего не ответил. В очередной раз кольцо, заставило его ляпнуть несусветную глупость и получить за это порцию словесных тумаков.

Нав сделал несколько осторожных шагов вперед, вдыхая полной грудью запах гари. В голове засели тысячи вопросов. Нагромождаясь, друг на дружку они высились не хуже Нарнских исполинов, вызывая у оборотня чувство полного отвращения. Он силился расставить их по местам, разложив по воображаемым полочкам и потешив свое самолюбие, чтобы докопаться до правды. Но количество вопросов порождаемых всего лишь наивными догадками было столь велико, что Нав запутался окончательно. На время, отложив свои бесполезные потуги.

Оказавшись за чертой ворот, Ирт с облегчением выдохнул ледяной воздух. Крепкий морозец, сменивший тянущую и тяжелую жару, был ему куда привычнее.

Исполины продолжали, молча взирать вперед, и лишь крохотный алый огонек, все еще пылал в прорезях для глаз.

Махнув незадачливым спутникам, Нав развернулся и уверенно двинулся вперед.

В одной из своих догадок он не ошибся — их действительно пропускали к Белому городу. Иначе, какой бы силой они не обладали, вряд ли смогли укрыться от зорких глаз стражей Нарна.

Или все гораздо прозаичнее и Неро прав. Стоит лишь ткнуть пальцем в небо, выбрав одно верное решение, и именно оно и окажется правельным. Самое невероятное и самое не логичное. Но единственно верное.

Ирт улыбнулся сам себе. Сколько еще дней противоречия будут играть с ним так жестоко, помыкая, словно ловкий кукловод, дергает кукол за нити.

5

Глубинные неровности Мертвого моря, разгладившись, превратились в идеально ровное поле. Би гер предположил, что мы попали в долину Саль — Аши. Здесь, по его мнению, исходя из манускриптов Санкритской библиотеки, жили звезднорожденные. Конечно же, я никогда не слышал о таком народе, но подвергать сомнению рассказы следопыта не стал. Слишком уж много тайн хранила в себе Итарга, и то, что сейчас творилось в королевстве, было тому лишним подтверждением.

Вскоре рассказ продолжил Ид Идарго. Он не мог сдерживаться, с интересом любуясь просторами долины. Оказывается, Дети звезд — как их многие называли, обладали невероятной силой и могуществом. А их знания казались бесконечными.

Возможно, это были всего лишь предания и легенды, нашедшие свое пристанище на пожелтевших от времени страницах хроник. Но великая Ваора, как же хотелось в это поверить.

Поправив начищенную до блеска кирасу, Би гер поравнялся со мной.

— Как ты считаешь, почему узник Арнака помог нам?

Я в ответ лишь пожал плечами:

— Возможно, мы преследуем одни и те же цели.

— Разве у мертвецов нет других забот, — вмешавшись в разговор, недовольно хмыкнул Хард Зи.

Следопыт грозно покосился на надменное лицо товарища и вновь возвратился к нашему разговору.

— И все же, Курт. Тебе не показалось, что он слишком, как бы это выразиться, прозорлив? Ведь каждый раз, когда Рок сводил тебя с ним, в он заранее знал любой твой ответ.

Не знаю, зачем Би гер затеял весь этот разговор — но припомнив встречи с узником, — я не мог с ним не согласиться.

— Мне трудно судить о подобных вещах, — честно признался я. — Раньше я думал, что закончив свой жизненный путь, человек сразу попадает в царство слепца Шода, а не остается бродить между временем, не найдя достойного пристанища.

— По-моему очень однобокий разговор, Би гер, — поддержала меня 'волчица'. — К чему приведут наши беспочвенные домыслы и сомнения?

Следопыт расплылся в улыбке:

— Осознание того, что в нашей сложной борьбе у нас, наконец, появился союзник, необходима как воздух.

Этот ответ вызвал неоднозначную реакцию у каждого из нас: если молчаливый Хард Зи всего лишь недовольно скривился, тот у меня и Хелер Мун он родил едва заметную улыбку. Возможно, Би гер ошибался, но лучик надежды в столь трудное время удвоил наши силы, укрепив подорванный дух.

Когда еще несколько лиг осталось за плечами, мы, все же, остановились на привал.

Мороз крепчал, и бегущие по небу облака отчего-то стали белее, превратившись из гигантских черепах в крохотные рваные лоскутки. И нашему взору открылось чистое звездное небо. Усеянное крохотными снежинками звезд, оно казалось сказочным. Впервые за долгое путешествие я вспомнил свои сны, когда попадал в прекрасную долину, и где Великие созвездия росли у меня под ногами, а небо опускалось на землю, убаюкивая своей нежностью и теплотой.

— Эй, Курт, — Би гер толкнул меня в плечо. — Чего, спишь?

Распрощавшись с греющими душу мыслями, я вернулся в ужасную реальность.

— Я просто задумался.

— Да, дело хорошее, — согласился Би гер и глядя на свое небритое отражение в кирасе, произнес: — Слушай и как этот мы сами не догадались… Использовать нашу защиту как зеркало. Получается, что исполины увидели себя в отражении и атаковали не нас, а друг дружку.

Я без особого энтузиазма согласился. Не хотелось сейчас думать о страхе и ненависти. Подняв голову, я вновь зачарованно уставился на неимоверное скопление звезд. Среди этих крохотных кристалликов, красная угроза, взирающая на нас с небес, выглядела как разросшаяся до невероятных размеров медуза. Ее длинные извивающиеся щупальца растянулись на долгие лиги, словно пытаясь охватить всю Итаргу.

Отчего-то мне сделалось ужасно горько. Не хотелось верить собственным мыслям, но разве могли мы — всего лишь беспомощная горстка людей — сопротивляться подобной громадине? Вместе с грустью меня охватил самый настоящий кошмар. Ноги стали ватными и захотелось выть от отчаянья, что мои предположения в скором времени неприменно сбудутся.