Добро пожаловать в Америку! - Татьяна Глисон

геральдику его семьи. Она повесила это на стену в столовой, и считала себя почти королевой. Разбирая ящики после переезда, Рита нашла огромный плакат, где было написано, что Винсент – рыцарь Мальтийского ордена. Рита заинтересовалась и попросила его рассказать об этом. Он ответил, что в Мальтийский орден его пригласил друг отца, влиятельный человек в правительственных кругах. Он сам готовил его ко вступлению и заплатил за него вступительный взнос – 25 тысяч долларов. Тогда это была очень большая сумма. За две тысячи можно было купить дом. Люди в ордене были богатые и влиятельные, и Шон, так звали благодетеля, надеялся, что они смогут помочь Винсенту, когда его самого уже не будет в живых. Поколебавшись, Винсент добавил, что по слухам Шон оставил ему наследство, вот только завещание никто не мог найти. Был он человек бездетный, никогда не был женат, потому что предпочитал любить мужчин. Винсент говорил, что генерал был очень привязан к нему. Они путешествовали вместе на корабле, где на завтрак подавали по ведру черной и красной икры, и ели они ее поварешками. Шон даже сделал ему второй социальный номер, чтобы Волтер мог скрыться при необходимости. Рита мало верила в возможность получения наследства. Она и без наследства любила своего бойфренда. Рита упросила его купить рамку, и повесила грамоту в зал. Пусть все видят, какой у нее Винсент!

Однажды утром Спенсер сказал Рите, что сегодня они поедут смотреть дом в Северном Истере. Документы на заем уже готовы, и он надеется, что в следующем месяце семья может переехать. Ехали довольно долго. Городок оказался небольшим, зеленым, застроенным красивыми частными домами. К одному из них они и подъехали. Дом был двухэтажный, вытянутый в длину как пароход, вокруг – сад с клумбами и фруктовыми деревьями. Спенсер нашел ключ, который ему оставил брокер, и они вошли в дом. Большие просторный комнаты, зал с камином. На втором этаже – четыре спальни. Указав на одну из них, он сказал:

– Рита, это будет твоя комната. Нравится?

Рита изумилась.

– Почему моя? – спросила она.

– Сюда трудно добираться. На электричке можно доехать до города, но со станции до дома надо идти примерно час.

– Спенсер, но я же живу с Винсентом, – напомнила ему Рита.

– Он же тебе не муж, можно встречаться с ним по выходным.

– Я подумаю, – ответила Рита, точно зная уже сейчас, что она сюда жить не поедет.

Спенсер и Марси знали Ритиного бойфренда. Они приглашали однажды его и Риту на концерт. Мужчины долго разговаривали, Спенсер даже проверил на Амазоне, интернет-магазине, правда ли Макглесон написал книги. Рита помнит, как она тогда этому удивилась. У них тут что, тотальная проверка? Никто никому не верит?

После обеда, когда Рита с Коленом пришли на площадку, она пожаловалась Лиле, что скоро снова останется без работы.

– Я бы с удовольствием поехала с ними. Можно я поговорю с Марси? Колен спокойный ребенок, и платят они за одного столько же, сколько я получаю за двух. Да еще уборку у них делать буду.

– Конечно, Лиля. Я все равно туда не поеду. Хорошо, хоть компьютер успела купить, сейчас все деньги будут уходить на оплату дома и детей.

К ним подошла Татьяна, мать двоих мальчиков, ровесников Лилиных подопечных. Поздоровавшись и отправив сыновей играть с друзьями, она похвасталась:

– Я сегодня на трех площадках успела получить ланч. На ужин и на завтрак домой хватит.

В штате проводилась программа помощи детям в возрасте с одного года до 18 лет. В летние каникулы на игровые площадки привозили бесплатные обеды, социальные работники и волонтеры занимались с детьми. Вот предприимчивые еврейские мамы и пользовались случаем сэкономить не только на обедах для детей, но и запастись бутербродами на ужин всей семье. Таким же образом она добывала и кофе. Во многих магазинах, на заправочных станциях стояли автоматы с бесплатным кофе. Она наливала стаканчик, выходила на улицу и переливала кофе в термос. В кафе быстрого питания предприимчивая еврейка брала салфетки, одноразовые баночки с кетчупом и майонезом, в общественных туалетах отматывала туалетную бумагу и воровала бумажные полотенца для рук. «В Америке не пропадешь, если жить с умом», – хвасталась она.

Рита судорожно пыталась легализоваться. Она хваталась за любую возможность. Вспомнив, что Тамара когда-то говорила про знакомого еврейского адвоката Мильмана, Рита решила сходить к нему. По крайней мере она сможет понять его без переводчика. Найдя его рекламу в «Русском Бостоне», она позвонила и назначила встречу. Офис находился в центре Брайтона в высотном здании на пятом этаже. В приемной ее встретила молодая приветливая секретарша и сказала, что адвокат ждет ее. Рита вошла и увидела сидящего за столом мужчину еврейской внешности лет 35. Он встал, пожал Рите руку и спросил, что привело ее к нему. Рита объяснила ему свою ситуацию, и Борис Мильман сказал, что с ее К-1 визой она может рассчитывать только на политическое убежище.

– Но меня никто не притеснял в Казахстане, – возразила она.

– Ты сказала, что была саентологом. Их в бывшем Союзе преследуют. Можешь что-нибудь накопать?

– Да, – протянула задумчиво Рита, – были у нас суды, хотели даже наш дианетический центр прикрыть.

– Свяжись со своими в Казахстане, пусть они тебе материалы вышлют. А сейчас заплати 500 долларов аванса. Приходи, когда найдешь какой-нибудь материал, – закончил адвокат.

У Риты снова появилась надежда. Приехав домой, она обнаружила, что ее телефонная карта пуста. Винсент был рядом на кухне и предложил звонить без карты, потому что он заказал специальный дешевый сервис для звонков в другие страны. Рита обняла его, поблагодарила и позвонила в Дианетический центр Караганды. Трубку взяла Татьяна, заместитель Веры Нагенко, директора центра. Рита объяснила ей, зачем нужны документы. Они проговорили минут двадцать. Татьяна обещала сделать все, что в ее силах.

Через несколько дней пришел счет за телефон. Винсент посмотрел на него и замер в недоумении. Нужно было заплатить 429 долларов. «Почему так много?» – удивился он. Глянув в распечатку разговоров, понял, что 400 долларов были за переговоры с Казахстаном. «Неужели я не заказал льготную программу переговоров с другими странами? – подумал он. – Она говорила – пусть платит». Не откладывая дело в долгий ящик, он вышел на кухню, где Рита разогревала плов на ужин и показал ей счет.

– Ты недавно разговаривала с Казахстаном, – начал он раздраженным голосом, – пришел счет, ты должна заплатить 400 долларов.

– Ты же сам сказал, что я могу позвонить! – воскликнула напуганная Рита.

Винсент видел, как сильно она побледнела. Это были очень