Чёрно-белая палитра - Ольга Куно

Я прикрыла глаза и тихонько, но почти по — волчьи завыла, благо поблизости никого не было, а ветер дул в лицо. Как же быть?

Как быть в долгосрочной перспективе, ответа не нашлось. Зато я точно поняла, что надо делать сейчас. Выпить. Желательно коньяку. Желательно побольше. И ноги сами понесли меня в 'Шахматную доску'.

Приблизившись к трактиру и заслышав шум, который обычно сопровождает подобные заведения по вечерам, я почувствовала себя лучше. Есть люди, которые, когда им плохо, тянутся к компании. Есть люди, которые предпочитают одиночество. Должно быть, я в этом отношении — человек со странностями, ибо предпочитаю одиночество в компании. Точнее говоря, люблю спокойно посидеть в шумном месте, полном людей.

Однако же посидеть в одиночестве не довелось. Я только — только успела перейти порог, ответила на кивок знакомого официанта и начала оглядывать ту часть помещения, что предназначалась для клиентов попроще, как вдруг услышала радостное:

— Госпожа Рейс?

Я повернула голову в поисках окликнувшего меня человека и улыбнулась. Как это ни странно в нынешних обстоятельствах, видеть Дункана Веллореска было приятно.

— Какими судьбами? — осведомился он, пробираясь ко мне между столами.

Я шагнула навстречу и, когда мы поравнялись, и Дункан поцеловал мне руку, честно призналась:

— У меня плохое настроение, и я решила выпить.

Вместо того чтобы возмутиться такой вульгарности, он весело рассмеялся.

— В таком случае разрешите составить вам компанию?

Я с удивлением поняла, что желания возразить не возникает.

Дункан повёл меня в ту часть зала, что была расположена на возвышении. Подниматься на две ступеньки было непривычно. Будто ты артист в театре, и восходишь на сцену. Но стоило мне на эту самую 'сцену' подняться, как новые ощущения сменились воспоминанием. Припомнилось, как несколько месяцев назад мы с ребятами сидели в этой самой таверне, только в нижней её части, а вот сюда, наверх, шёл Алджи и вёл свою даму. И я невольно ахнула, впервые сообразив, что этой самой дамой была именно Камилла. И как только я не сообразила сразу, когда она приходила к Алджи на квартиру?

Мы сели за свободный столик, причём официант подскочил своевременно, чтобы услужливо пододвинуть мне стул.

— Никогда не была в этой части зала, — заметила я.

Бахвалиться по этому поводу Дункан не стал. Ещё одно очко в его пользу.

— Что бы вы хотели заказать? — спросил он.

Официант застыл рядом в ожидании.

— Коньяк, — уверенно заявила я.

— Какой именно? — тут же осведомился официант.

Я нетерпеливо пожала плечами.

— На ваш выбор. Не из самых дорогих, конечно.

— О цене можете не беспокоиться, — вмешался Дункан.

Вступать в спор я не стала, но взглядом дала официанту понять, что мои слова остаются в силе.

— Что будете есть? — спросил Дункан.

Я вновь безразлично пожала плечами.

— Что угодно, только немного.

Больше коньяка, меньше еды. А чем закусывать, не так уж важно.

Я не особо прислушивалась, пока Дункан делал заказ, затем официант с поклоном удалился.

— Хотите рассказать, что у вас стряслось? — негромко осведомился Дункан.

— Честно говоря, я предпочла бы об этом не говорить.

— Хорошо, — не стал настаивать он. И, в подтверждение своих слов, перевёл разговор на совершенно новую тему. — Вы знаете, этот человек, которого вы прислали, действительно обладает уникальным даром.

— Тот, который передаёт на расстояние изображение? — уточнила я.

— Он самый, — охотно кивнул Дункан.

— Вы с ним работаете? Есть какие‑то успехи?

— Успехи есть. Правда, работа ещё предстоит большая, но если из всего этого что‑то получится… Мы создали группу из четверых специалистов — двое рыжеволосых экспертов по магическим технологиям, один темноволосый, имеющий опыт работы в сфере эхолиний, и ваш знакомый. Ну, и я отираюсь там время от времени, хотя толку от меня не слишком много.

— Если вы финансируете проект, знакомите специалистов и являетесь, так сказать, идейным вдохновителем, то толку от вас никак не может быть мало, — заметила я.

— Возможно. — Дункан не стал развивать тему как малозначащую. — Но перспективы действительно потрясают. Нам уже удалось увеличить радиус передачи изображения при помощи некоторых приборов. Пока не слишком существенно, метров на двадцать, но это ведь только начало.

Рассказывая, Дункан всё больше воодушевлялся, и я почувствовала, как мне тоже передаётся его воодушевление. Похоже, что из моей идеи начинало что‑то получаться! Я так обрадовалась, что даже не стала набрасываться на коньяк, когда его принёс вместе с первыми, лёгкими, закусками расторопный слуга. Выпила одну рюмку и на этом остановилась, увлечённо слушая рассказ о нынешних и будущих достижениях.

— Всё дело в том, что тот же принцип, по которому работают эхолинии, нельзя полноценно применить к изображению, — говорил Дункан. — Ведь человек теоретически может скопировать чужой голос, но никак не увиденную картину. Поэтому мы исследуем способы объединить некоторые аспекты работы эхолиний с принципиально новыми разработками. В случае если всё получится, это будет настоящие прорыв в магических технологиях! Мы даже придумали новый термин — эховидение!

— Здорово! — искренне восхитилась я. И мечтательно проговорила: — Представляете себе: в случае удачи можно передавать интервью, как по эхолиниям, но при этом видеть всё, что происходит в студии. И ведущую, и интервьюируемого!

— А вы представьте, — включился в рассуждения о будущем Дункан, что эхофоны передают не только звук, но и изображение. И вы можете не только слышать собеседника, но и видеть его, как будто он находится прямо рядом с вами!

— Сказать по правде, в этом как раз есть свои недостатки, — немного подумав, призналась я. — Представьте себе, что рано утром вы спите, и вдруг раздаётся звонок эхофона. Сейчас вы можете схватить его и ответить, не раздумывая. А представьте, что вам придётся сначала подобающе одеться, побриться, причесаться, вообще привести себя в порядок — и только потом отвечать!

Мы дружно рассмеялись.

— Да уж, с той стороны никто точно не станет ждать столько времени! — рассудил Дункан. — Возможно, нам следует как‑то попридержать эту идею. Впрочем, мы в любом случае начнём с эхолиний, а там уж посмотрим, что будет дальше.

Когда на тему эхолиний было сказано всё, что можно было сказать на данный момент, мы погрузились в молчание. Тем более что официант принёс основные блюда, а Дункан и тут не пожадничал. Внушительные куски сочного мяса, печёный картофель в качестве гарнира, ещё какие‑то добавки и соусы. Я ела без особого аппетита, но постепенно содержимое тарелки всё‑таки уменьшалось.