Русская трагедия - Александр Зиновьев

Подчеркиваю, понятия справедливости и несправедливости суть оценочные понятия. Явления оцениваются в этих понятиях относительно некоторых принятых, признанных, узаконенных норм данного человеческого объединения, а не вообще. Справедливо то, что укладывается в рамки этих норм, и несправедливо то, что выходит за эти рамки. Конечно, сами нормы могут оцениваться как справедливые или несправедливые. Но эти оценки приобретают смысл, когда тот или иной тип общественного устройства изживает себя и сами его нормы подвергаются критике. Это говорит об относительности самих критериев оценки явлений как справедливых и несправедливых.

Оценочные нормы, как и всякие другие социальные нормы, в реальности осуществляются не механически и не с абсолютной точностью в каждом индивидуальном случае. Эти случаи разнообразны, так что неизбежны и отклонения от норм. А главное – в обществе одновременно действуют другие факторы, в силу которых отклонения от норм оказываются регулярными и неизбежными. Так что нормы справедливости реализуются лишь как тенденции и через массу отклонений. И сами нормы в совокупных условиях общества становятся источником отклонений.

Обществом социальной справедливости называется такое общество, в котором в качестве всеобще значимых приняты и утверждены законодательно не просто какие-то, но вполне определенные нормы, а именно – социальные гарантии и права граждан. Они суть следующие: на оплачиваемую работу, на отдых, на бесплатное медицинское обслуживание, на образование, на жилье, на питание, на личную безопасность, на пенсию по старости и инвалидности. Принципом распределения граждан по местам работы является принцип «от каждого по способности». Принципом распределения создаваемых обществом благ является принцип «каждому по труду», а в идеале – «каждому – по потребности». Эти нормы были реализованы в советском обществе. Общество социальной справедливости было построено фактически. Но одно дело – нормы, взятые сами по себе, абстрактно, да еще в идеологически неопределенном виде. И другое дело – их реальное осуществление. Общество социальной справедливости не есть тот земной рай, каким его изображала советская идеология.

Соблюдение норм справедливого в социологическом смысле распределения людей по местам работы и жизненных благ не есть устранение социального и материального неравенства. Более того, на этой основе с необходимостью возникают такие отклонения от самих норм, которые сами становятся нормами жизни. И какое-то «равновесие» тут достигается в острой социальной борьбе. Нормы не действуют автоматически. За соблюдение их в каждом индивидуальном случае приходится сражаться.

Возьмем теперь социальные гарантии и права. Право на рабочее место есть право на какое-то место, а не на то, на какое претендует индивид. Оно означало, что рабочих мест в стране создавалось достаточно для всех, в принципе безработицы в западном смысле не было. Аналогично в отношении прочих прав и гарантий. Люди так или иначе имели какое-то жилье – бездомных практически не было. Это право не гарантировало всем отдельные комфортабельные квартиры.

– Но люди так истолковали это право. И стали обращать внимание не столько на то, что шло грандиозное жилищное строительство и миллионы получали комнаты и квартиры бесплатно, сколько на то, что получали не все, получали неодинаково, квартиры уже не отвечали их представлениям о современном комфорте.

– И так во всем прочем. Как говорил сам Маркс, удовлетворенные потребности рождают новые. Установление норм социальной справедливости на некотором первоначальном уровне не исключило и в принципе не могло исключить явления, которые стали казаться несправедливостью в отношении к тем же самым нормам. И никакое общественное устройство не может устранить этот эффект. Но мало этого. Советское общество в конце брежневского периода стало вступать в стадию, когда именно социальные права и гарантии начали превращаться в препятствие в соревновании советского общества с западным, препятствием в осуществлении маниакальной цели советского руководства и привилегированных слоев догнать Запад. Эти права и гарантии оказались под угрозой их ограничения и даже ликвидации. Так что если бы катастрофа не произошла, все равно предстояла борьба за сохранение их.

– А у нас все воспринимали их как нечто само собой разумеющееся и незыблемое при всех обстоятельствах. Когда громили коммунизм, не думали, что тем самым разрушали именно общество социальной справедливости.

– В современных условиях Россия просто не в состоянии стать обществом социальной справедливости. Она могла сохраниться в этом качестве. Но раз уж она не уберегла его, то на создание чего-то аналогичного в нынешних условиях у нее просто нет сил и времени.

