Мир Темной звезды. Том 1 - Трой Деннинг

— А как у гномов? — Она повернулась к Каилуму.

— Мы уже три дня сидим на половинном пайке, — с гордостью ответил тот. — Если перейти на четверть пайка, то протянем еще сутки.

— А если бы у тебя хватило ума проверить своих гладиаторов, — усмехнулся Стиан, нагло глядя в глаза Рикусу, — ты, думаю, узнал бы, что они осушили свои бурдюки раньше всех.

— Это несущественно, — отрезал мул. — Мы три дня провели без воды, до того как победить в Кледе.

— Но не потому, что нам так захотелось, — возразил Стиан. — Кто знает, сколько еще нам придется провести без воды. А если, начав сражение, мы его проиграем…

— Мы не проиграем, — прорычал Рикус.

Но Стиан только упрямо покачал головой.

— Если я прикажу своим людям уйти от оазиса, они всадят мне нож в спину.

— Это было бы совсем неплохо, — заметила Ниива. — Без тебя и твоих трусов весь легион вздохнул бы с облегчением.

— Знаешь, Рикус, — заявил Стиан, бросив на Нииву полный ненависти взгляд, — если ты не образумишься, твои гладиаторы пойдут в атаку одни.

— Нет, — покачала головой Джасила. — С водой или без воды; я и добровольцы Тира пойдут вместе с ними.

— И гномы тоже, — добавил Каилум.

Стиан повернулся к жрецу солнца. На его устах играла ухмылка.

— Ты в этом уверен? — спросил он.

— Разумеется!

— Давай посмотрим? — предложил темплар.

Отойдя от маленькой группки командиров, он повернулся лицом к бивуаку гномов.

— Войны Кледа! — громко объявил он. — Я считаю своим долгом вам кое-что сказать.

Рикус нахмурился. Он хотел было схватить темплара, но Джасила положила руку ему на плечо.

— Если ты вмешаешься, — сказала она, — подумают, будто ты боишься его слов. Пусть уж лучше говорит.

Мул сердито фыркнул, но, поколебавшись, отступил.

— Трикрин утверждает, что обнаружил арьергард. Вы бы оставили Книгу Королей с арьергардом?

Гномы молчали. Бесстрастные выражения их лиц ничего не говорили о том, согласны они с темпларом или нет.

— Мы не можем знать наверняка, арьергард это или нет, — поддержала Рикуса Ниива.

— Разве? — деланно удивился Стиан. — По-моему, К'крик сказал, что они «ждут». Чего же они могут ждать, если не нас?

— Он сказал, что они стоят лагерем, — возразил мул. — Для К'крика спать — то же самое, что ждать.

— Даже если бы я и согласился с этим, — улыбнувшись кивнул темплар, — есть еще факт, который ты вряд ли объяснишь. Вчера, когда мы спускались из ущелья, один из моих людей, эльф-полукровка с таким же острым зрением, как у его полнокровных сородичей, заметил маленькую группку людей, уходящую из базиса.

— Ты все это выдумал! — вне себя от гнева воскликнул Рикус.

— Вот куда подевалась ваша Книга, — не обращая внимания на мула, продолжал темплар. — И пока мы будем сражаться, Маетан унесет ее в Урик.

— Лжец!

Рикус толкнул темплара с такой силой, что тот пролетел ярда два, не меньше, прежде чем упасть на землю. Через миг мул уже сидел верхом на поверженном Стиане, приставив острие меча к морщинистой шее королевского слуги.

— Скажи им правду! — проревел гладиатор.

— Но я уже все сказал, — спокойно ответил Стиан. — Даже если ты меня убьешь, это ничего не изменит.

Рикус нажал на клинок, и по шее темплара потекла кровь.

— Стой, — схватила мула за руку Джасила. Она пыталась оттащить Рикуса, но сил у нее явно не хватало. — Ты только подольешь масла в огонь!

— Он ничего не говорил мне о каких-то там людях, уходящих из оазиса! — прорычал Рикус.

— Ну конечно, нет, — кивнула Джасила, — скорее всего их не было. Возможно, и полукровки нет… но ты ведешь себя так, что все решат, будто это ты хочешь что-то скрыть.

Ниива взяла Рикуса за запястье. Вместе с Джасилой им удалось отвести меч.

— Вставай, — пнула она ногой темплара. — И побыстрее, пока он тебя не прикончил. Хотя, если по правде, меня это не огорчило бы.

— Спасибо, любовь моя, — усмехнулся темплар, обнажая неровные серые зубы.

Повернувшись, Рикус с изумлением увидел, что гномы, построившись в походную колонну, покидают бивуак.

— Куда это они? — нахмурившись, спросил он Каилума.

Гном отвел глаза. Похоже, ему было стыдно.

— Они идут в оазис, — ответил он. — Пожалуйста, не вини их. Они не сомневаются в твоих словах. Вовсе нет. Просто они не могут понять, зачем Стиану врать в таком важном вопросе. В подобных условиях участие в битве может разрушить их фокус. А на это они, разумеется, никогда не согласятся.

— Ну и чудесно, — огрызнулся Рикус. — Значит, они нам тоже не нужны. — Рикус, — даже задохнулся от ужаса Стиан. — Неужели ты все еще не оставил мысль об атаке?! — Темплар предусмотрительно держался от мула подальше.

— Я не дам урикитам уйти! — отозвался мул.

— Теперь, — Стиан повернулся к Джасиле, — вы наверняка измените свое решение?

Аристократка повернулась к нему исковерканной стороной своего лица.

— До сих пор, — с презрением в голосе сказала она, — Рикус не проиграл ни одной битвы. Я доверяю его интуиции.

Рикус услышал впереди стук осыпающихся камней. Он вытащил из ножен меч и знаком велел своим спутникам тоже изготовить оружие к бою.

Во главе гладиаторов Рикус пробирался по глубокому ущелью, густо заросшему розовой звездоземкой и колючими кустами янтарного смоляника. С одной стороны уходили в небо уступы Кольцевых гор, с другой поднимались огромные барханы пустыни. Впереди ущелье перегораживала громадная осыпь, вытекавшая из черной пасти пересохшего ущелья. Именно там, судя по словам К'крика, урикиты и разбили свой лагерь.

Рикус оценивающе поглядел на висящее над головой солнце. Скоро полдень.

— Джасила должна была уже добраться до места, — сказала Ниива, тоже глядя на алое, нестерпимо жаркое светило.

Рикус поручил воинам Джасилы зайти в тыл урикитам. С ними вместе пошел и Каилум. А К'крик обещал показать дорогу.

— Да уж пора бы, — проворчал мул, поторапливая своих гладиаторов. Он коснулся рукояти меча и услышал голоса офицеров, отдающих приказания адъютантам. — Похоже, урикиты идут к нам.

Мул вскарабкался на осыпь. Ниива, Гаанон и другие последовали за ним. Рикус увидел урикитов, беспорядочной толпой двигавшихся по ущелью. И куда только делся сплоченный железной дисциплиной легион, который так хорошо запомнился мулу по первой битве. Красные туники урикитов были порваны, Лишь некоторые держали в руках костяные щиты, и уж совсем немногие сохранили свои длинные копья. Основная часть была вооружена короткими обсидиановыми мечами. Лица побелели от страха.