Деревня на голгофе летопись коммунистической эпохи: от 1917 до 1967 г. - Тихон Козьмич Чугунов

Доходит до того, что даже в столице не бывает ни капусты, ни молока. «Весной этого (1960‑го) года… в магазинах Москвы не было не только свежей, но и квашеной капусты», — задним числом признается центральная правительственная газета.

По сведениям иностранных журналистов, дипломатов, туристов, по всему Советскому Союзу за последние годы произошло «резкое ухудшение снабжения населения, в том числе и рабочих, продуктами питания и предметами широкого потребления. Даже в Москве, до сих пор считавшейся самым обеспеченным в Советском Союзе продуктами и товарами городе, …наблюдаются перебои в снабжении… Проживающие в Москве американцы пишут, что в продуктовых магазинах по несколько дней нельзя было достать даже молока».

Об этом сообщают свидетели и в других газетах: «Перебои с хлебом, сахаром, маслом и другими продуктами увеличились с осени прошлого (1959) года. Растут очереди»…

Об усилении продовольственного кризиса в Советском Союзе свидетельствует также правительственное распоряжение, воспрещающее отправку продуктовых посылок из Москвы в провинцию.

О недостатке продовольствия в СССР говорит также тот факт, что цены на продукты стоят очень дорогие и велик разрыв между ценами в государственных магазинах и на рынке.

Туристы–очевидцы опубликовали в газетах такие сведения о ценах на продукты в Мариуполе (на Украине) в 1960 году (в старых деньгах): картофель стоит — 2–2,5 рубля килограмм (в новых деньгах — 20–25 копеек); помидоры — 15 рублей килограмм (в новых деньгах — 1 р. 50 коп.); масло сливочное — 30–35 рублей килограмм (в новых — 3–3,5 рубля); сало — 22–26 рублей килограмм (в новых — 2 р. 20 коп. — 2 р. 60 коп.); говядина — 22–24 рубля килограмм (в новых — 2 р. 20 коп. — 2 р. 40 коп.); молоко — 3 р. 70 коп. литр (в новых — 37 копеек); порция мороженого — 1 р. 20 коп. (в новых — 12 копеек); стакан пива — 6 рублей (в новых — 60 копеек).

А в Алтайском крае цены на продукты ещё дороже (в старых деньгах): килограмм мяса — от 35 до 38 рублей (в новых деньгах — от 3 р. 50 коп. до 3 р. 80 коп.); килограмм сельди — от 17 до 20 рублей (в новых деньгах — от 1 р. 70 коп. до 2 рублей); килограмм камсы — 8–10 рублей (80 копеек — 1 рубль); литр молока — 4 рубля (40 копеек в новых деньгах).

Обеды в ресторанах Советского Союза стоят очень дорого: обед из двух блюд и 1/4 литра водки стоит 100 рублей в старых деньгах или 10 рублей в новых деньгах).

Цены на овощи на рынках в Москве выше цен на рынках в Германии в среднем в 8 раз.

Бюро статистики труда в Соединённых Штатах Северной Америки установило, по соотношению средней зарплаты рабочих и цен на продукты, что средний советский рабочий должен работать в 1,5 раза дольше американского рабочего, чтобы заработать на хлеб, в 3,5 раза дольше — на картофель, в 4 раза — на мясо и молоко, в 8 раз дольше — на яйца и в 9 раз дольше — на масло.

Если брать среднее соотношение по всем этим видам продуктов, то получится, что средний рабочий в Советском Союзе должен работать для покупки всех видов продовольствия для семьи в 5 раз больше, чем средний американский рабочий. Реальная заработная плата рабочего в СССР в 5 раз ниже реальной заработной платы американского рабочего, или цены на продукты в Советском Союзе — в 5 раз выше, чем в Америке.

Из–за этого рабочие в СССР плохо питаются и недоедают.

«Картошка, и то плохая, мелкая и полугнилая, да селёдка — это все, что едим каждый день, — пишут рабочие из Донбасса. — Но и картошка очень дорогая, и больше кило на нас троих в день расходовать не можем. С хлебом перебои».

В дореволюционной России картофель продавался по 1 копейке за килограмм. В Советском Союзе цена его доходит до 40 копеек за килограмм (в новых деньгах).

Питание семьи среднеоплачиваемого советского служащего, получающего 500 рублей (старых) в месяц и имеющего 5 членов семьи (он, жена, Трое детей), Очевидец–турист описал так: «Поужинали: была варёная картошка и чёрный хлеб. Дети запивали картошку водой; молоко покупают они редко. Служащий, глава семьи, сказал, что на эту заработную плату и при существующих ценах они «не живут, а кое-как существуют»… Когда об этом случае было рассказано в вагоне, то один пассажир, врач, «удивился, как можно впятером жить на 500 рублей. У него семья только три человека (кроме него самого — ребёнок и жена, которая из-за болезни не работает), но им его 800 рублей на полный месяц никогда не хватает».

Американские студенты, живущие в Москве и обучающиеся, в порядке обмена, в университете, так характеризуют питание: «Еда в студенческой столовой скверная». Это в столичном университете, во «всемирной показухе». А каково питание студентов, которые учатся в провинциальных техникумах и получают стипендию не 50, а только от 10 до 30 рублей в месяц?..

Повседневное питание советских солдат, проходящих военную службу в Германии, очевидец, бывший советский солдат, перешедший на Запад в 1959 году, описывает так:

Завтрак: 200 граммов хлеба, перловая каша, 20 граммов сахара, чай.

Обед; 300 граммов хлеба, картофельный суп (или щи) и каша перловая.

Ужин: картофель помятый, перловая каша; иногда кусок сельди.

Выйдя из столовой после такого обеда или ужина, солдаты разговаривают: «С голоду не умрёшь, но и сыт не будешь…»

Солдаты русской дореволюционной армии имели в своём меню кашу гречневую или пшённую, мясо и сливочное масло.

Итак, солдаты и студенты, рабочие и рядовые служащие в Советском Союзе питаются скудно.

Но хуже всех других слоёв населения питаются колхозники-хлеборобы, производители продуктов. Они питаются, как мы видели выше, картофелем и овощами, «сидят на картошке и капусте».

Но и овощей и картофеля у них не всегда хватает: приусадебный участок их очень мал; времени для ухода за овощами не хватает; нужда в деньгах (на покупку хлеба, одежды, обуви, посуды и т. п.) у них очень большая.

Из–за этого они должны продавать даже часть необходимого картофеля и овощей.

Огромное большинство земледельцев испытывает острую нужду в хлебе, которого они на трудодни получают очень мало. Поэтому старик сказал своему городскому земляку сущую правду, когда определил питание колхозников так: «едят плохо».

Определяя своё питание, колхозники обычно дают только количественную характеристику; «едят мало», «совсем нечего есть». Один колхозный председатель так утешал