Хроники пилота: Звездолет для бунтаря - Евгений Артёмович Алексеев

изящный веретенообразный корпус, скрытый специальным составом, так что на радарах эта махина будет казаться небольшой птичкой.

На меня нахлынул азарт, эйфория, что смогу попробовать управлять этим красивым сильным «зверем».

Когда я появился на палубе, космолет Крупы уже бежал к концу взлетной полосы. Я лишь увидел на прощание как из дюз многокамерных двигателей вырываются оранжево-алые факелы.

Бросился к ангару, заметив приветливо поднятые щиты, забежал внутрь. И едва не упал от удивления. В реальности «летающий дракон» оказался еще больше, еще внушительней. Гигантская птица с гордо задранным обтекаемым носом, высотой с трехэтажный дом. И я ощутил себя крошечным муравьем, который решил пилотировать небоскреб.

— Товарищ Эдгар? — увидел рядом с огромными шасси механика в синей спецовке. — Мы все подготовили.

— Отлично.

Я собрался уже подняться по металлической лестнице в кабину, когда механик, пожилой дядька с глубокими морщинами вокруг рта, задержал меня. И сделал странный жест перед моей грудью, будто в воздухе нарисовал крест.

— С Богом, товарищ Эдгар! Удачи.

Для такой громадной «птички» кабина казалась тесноватой. Места хватило лишь на один ложемент-кресло для пилота. Все остальное место занимала дугообразная панель с многочисленными экранами, рычагами, кнопками, мигающими рядами светодиодов. Но все оказалось лишним. Мой нейро-интерфейс подключился к управлению напрямую. И вновь вокруг меня закрутилась бешеная карусель виртуальных экранов, вызванных только силой мысли.

Контуры космолёта Крупы замерцали изумрудными линиями. Интересно, что он видел в своей кабине? Как громадина, в которой сидел я, отражалась у него? Но он понял, что за ним погоня, поэтому сразу решил выскочить в космос, где мог мгновенно развить невероятную скорость.

Но я опередил его, термоядерные движки взревели, как стая огнедышащих драконов, заставив громадину рвануть вверх с такой силой и мощью, что перехватило дыхание, перегрузка вжала в ложемент, будто на меня сел слон. Но длилось это мгновения. Сработали гравикомпенсаторы, а скафандр мгновенно залечил раны. Острая боль сменилась на приятную эйфорию, будто я выпил волшебный нектар.

Вырвался в чернильную бездну космоса, вышел на орбиту. Вырубил движки, позволив гиганту скользить по инерции, словно по льду. И тут внизу — словно стальной клинок, рассекающий тьму, — мелькнул космолёт, оставляя за собой шлейф пылающей ало-голубой плазмы.

Перед глазами на экране побежали строчки символов — я почти у цели. Еще чуть-чуть и «лассо» магнитного захвата поймает жертву. Но аппарат Крупы, выплевывая сгустки энергии, превратив гравитацию Земли в катапульту, рванул вверх, оставляя за собой лишь сияющий хвост, словно комета.

Сигнал пискнул, обозначив, что между мной и Крупой невероятно огромное расстояние. Вот, что значит скорости в космосе.

Эх, надо было вначале уничтожить движки космолёта противника. Тогда он станет легкой добычей. Лишь мертвым телом, что вращается вокруг центра масс.

Я отправил в вычислительный блок все параметры движения космолёта Крупы. И тот тут же выплюнул информацию, где появится враг. Перестроил маршрут.

Внизу голубовато-белое пушистое покрывало, залитое безжизненным равнодушным светом солнца, сменилось на чернильную темень, прошитую оранжевыми светлячками материков.

Радар оповестил, что космолёт Крупы вернулся, спрятавшись в тень планеты.

Бах. На экране отразились несколько мерцающих огоньков. Зараза! Из пусковых шахт космолёта Крупы вырвались ракеты с инфракрасными головками наведения на цель. Помчались ко мне, учуяв тепло движков, как стая акул запах крови.

