Карибский кризис. 50 лет спустя - Дмитрий Язов

В то же время американские авиационные удары, даже если бы они продолжались несколько дней, все равно не гарантировали бы полного уничтожения всех советских баллистических ракет Р-12 и пусковых установок к ним. Это прекрасно понимали в Вашингтоне. По признанию военных, Пентагон не мог гарантировать стопроцентного уничтожения всех советских баллистических ракет на Кубе, и это при том, что позиции баллистических ракет было практически невозможно скрыть с воздуха.

Могло бы применить советское командование «выжившие» ракеты в ядерном снаряжении против целей на территории США? Если бы началась война – то, скорее всего, да. Москва бы наверняка дала добро. Сразу же после кризиса А. И. Микоян, беседуя с Ф. Кастро, заявил: «Мы не смогли бы воздержаться от ответа на агрессию против США. Это нападение означало бы нападение на нас обоих, потому что здесь, на Кубе, были развернуты советские войска и стратегические ракеты. Столкновение неизбежно привело бы к ядерной войне».

Мощность моноблочной ядерной боеголовки ракеты Р-12 составляла 2,3 мегатонны, дальность полета 2 тысячи километров при точности стрельбы в 5 километров. В зону досягаемости Р-12 входило практически все Восточное побережье США, за исключением северо-востока страны. Объектами поражения могли стать такие крупные и важные центры, как Вашингтон, Норфолк, Атланта, Новый Орлеан, Даллас, Хьюстон и, естественно, вся Флорида. По подсчетам американцев, если бы советские ракеты с Кубы были запущены по США, размеры жертв могли бы достичь 80 миллионов человек. Это – что касается ракет средней дальности.

Тактическое ядерное оружие (ракетные комплексы «Луна», фронтовые крылатые ракеты), а также имевшиеся на вооружении самолетов Ил-28 шесть атомных бомб могли быть применены в нескольких случаях.

Во-первых, если бы американцы первыми применили свое ядерное оружие против защитников Острова свободы как в ходе воздушной фазы войны, так и в ходе высадки морских десантов. Объектами поражения советским тактическим ядерным оружием стали бы авианосцы, транспортно-десантные корабли ВМС США, высадившиеся и закрепившиеся на кубинском побережье десанты противника.

Во-вторых, тактическое ядерное оружие советские войска могли бы применить в безвыходной ситуации, в случае угрозы своего полного уничтожения.

В-третьих, ядерное оружие подлежало ликвидации в случае реальной угрозы захвата его противником. В этом случае соблазн применить его, а не ликвидировать перед лицом наступающего противника мог бы быть слишком велик, особенно в неразберихе боя, при потере связи с вышестоящим командованием.

В этой связи следует вспомнить один документ, подготовленный в Генеральном штабе Вооруженных сил СССР в начале сентября 1962 года и подписанный начальником Генштаба маршалом М. В. Захаровым (министр обороны маршал Р. Я. Малиновский подписывать этот документ не стал).

Командующему Группой советских войск на о. Куба

В целях усиления Группы советских войск на о. Куба и увеличения возможности борьбы с десантами противника, Вам направляются дополнительные средства:

– эскадрилья самолетов-носителей Ил-28 (6 самолетов и 6 атомных бомб – 407 Н) с ПРТБ;

– три дивизиона «Луна» (всего 6 пусковых установок, 11 ракет-носителей, 12 специальных головных частей и 24 ракеты в обычном снаряжении) с ПРТБ.

В случае высадки десантов противника на о. Куба и сосредоточения вражеских кораблей с десантом у побережья Кубы в ее территориальных водах, когда уничтожение противника ведет к затяжке и нет возможности получить указания министра обороны СССР, Вам разрешается лично принять решение и применить ядерные средства «Луна», Ил-28 или ФКР-1, как средства локальной войны, для уничтожения противника на суше и у побережья с целью полного разгрома десантов на территории Кубы и защиты Кубинской Республики.

Министр обороны СССР

Маршал Советского Союза

Р. Малиновский

П. п. Начальник Генерального штаба Маршал Советского Союза

М. Захаров

8 сентября 1962 г.

Да, действительно, эта телеграмма не была отправлена генералу И. А. Плиеву. Но важно другое – советское военное командование в Москве было морально готово к применению ядерного оружия в безвыходной ситуации неудачных военных действий на Кубе. Характерно то, что, когда Р. Я. Малиновскому принесли эту телеграмму на подпись, он отреагировал своеобразно: «Эту директиву не посылать. Плиев знает, что ему делать». Что имел в виду министр обороны? Очевидно, он был уверен в том, что генерал И. А. Плиев поступит так, как рекомендовал маршал М. В. Захаров в вышеприведенной телеграмме…

Таким образом, рассуждая об истории Карибского кризиса в сослагательном наклонении, резонно предположить, что в какой-то момент начавшейся на территории Кубы войны командование Группы советских войск могло бы отдать приказ о применении ракет «Луна», фронтовых крылатых ракет или атомных бомб с самолетов Ил-28.

Заслуживает внимания и тот факт, что, если верить Роберту Макнамаре, американцы вплоть до 1992 года ничего не знали о развертывании на Кубе советского тактического ядерного оружия. Можно себе представить картину: американская эскадра подходит к кубинским берегам, разворачивается широкомасштабная морская десантная операция, а в ответ в стоящий на рейде американский авианосец летит крылатая ракета в ядерном снаряжении!

Но даже если бы война против Кубы в октябре 1962 года была каким-то образом локализована только в рамках этого региона и ограничена по применяемым средствам (то есть без использования ядерного оружия – хоть это и трудно представить!), последствия были бы страшными.

Военная операция против Кубы могла бы начаться, судя по имеющимся данным, в понедельник 22 октября 1962 года.

Военная операция США против Кубы проходила бы в два этапа и включала бы в себя воздушную стадию и операцию вторжения на остров. Обращает на себя внимание, что уже тогда американцы «тяготели» к такому построению военных действий. Именно такую модель они через тридцать лет повторили в первой войне против Ирака (1990–1991), а затем в Югославии (1999) и вновь против Ирака (2003).

Целями для подавления в первом авиационном ударе стали бы прежде всего позиции советских ракетных полков Р-12, зенитно-ракетные дивизионы ПВО, аэродромы и развернутые на них самолеты МиГ-21 и Ил-28. Налеты американской авиации вызвали бы ожесточенное противодействие со стороны советских и кубинских средств ПВО.

Зенитно-ракетный комплекс С-75 по тем временам считался превосходным. Он мог поражать цели, идущие на скоростях до 1500 километров в час и на высотах от 3 до 22 километров. Дальность поражения целей достигала 30 километров. Один дивизион С-75 в течение 10 минут сбивал до пяти целей, идущих с интервалами 1,5–2 минуты. На одну цель расходовали две-три ракеты.