Деревня на голгофе летопись коммунистической эпохи: от 1917 до 1967 г. - Тихон Козьмич Чугунов

повседневный быт тамбовских колхозников, то о них тоже есть любопытное упоминание в книге Вирты «Крутые горы». Председатель, желая наладить колхозное производство, решил собрать удобрения из частных дворов и вывезти их на артельные поля. Он решил заинтересовать этим детей колхозников и обещал: за каждое ведро навоза (или золы), принесённое со своего двора к колхозной скотоводческой ферме, выдавать по одной конфетке. И ребятишки с большим рвением собирали навоз на своём дворе и несли его через все село, за километр, к колхозной ферме, чтобы получить за такой труд одну конфетку… Видно, что редко конфета появляется в деревне и кажется колхозным детишкам очень дорогим лакомством.

При этих условиях едва ли можно поверить тому, что каждая колхозная семья повседневно пьёт чай с сахаром или конфетами.

Колхозники не могут пить чай с мёдом. Мёд стоит гораздо дороже сахара: от 3 рублей (новых) и больше за килограмм.

Колхозники пьют чай без мёда, без сахара, без конфет. А ещё чаще даже не чай, а некипячёную воду из ведра. Именно эту картину рисует писатель А. Куликовский в своей повести «Добросельцы» (1958 г.). Колхозники–старики — молоковоз и конюх — поели котелок картофеля в мундирах и, чтобы утолить жажду, черпают кружкой холодную воду из ведра и пьют.

Крестьяне дореволюционной деревни пили много молока. А теперь у колхозников молока очень мало или даже совсем нет. В дореволюционной деревне у крестьян почти всегда был квас — национальный русский напиток. А теперь у колхозников квасу нет, потому что нет муки.

В дореволюционной деревне крестьяне пили чай с сахаром, хотя и не каждодневно. В России в 1913 году потреблялось на каждого жителя по 9 килограммов сахара в год, или по 750 граммов в месяц, по 25 граммов в день.

А теперь колхозники не могут «побаловаться» чайком: сахара нет. Старички–колхозники,, описанные в повести «Добросельцы», поевши картофеля в мундирах, наверное, охотно утолили бы свою жажду даже кипятком без сахара. Но они пьют холодную воду из ведра. Вероятно, потому, что посуды для кипячения нет: чайника вообще нет, а в чугунке и котелке картофель варился. Автор намекает на эту причину, когда говорит о недостатке металлических изделий в деревне: топоров, иголок, посуды.

Эту деталь колхозного быта — питьё сырой холодной воды людьми — любопытно сопоставить с аналогичным фактом из жизни животных на । ферме. Старик–молоковоз ранним утром ежедневно На колхозной кормокухне подогревает в паровом котле корм и воду для свиней. Колхозное начальство позаботилось о свиньях и приказало старику подогревать корм и пойло для свиней, чтобы они не мёрзли и не простуживались от замёрзшего корма и холодной воды. Но, подогревая воду для свиней, сам колхозник вынужден пить холодную воду и простуживаться, потому что нет у него чайника для кипячения воды…

Так в СССР запускают в Космос спутники, лунники, космические ракеты и корабли, — а чайниками земледельцев не обеспечивают и сахаром не снабжают…

Кухни и столовые в колхозах

Нередко на полях, очень удалённых от деревень, колхозники не только работают, но и ночуют. Тогда колхоз организует для них питание в полевом стане, за счёт их зарплаты.

Питание обычно скудное. Даже в донском казацком колхозе, который описал Шолохов в «Поднятой целине», оно состояло из картофельного супа, жидкой пшённой каши, слегка заправленной салом, и кислого молока.

Вирта в своей книге «Крутые горы» рассказывает, что обычная пища колхозников была значительно улучшена овощными-консервами, полученными от овощного треста. А раньше колхозники на тяжёлых полевых работах ели своё обычное повседневное меню: картофельный суп или капустные щи.

Поваров для полевой кухни начальство подбирает обычно по принципу: того, кто ни для какой другой работы не пригоден. Так, в колхозе, описанном в «Поднятой целине», поваром был назначен дед Щукарь: лентяй, недотёпа, болтун, «мастер» только по одной специальности — рассказывать всевозможные анекдоты.

В результате работы такого повара обед прерывался возгласом обедающих: «Братцы, да мы лягушку съели!..» Оказывается, этот повар брал воду в пруду и не смотрел, что в ведро попадало… Обеды иногда заканчивались потасовкой…

Часто в полевых станах не хватало посуды. Можно было бы организовать обед в две смены. Но колхозное начальство не желало этого делать, стремясь сократить до минимума время обеденного перерыва. Из–за этого происходили новые неудобства и недоразумения, о которых сообщает та же книга:

«В бригаде полудновали. Наспех сбитый длинный стол впритирку вмещал всех плугатарей и погонщиков. Ели, …деловито обмениваясь замечаниями о качестве приготовленной стряпухой пищи.

— И вот она всегда недосаливает. Горе, а не стряпуха!

— Не Слиняешь от недосола, возьми да подсоли!

— Да мы же с Васькой двое из одной чашки едим, он любит несолёное, а я — солёное. Как нам в одной чашке делиться?..»

Недоедание

В дореволюционной России продуктов производилось достаточно и для своего населения и для экспорта.

В 1913 году, например, в России производилось зерновых гораздо больше, чем в Соединённых Штатах Америки в том же году: пшеницы — больше, ячменя — втрое больше, а ржи — в 25 раз больше.

Дореволюционная Россия выступала, как главный экспортёр хлебов на мировом рынке. В 1913 году Россия производила для «цивилизованного мира» 1/4 часть потребляемой им пшеницы, 1/3 часть ячменя и больше половины всей ржи. За Это Россия получила тогда прозвище «житница Европы».

А в последний период, от 1963 до 1967 года, Советский Союз не только не продаёт, но сам закупает огромное количество зёрна за границей.

Кроме хлебов, дореволюционная Россия вывозила на мировой рынок много других продуктов: яиц, сливочного масла, сахара.

После принудительной коллективизации и организации колхозной системы, т. е. новой барщины, государственного крепостного права, — производство продуктов полеводства и животноводства в СССР сильно понизилось. Поэтому там продуктов не хватает не только для экспорта, но и для прокормления своего населения.

Нехватка продуктов сказывается и в городах.

Но особенно сильно она сказывается в деревнях. Это происходит потому, что правительство отбирает у колхозников главную массу продуктов, колхозникам оставляет совсем мало. А голодные и озлобленные колхозники отвечают на эту грабительскую политику коммунистической власти плохой работой и воровством продуктов.

Партия и правительство стремятся скрыть этот недостаток продовольствия. Но это им не удаётся. О недостатке продуктов они вынуждены говорить в планах правительства и в решениях партийных съездов, пленумов ЦК.

Руководитель советского Правительства Н. Хрущёв в 1959 году заявил, что он «получает массу писем, в которых высказываются справедливые требования. Они касались, главным образом, жилищного вопроса и снабжения».

Снабжение городского населения продуктами за последние годы не только