Бортовая лазерная станция зафиксировала атаку. Яркий пучок инфракрасного лазера разрезал космос, заставил ракеты жадно накинуться на ложную цель. Беззвучный всплеск взрывов на миг заслонили звезды.

Аппарат Крупы, как раненный ястреб, упал в пике, врезался в слои атмосферы, превратился в факел, оставляя длинный шлейф бушующего огня. Как он там не сварился?

Последовал за ним, врубил РЭБ, невидимая электромагнитная волна накрыла аппарат Крупы, вырубая всю электронную начинку. Космолёт клюнул носом и рухнул как раскаленный метеорит, став совершенно беспомощным. Мне оставалось лишь кинуть лассо магнитного захвата, и «рыбка» оказалась на крючке. Внимая мысленному приказу, мой гигант медленно и торжественно начал подниматься, вознесся над пухлыми волнами облаков, ввинчиваясь в бархатную тьму космоса, которая казалась мертвым и пустым занавесом, сквозь который проступал ослепительно свет солнечного диска.

И вдруг челнок Крупы ожил, рванул вперед, словно на форсаже, отскочил от меня, оставляя за собой инверсионный слад из голубоватой дымки фотонных двигателей.

Показалось необъятное облако космического мусора, выглядевшее, как огромный остров, континент, зависший над Землей. На такой скорости даже малейшая песчинка могла нанести вред моему кораблю. И я успел перестроить траекторию, чтобы обогнуть мрачное космическое кладбище.

Но Крупа не смог избежать столкновения и с размаху нырнул внутрь. Выплыл уже в совершенно растерзанном, разбитом виде — одно крыло будто отгрызено жутким монстром, беспомощно висели оторванные движки, топорщился вырванный кусок обшивки.

Смог ли мой противник остаться живым? Или моя миссия провалилась? Оказавшись рядом, я бросил вновь магнитный захват, подцепил мертвый аппарат, подтянул. Когда он оказался у воздушного шлюза, выдвинулись клешни манипуляторов, и внесли останки челнока внутрь.

Я отстегнул ремни, выдохнул. И направился к шлюзу. С легким гудением электромоторов поднялся монолитный щит, открыв взору разбитый аппарат.

И только хотел сделать шаг внутрь, как бросило в холодный пот. Передо мной кучей бесполезного хлама распластался не космолёт Крупы — теперь я видел это хорошо. Останки старого разбитого шаттла. По бокам фюзеляжа и сверху над кабиной, где стекло разошлось паутиной трещин, зловещим алым светом, словно глаза адских пауков, мигали магнитные мины.

Я ринулся назад в кабину, чтобы выбросить смертельно опасный груз.

И тут раздался оглушительный разрывающий уши и тело взрыв.

Глава 32

Сознание возвращалось медленно, словно я пытался выплыть со дна глубокой океанской впадины. Я стремился вверх, вверх, но не видел никакого просвета. Только ослепительно яркие вспышки плыли за границей видимости. Помотал головой. Включил X-лучи и опять ничего. От мысли, что мой нейро-интерфейс вышел из строя, прошиб холодный пот. Или меня перенесло куда-то в потусторонний мир?

— Ну что как он?

Голос проник в мозг, оформился. Значит, все-таки я слышу.

Открыл глаза, и тут же зажмурился. Хлынул яркий, невыносимо болезненный свет. И в то же мгновение потерял яркость, стал мягким.

Надо мной склонилось чье-то лицо. Я не мог понять, чье оно, земного типа, мужчина или женщина. Или это скалькутс. И лишь через пару долгих мгновение зрение сфокусировалось.

— Пришел в себя, — кто-то произнес удовлетворенно.

Теперь я хорошо видел, что лежу на кровати в небольшой комнатушке без окон. Где-то в глубине проступали очертания тумбочки, на которой стояла лампа под зеленым абажуром на гибкой ножке. Рядом сидел сутулый человек