Остров Эллис - Фред Стюарт

— Возможно, — сказал Джейк. — Ты хочешь пойти?

— Я никогда в жизни не пропущу этого! Я позвоню Зигги и скажу, что простудилась… Он разозлится, но я его немного проучу… Хотела бы я знать, что заставило миссис Вейлер так перемениться? Две недели назад, когда она ворвалась сюда, она вела себя, как Франкенштейн. Она знает, что ты спишь с ее дочерью?

«Пока не сплю, Нелли… Но скоро… скоро…»

— Дело в том, Нелли, — сказал он, направляясь к двери, — что ты просто ведьма.

И он вышел, оставив ее с выражением крайнего удивления на лице.

Война, которая, как считали многие в 1914 году, «закончится к Рождеству», оказалась жесточайшей кровавой бойней, конца которой не было видно. Список раненых и убитых немцев и французов в одной только битве под Верденом по очень умеренным оценкам достигал 700 000 человек. Несмотря на продолжительность и жестокость Американской Гражданской войны, большинство людей до 1914 года представляли себе эту войну неким романтическим поединком между профессиональными армиями под командованием аристократического офицерского корпуса; считалось, что гражданское население при этом остается как бы в стороне. А разве большинство правивших дворов Европы не были связаны между собой кровными узами? И, несмотря на то, что воинственность и грубость кайзера были известны всем, разве он не был кузеном английского короля, а кузены, как известно, не воюют против друг друга. Так ведь?

Но два года кровопролитных боев свели на нет эти наивные иллюзии, и волна потрясений в Европе докатилась и до Америки. В конце концов, миссис Вейлер, считавшая себя немкой, и заявлявшая, что абсурдно относиться к Германии, как к врагу, была вынуждена проглотить все свои культурные амбиции и признать немцев вандалами и дикарями. И, хотя знаменитая оперная певица миссис Эрнестина Шуман-Хейнк родилась в Австрии (которая, разумеется, являлась союзницей Германии), она тоже до глубины души была потрясена тем, что происходило в Европе, а потому с радостью приняла приглашение миссис Вейлер петь для Бельгийского Комитета помощи.

В списке приглашенных миссис Вейлер (в том самом, в котором не оказалось Джейка и Нелли) были все знаменитости «своего круга». Но на то, что Мировая война принесла переоценку ценностей в социальной среде Нью-Йорка, указывал тот факт, что на этот вечер миссис Вейлер пригласила избранных из обоих обществ: некоторых гостей она позаимствовала из списков миссис Оливии Бельмонт, матери герцогини Мальборо и бывшей миссис Киссем Вандербильт.

Таким образом, в этот вечер общество, насчитывавшее более ста человек финансовой элиты Нью-Йорка, заполнившее бальную залу Вейлеров и, сидя на позолоченных стульях, слушавшее низкий голос миссис Шуман-Хейнк, включало как Асторов и Вандербильтов, так Лоебов и Лехманов — два мира, всего несколько лет тому назад державшихся на почтительном расстоянии.

Нелли надела свое самое красивое вечернее платье и самые блистательные украшения. Она выглядела так соблазнительно в своем облегающем блестящем платье, что Виолет, стоявшая неподалеку от нее, не могла отвести от нее взгляд.

«Она такая красивая, — думала она. — Что мог Джейк найти во мне?»

Но Нелли точно знала, что привлекало Джейка. Посмотрев на Виолет, она подумала в свою очередь:

«Именно то, что я и предполагала. Маленькая мисс Невинность. Джейк жаждал невинности. Но я нахожу, что она еще и хорошенькая. Не столь соблазнительна, как я, но довольно мила».

Миссис Шуман-Хейнк исполнила песни Шуберта мягко и прекрасно и заслужила бурные овации. Затем к роялю сел Рахманинов и в свойственной ему манере поразил всех громоподобной блестящей сонатой «Данте», дополнив ее своей собственной транскрипцией бесподобного скерцо Мендельсона «Сон в летнюю ночь». Его исполнение было таким ошеломляющим, что взволновало даже Нелли, которую обычно классическая музыка утомляла. После исполненных им на бис фортепианных этюдов, публика поднялась с мест и направилась в столовую к буфету. Возможно, война и свирепствовала в трех тысячах миль к востоку, но миссис Вейлер никогда даже в голову не приходило ограничивать себя в еде, поэтому буфет представлял собой своеобразную демонстрацию искусства ее французского повара Эмиля. Вейлеры были почетными членами конгрегации «Храма Эммануэля», но спокойно нарушали все виды диеты, поэтому самое почетное место среди представленных блюд занимал копченый окорок.

Миссис Вейлер приветствовала их, когда они вернулись с тарелками в бальную комнату, и даже Джейк был удивлен, какую сердечность она изобразила.

— Дорогая миссис Рубин!

Она улыбнулась. Ее ослепительное в четыре нитки ожерелье из розовых бирманских жемчужин сверкнуло в глазах Нелли.

— Я так рада, что вы смогли прийти! И ваш очаровательный муж! Вам понравилась музыка?

— О, да, — сказала Нелли. — Рахманинов — потрясающий пианист.

— Такой же, как и ваш муж. Мистер Рубин, когда я сказала маэстро Рахманинову, что вы здесь, он очень захотел познакомиться с вами и пожелал, чтобы вы исполнили что-нибудь из своих сочинений. Могу я на вас рассчитывать?

Джейк, в голове которого все еще стояли воспоминания о том, как еще вчера она выпроводила его из своей оперной ложи, наслаждался, вкушая коктейль отмщения.

— Я буду рад познакомиться с маэстро, — сказал он.

«Какая у него милая улыбка», — подумала она.

— Тогда я на время украду вас у вашей очаровательной жены. Вы извините нас, миссис Рубин?

Она взяла Джейка за руку и повела его сквозь толпу.

— Похоже, миссис Вейлер решила создать известность вашему мужу, — произнес высокий молодой человек позади Нелли.

Она обернулась и увидела белокурого Аполлона, потягивающего из бокала лучшее «Бургундское» Саймона Вейлера.

— Кто?

— Миссис Вейлер. Похоже, она решила ввести его в общество. Она сделает из него салонную «звезду». Меня зовут Питер Ван Ринн, и я ваш большой поклонник. Я видел «Ревю» в этом сезоне четыре раза.

— Значит, вам оно нравится?

— Мне нравится смотреть на вас, — особенно, когда вы спускаетесь по лестнице в костюме Клеопатры. У вас — лучшие ноги в Нью-Йорке.

Его холодные голубые глаза стали раздевать ее.

— Ван Ринн? Вы из Ван Риннов?

— Именно. Знатен, богат… — он улыбнулся. — И очень порочен…

— А мне говорили, что вы скучный и занудный.

— Не хотите проверить?

Именно в этот момент миссис Вейлер подвела Джейка к роялю и потребовала внимания.

— Леди и джентльмены, могу я попросить минуту внимания? У нас в гостях сегодня очень талантливый молодой человек, о котором, я уверена, вы" уже слышали… Автор многих популярных песен… мистер Джейк Рубин. Маэстро Рахманинов попросил мистера Рубина исполнить попурри из своих сочинений, и мистер Рубин любезно согласился.