– Выходит, и коммунисты не имеют перспектив?

– Партии, считающиеся коммунистическими, могут одержать победу на выборах в «парламент», коммунист может стать президентом. Но этого еще слишком мало, чтобы восстановить общество социальной справедливости.

– Значит, лозунг общества социальной справедливости не может стать лозунгом исторического процесса?

– Боюсь, что он может стать лишь лозунгом в выборной кампании, причем совсем непонятным массам населения или интерпретируемым в эклектическом духе – как некая смесь буржуазного либерализма и стыдливого социализма.

– Что-то вроде западной социал-демократии.

Капитуляция продолжается

Первое, что бросилось мне в глаза при виде поднятой части «Курска» (конечно, по телевидению), – это вмятина и зияющая дыра в борту. О вмятине говорилось и раньше, когда «Курск» лежал на дне моря и его обследовали водолазы. И дыра не была для меня неожиданностью – я с самого начала предполагал, что она должна была быть. Меня удивляло то, что ее не заметили водолазы и приборы. Впрочем, удивляло недолго: я предположил (и сейчас так предполагаю), что им было запрещено ее обнаруживать.

По телевидению много раз показывали корпус «Курска» с зияющей дырой. Но люди (а сколько их там было и каких людей!) вели себя так, как будто ее не видели или никакой вмятины и дыры вообще не было. Лишь мельком упомянули о них как бы виновато. И тут же постарались утопить в потоке словоблудия и зрелищ иного рода. Дыра все-таки зияет, и полностью ее замолчать нельзя. Но сколько говорится слов о других «версиях» и «гипотезах», сколько показывается обломков, ровным счетом ничего не говорящих о причине гибели корабля, чтобы сгладить и заглушить впечатление от очевидного, от явного – от зияющей дыры! И профессионалы напрягают ум, чтобы изобрести что-нибудь такое, чтобы задурить несведущим миллионам зрителей мозги и превратить их в оболваненные безмозглые твари, о которых можно сказать: они видят, не видя.

Нет, не зря и не из каких-то технических и гуманных соображений оставили на дне моря меньшую, но более важную для выяснения причины гибели «Курска» часть корабля. Похоже на то, что слегка ошиблись, отрезая ее. Еще бы немножко взяли левее, и дыра не зияла бы так явно с экранов телевизоров. И сокрытие тайны произошло бы с меньшими усилиями и затратами и с большей убедительностью.

Ситуация с «Курском» характерна с точки зрения манипулирования сознанием людей в современных условиях информационной «революции». Одним из способов фальсификации реальности с целью оболванивания широких слоев населения является замалчивание или снижение внимания к важным явлениям и к социальной сущности явлений и раздувание явлений второстепенных, преувеличенное внимание к поверхностным чертам явлений. Утопить важную истину в потоке мелких. Сориентировать внимание людей так, чтобы, как говорится, они слона не приметили. О чем только не говорится в связи с ситуацией гибели «Курска»! А о самом главном либо вообще не говорится ни слова, либо говорится мельком, вскользь, как о чем-то второстепенном, сомнительном, гипотетичном. А это самое главное очевидно, буквально само лезет на глаза, не просто заявляет, а вопит о себе. Сотни миллионов ощущают его на своей шкуре. А мы, россияне, стали самой грандиозной жертвой его. Мы как социальное целое уже лежим на дне мирового исторического океана, не с одной, а с тысячами зияющих ран, и упорно не хотим видеть этого. Мы упорно делаем вид, как будто приобщаемся к множеству неких «цивилизованных стран», будто плывем на всех парусах по волнам мирового океана к свободе и процветанию, будто парим в небесах и мчимся в космосе к звездам. А между тем нас выпирают из космоса и прогоняют прочь с мирового океана.

Это главное, что всячески скрывают от нашего сознания, есть мировая война, которую ведут США и страны НАТО за свое господство над всем Человечеством, и в том числе и даже в первую очередь над нами. Мы, Советский Союз и Россия, рухнули не просто в силу стечения обстоятельств, а потому что нас умышленно и искусственно подбили к этой войне. Не поняв этого, мы останемся исторически ослепленными навечно, вплоть до полного исчезновения из человеческой истории.