Месть Ронана. Амулет - Джеймс Бибби

Гларт слышал, что в харчевнях и на постоялых дворах просили всегда о простых вещах — сделать, к примеру, чтобы местное пиво стало отменного качества. Заклинания такого рода относятся к первому уровню сложности и под силу даже новичку.

Как только хозяйка взялась за непристойный кран, чтобы налить эля, Гларт отвел взгляд, не желая смотреть. Чтобы занять себя чем-то, он уткнулся в меню, стоявшее на стойке бара. К своему удивлению Гларт обнаружил, что это список цен на коктейли. Он пробежал столбцы слов глазами и пожалел об этом. Некоторые названия напитков были еще более вызывающими, чем выставка откровенных статуэток на полках.

О боги! — подумал он. Конечно, карлики на это не способны. А если даже и способны, то кому бы пришло в голову назвать подобным именем коктейль?..

Барменша поставила перед ним пиво.

— Пожалуйста! — И после некоторой паузы добавила: — На кухне на огне варится куриная похлебка. Сейчас я принесу вам немного. Боюсь, сегодня у нас здесь слишком тихо в смысле компании и пообщаться не с кем. Но я уверена, что те двое не будут возражать, если вы к ним присоединитесь.

Гларт повернул голову в сторону эльфа и пещерного тролля. Они, очевидно, выпили уже изрядно, так как их стол был уставлен пустыми стаканами.

— Может быть, позже, — сказал он. — Сейчас мне нужно немного отдохнуть и собраться с мыслями.

Гларт взял пиво и пошел к столику у очага. Удобно устроившись, он уставился на пляшущие языки пламени и погрузился в раздумья по поводу своей миссии. Несмотря на решимость получить от своего похода максимум и досыта насладиться свободной жизнью, Гларт в душе был честным и преданным делу человеком. Он уже поклялся себе, что из кожи вон вылезет, но задачу свою выполнит. Вся беда была в том, что Гларт до сих пор не знал, что конкретно от него требуется.

Как юноша понял со слов аббата, на него возлагалась миссия остановить действие пробудившихся к жизни злых чар какого-то давно почившего в бозе колдуна, грозивших миру страшными бедствиями. Кроме этого, у Гларта было видение прекрасной девушки, которой, по его твердому убеждению, предстояло сыграть ключевую роль. После продолжительных размышлений и попытки рассмотреть вопрос под новым углом Гларт пришел к неизбежному решению.

Должно быть, я свихнулся, подумал он.

Когда хозяйка заведения принесла ему еду, они немножко поболтали. За разговором Гларт выяснил, что звали трактирщицу Малендой. Поскольку других посетителей в зале не было, Гларт, взяв вторую бутылку пива, некоторое время спустя поднялся и перешел за столик к эльфу и пещерному троллю. Как он и предполагал, они были в стельку пьяными, но его появлению в их компании как будто обрадовались.

Эльф по имени Безногий был стройным жилистым парнем с характерной для эльфов приятной наружностью, заостренными ушами и кремневым взглядом зеленых глаз, которые никак не хотели фокусироваться.

Пещерного тролля звали Угман. Он оказался совсем не похожим на своих собратьев. Гларт был наслышан, что тролли отличались невиданной свирепостью и неуемной силой и предпочитали сначала пускать в ход кулаки, а потом задавать вопросы. Вероятно, этому они учились у своих воспитателей в детском саду. Но Угман был настоящей киской. Несмотря на приличный рост — почти семь футов — и могучее телосложение, он был очень добрым и мягким. Угман быстро соображал и имел достаточно развитый интеллект, в то время как большинство его соплеменников не могли без головной боли сосчитать до десяти.

Хотя языки у эльфа с троллем здорово заплетались, разговор получился увлекательным, несмотря на то что велся вокруг одной и той же темы. Гларт выяснил, что парни были студентами Кумасского университета. Угман только что гостил у своих родных в подземельях Теллурских гор, а Безногий составлял ему компанию. Теперь они возвращались в Кумас, чтобы продолжить учебу. После еще нескольких бутылок пива собутыльники предложили Гларту продолжить путешествие вместе с ними. Потом компания снова заказала пиво, после чего его новые друзья потребовали, чтобы Гларт присоединился назавтра к ним. Высосав еще пару литров пива, монах согласился.

Стрелки часов приближались к полуночи, когда он нетвердым шагом поднялся на второй этаж в отведенную ему комнату. Гларт ополоснул лицо водой и собирался лечь в постель, но вдруг услышал легкий стук в дверь. Удивившись, кому бы это он мог понадобиться в такой поздний час, монах открыл дверь.

На пороге стояла Маленда, хозяйка таверны. Она тихонько прошмыгнула в комнату. В руках у нее был поднос, накрытый белым полотенцем.

— Вы любезно согласились оказать мне кое-какие услуги, — напомнила она.

— А, ну да, конечно, — кивнул Гларт. — Но что я должен…

Однако он не договорил, потому что Маленда сняла с подноса полотенце, и он увидел, что под ним скрывается миска с водой, банка ароматического массажного масла, два бокала игристого вина и блюдо с неким составом, подозрительно похожим на только что разведенный гипс.

Маленда села на кровать и уставилась на монаха немигающим взглядом. На ней была только одна белая сорочка, едва прикрывавшая бедра. В теплом свете свечи ее кожа отливала перламутром, а в зеленых глазах танцевали лукавые огоньки.

— Я хочу добавить вас к своей коллекции, — произнесла она.

Гларт пытался собраться с мыслями, но в голове у него все смешалось. Он пожирал хозяйку жадным взглядом, напоминая голодного хоббита, перед которым поставили тарелку с кремовыми пирожными. В свои двадцать лет он еще ни разу не прикасался к женщине, и все происходящее казалось ему сном наяву. Но седриканские монахи должны жить, соблюдая обет целомудрия…

Не забывай, что ты всего лишь послушник, промелькнуло у него в мозгу, и ты еще не давал никаких клятв…

И снова Гларт вспомнил слова аббата Теллоу. Мысли обрели кристальную чистоту и ясность. На него возложены определенные обязательства, и он должен их выполнять, нравится ему это или нет.

У седриканских монахов имелся свод правил, которым они должны были безоговорочно подчиняться. Из курса обучения Гларт знал, что во внешнем мире, получив еду, питье и ночлег, он связывал себя обязательствами отплатить своему благотворителю тем, чем может.

Я пил ее пиво, ел ее еду, думал он. Я должен сделать то, что она просит. Тем более что от этого, как я полагаю, не умирают…

— Хорошо, — сказал он, расплываясь в улыбке, хотя его душа ушла в пятки.

Лицо Маленды озарилось радостью.

— Хороший мальчик, — похвалила она его и спустила бретельки сорочки. Легкая ткань послушно соскользнула с загорелых плеч.