Безумья темный страх - Алекс Елин

От жрецов Сета, направленных в разные уголки Розми с целью привлечь сторонников и неофитов, а также проводить ритуалы для возвращения Силы Повелителю, также поступали радостные вести и Сила. Последнее особенно радовало Марка.

Не очень удачно дела складывались в Замке Королей. Жрец, много лет назад отправленный в стан врага, так и не смог пока подобраться к королеве – мешали Майкл Фокс, генерал Бодлер-Тюрри и еще несколько сподвижников Талинды, которые постоянно обретались при ней и не позволяли девчонке отклониться от курса, заданного ее дедом. Курс же этот исключал ее общение со ставленником верховного жреца Сета. Вот когда Талинда немного освоится, поломается, тогда, возможно, она и пошлет своих сторонников куда подальше и появится шанс втереться к ней в доверие.

В целом же Марк был доволен разворачивающимися событиями.

2

Опять в Миранде шел дождь. Не очень сильный, но от этого не менее противный, а может быть еще более противный – Ривс пока не определился в своих ощущениях. Во всяком случае, этот пакостник уже давно проложил дорожку под ворот куртки капитана и с огромным удовольствием стекал вниз по спине, к мокрым джинсам. Бормоча под нос проклятия, Ривс поднялся на крыльцо храма Крома, отряхнул мокрые, стоящие дыбом волосы и толкнул тяжелую дверь.

Внутри храм был таким же унылым, как и снаружи. Местами выщербленные каменные плиты на полу, полутемный зал, куда из-за не очень чистых стекол пробивается и без того неяркий дневной свет. Потемневшие от времени и небрежения канделябры и курильницы, а у дальней стены высокая искусная статуя Крома, грозно взирающего на входящих в его храм и на обленившихся унылых жрецов.

Около алтаря стояли три прихожанина, возложившие свои скромные приношения: букетик осенних цветов, пару яблок и трогательный бумажный лебедь, повязанный красивой тесемочкой. Его принесла девочка-подросток, как раз отходившая от алтаря. Девочка прижимала к груди сложенные ладошки, по ее щекам катились слезы. Наверное, что-то плохое случилось, или должно было случиться, а может быть и не произойдет, кто ж его знает?

Ривс давно отвык от сочувствия чужому горю, поэтому он просто не обращал на него внимания, эта же девочка почему-то бросилась ему в глаза. Может быть из-за яркой голубой ветровки, а может быть из-за своего подношения – видимо, ничего другого у нее просто не было.

- Такие жертвы – самые сильные и самые лучшие для богов, - услышал голос сбоку от себя капитан. – Ведь их сделали специально для богов, думая о богах; в них частичка души того, кто приносит жертву. У этой девочки в последнем нападении погибла вся семья, а ее младший брат лежит в госпитале, в карантинном флигеле.

- Деревце прижилось? – обернулся к жрецу Ривс. Конечно же, это и был тот самый странный жрец, только на сей раз лопаты у него с собой не было.

- Пока еще рано говорить, - пожал плечами жрец. - Климат слишком сырой, а времени прошло всего ничего. Но я буду надеяться на лучшее.

- Я бы хотел с вами поговорить, - попросил капитан, приглаживая волосы. – Только не в храме или не в этом зале. С глазу на глаз, так сказать…

- Решил принять свою судьбу? – осведомился жрец, разворачиваясь на каблуках и направляясь прочь. Хоть приглашения следовать за ним не прозвучало, Ривс предположил, что его все же пригласили. Иначе, зачем задавать вопросы?

- Моя судьба лежит где угодно, только не в Миранде, - твердо ответил он. – Я хотел с вами о другом поговорить.

- Ну, пойдем, поговорим, - согласился жрец, направляясь во внутренние помещения храма, куда обычно не допускались простые смертные.

Мужчины прошли по небольшому темному коридору в какую-то комнату, где стояли несколько рядов скамей, небольшая кафедра и статуя Крома, окруженная горящими свечами. Затем они вышли в еще одно помещение, которое использовалось жрецами для отдыха, там были обеденный стол, стулья, диван и шкаф, в приоткрытую дверцу которого виднелась повседневная одежда жрецов и пара сутан. За следующей дверью оказался выход на улицу, в сквер, окружающий храм верховного бога. Мужчины остановились под защитой портика, а по каменным ступеням барабанили струи усилившегося дождя.

- Говори, сын мой, - жрец опять выудил из широкого рукава рясы пачку сигарет и зажигалку. – Последняя пачка, придется бросать. Их уже не достать в Миранде, - доверительно сообщил он, прикуривая сигарету.

- Что нынешнее нашествие не похоже ни на одно предыдущее, мне говорить вам не надо? – осведомился Ривс.

- Не надо, - покачал седой головой жрец. – Это я и без тебя знаю. Тварей слишком много, пробудились чуть ли не все, что в Бездне у Сета были, да еще и одновременно. И карантин этот…

- Лекарство до сих пор найти не могут, - признался Дримс. - Вирус постоянно мутирует, а людей заражается все больше и больше. Я не знаю, и медик наш не знает, как он передается и почему кто-то заражается, а кто-то нет… Все жрецы Карены погибли, а уж она – богиня болезней.

- Так тут все просто, - жрец глубоко затянулся. – Карена же когда-то была в свите Сета, она там раньше Стареллы и Лостары оказалась. Но она не злая сама по себе… Недостаточно жестока и зла, что ли? - пожал плечами жрец. – Вот со временем она и перебежала к Зулату в свиту, а Сет ей этого не простил. Болезнь эта от Сета идет, вот он и мстит перебежчице, убивая ее жрецов в первую очередь.

- Т.е. болезнь эта от Сета? – уточнил капитан. – Но как? Сета же нет в нашем мире…

- Нет, - согласился жрец. – А Старелла и Лостара вполне себе в нашем мире есть. И они в Миранду рвутся. Вспомни историю, сын мой, как Сет приходил в себя после очередного низвержения, как набирался Силы - сразу начинались необъяснимые болезни, что из Великих Болот исходили. Вот и у нас начинается то же самое.

- Но Сета нет в нашем мире, - как зазубренную истину повторил капитан.

- Пока нет, - не стал спорить с ним жрец. – Кто только может сказать, что скоро он не появится у нас вновь? Его свита тут, нашествие началось, люди вновь озлобились и не желают следовать заветам Создательницы Мира и богов Света.