Тина ван Лигалон - Лора Андерсен

— Ты ее не видел! Она очень изменилась, с тех пор как замещает Лингана!

— Даже я не могу сказать, решился бы применить наше оружие. Пятьдесят миллионов против нескольких миллиардов! Кто может принять такое решение? — Строггорн откинулся на подушке. — Иди. Главное сейчас Линган…

Креил вслушался в Строггорна, но тот был уже без сознания.

Аолла нервно посмотрела на часы, не доверяя отсчету времени у себя в голове. До истечения ультиматума оставалось менее получаса. Она знала, если Креилу удастся привести Лингана в чувство, он немедленно свяжется с ней.

И если Большой Совет Вардов примет решение применить оружие, она тут же узнает об этом. Но пока, их многочасовое заседание ни к чему не привело, и как Аолла чувствовала, они не смогут прийти к решению. Да и кто бы смог?

Целая бригада профессиональных историков сидела в архивах Аль-Ришада, пересматривая все документы, начиная с его основания и пытаясь найти хоть какие-то упоминания о способах защиты страны. Аолла разрешила доступ абсолютно ко всем архивам, в надежде, что им удастся раскопать что-то неизвестное.

Итак, менее чем через полчаса, ей предстояло принять ответственность за самоубийственное решение.

За минуту до истечения ультиматума, Лигалон возник в кабинете Строггорна, где кроме Аоллы находились Диггиррен и Генри ван Уилкинс. Они с надеждой посмотрели на Лигалона, но тот отрицательно покачал головой.

— Мы не сможем принять решение, — потерянно сказал он.

Креил бесшумно возник в кабинете, с таким же потерянным выражением лица.

— Ничего не можем сделать. Линган в глубокой коме. Нужно больше времени, чтобы привести его в сознание. Мы же его специально накачивали, чтобы он ничего не чувствовал!

— Генри? Удалось выяснить, смогут ли они дестабилизировать наше защитное поле? — спросила Аолла. Генри сутки не спал, перетряхивая вместе со Службой Безопасности Аль-Ришада тех немногих агентов, которые в этой сложной ситуации все еще не перешли на сторону врагов.

— По моей информации, в Китае, но не без помощи, как я думаю, России и США, было разработано что-то, способное дестабилизировать поле. Велись разработки по полной его нейтрализации, но этого они, похоже, добиться пока не успели.

— И атаковать они будут? Каким оружием?

— Судя по проводящейся эвакуации жителей сопредельных районов, всем, что у них есть, — ответил Генри. — Ваши историки смогли что-то найти? Раз Советник Строггорн считает, существует еще какая-то защита, должны же быть где-то записи? Неужели никто никогда этим не интересовался?

— Записей пока никто не нашел. И мы их не найдем, это я так, для очистки совести попросила поискать, — ответила Аолла. — Если эта защита и существует, она должна быть чем-то таким, как бы вам это объяснить, страшным. Эта защита создавалась Векторатом Времени, а у нее своеобразное понимание целесообразности. И это должно быть тем последним, что Аль-Ришад может применить. Только, если больше ничего не осталось. Поэтому один Линган и, может быть, Лао об этом знали. А никаких записей не будет, в этом я уверена.

— Вы не обижайтесь, Советник Аолла. Но, я так думаю, через пару часов у нас не останется выбора. И если есть еще что-то, помимо гравитационного оружия и Многомерного излучения, хотелось бы об этом знать, — сказал Генри.

— Итак, Аолла, ты приняла решение? — спросил Лигалон.

— Я бы предпочла иметь поддержку Большого Совета.

— Я поддержу любое твое решение, — ответил Лигалон. — В таких ситуациях никакой Совет не является дееспособным. Некогда согласовывать решения. И мы живем так с момента создания нашего государства, ты это знаешь. В нашей ситуации никакой другой способ управления не проходит. Итак? Твое решение?

— Есть шанс вывести Лингана из комы? — спросила Аолла Креила.

— Я бы на это сильно не рассчитывал.

— А я — рассчитываю, — ответила Аолла резко. — Креил, подумай еще, что можно сделать. Нам нужно, чтобы он пришел в сознание на несколько секунд. Дальше мы сами разберемся. Можно еще что-то сделать?

Креил задумался на мгновение.

— Я попробую… это замедлит его лечение, но, как сказал Строггорн…

— Даже, если это будет стоить ему жизни, — закончила Аолла слова Строггорна, потому что Креил уже исчез. Она медленно поднялась с кресла и так же медленно сказала:

— Мы отклоняем ультиматум и вступаем в войну. Мы будем защищаться так долго, как может выдержать наша защита. Потом, я собираюсь санкционировать использование Многомерного излучения.

Аолла опустилась в кресло и оглядела побледневшие лица мужчин.

— Это уничтожит всех, и друзей и врагов, — тихо сказал Диггиррен.

— У нас нет друзей в этой реальности, Советник Диггиррен. Только враги, — холодно заметила Аолла. — И у нас не будет времени применить другое оружие, потому что я собираюсь ждать до конца.

Аолла едва успела закончить, как они ощутили мелкую вибрацию: это включилось в режим повышенной защиты силовое поле. И еще через секунду, в кабинете возник секретарь Совета Вардов.

— Вокруг Аль-Ришада приземляются самолеты и вертолеты. Военные. И они начинают разгружать какое-то оборудование.

— А зачем мы должны это терпеть? — спросила Аолла. — Может, их уничтожить? Это же рядом с нашими границами?

— Для этого нужно разрешение государства, чья это территория, на применение военных действий на их территории. А раз они разрешили эвакуацию жителей… — начал объяснять Диггиррен.

— Я поняла, Диг, — Аолла улыбнулась, но это была странная улыбка, словно она одолжила ее у Строггорна. — Санкционирую уничтожение всего, чего они там пытаются готовить, — сказала она спокойно, не переставая улыбаться. — Лигалон, я прошу тебя принять на себя управление Службой Безопасности. С Чрезвычайными полномочиями. Генри, не будете ли вы так любезны согласиться стать заместителем Лигалона на время этой заварухи? Вы сейчас вроде бы без работы?

— Советник Аолла… — растерянно начал Генри. — Наверное, можно найти кого-то более подходящего, с большим опытом, из Совета Вардов…

— Генри, — Аолла холодно посмотрела на Генри Уилкинса. — Вы принимаете мое предложение?