Если бы я знал - Рейн Уайт

class="p">разговоры, Влад, нежно перебирающий его пальцы, ― именно

на такой высоте, чтобы движение улавливала камера.

― Просят нормальный поцелуй, ― наконец едва слышно

шепнул Влад. ― Давай, актёр. И да не стошнит нас друг от

друга.

Он уверенно обвил рукой талию Джоя, а вторую вытянул к

камере, чуть закрывая их от обзора растопыренной ладонью.

Лицо его было близко-близко.

Джоя точно под дых ударило. Да, он на всё согласился, но… блин, если Ники действительно их смотрит, то подумает

чёрт знает что. Конечно, Джой послал его нахрен, однако это

ничего не меняло.

― Чтоб его, всё, не нужно! ― пробормотал он. ―

Поиграли и хватит, твои девочки и так в восторге! Ты мне как

брат, какой поцелуй?

― Согласен, абсолютно никакого, ― кивнул Влад.

Покосился на экран и чуть наклонил голову вправо, а руку с

талии поднял, пряча у Джоя в волосах. ― Замри.

― В смысле? ― нахмурился тот, попытался отстраниться, встретил отчаянное сопротивление… и только тогда скосил

взгляд на плазму. ― Блять.

Иллюзия на экране была чертовски похожа на поцелуй.

Из-за фокуса на руке Влада, камера улавливала их только

урывками, расплывающимися пятнами. И пятна эти занимались

какими-то долбаными непотребствами.

― Твою ма-ать… ― выдохнул Джой, когда Влад, донельзя

довольный произведённым фурором, его отпустил.

***

Бутылка в экран полетела чертовски метко. Никита и сам

не понимал, зачем кинул: просто было по-детски обидно, не

хотелось ничего видеть… а она попалась под руку. И да, он

даже почти развидел. Удар оказался таким, что пусть не

опрокинул монитор, зато успешно разбил ― из одного угла

поползла сеточка трещин, разрывая изображение радужными

полосами, но не уничтожая. Наверное, в этот момент он впервые

осознал, что ревнует до боли, до жажды разрушать всё вокруг.

Джоя, чтоб его. К которому привязался, да, но чтобы

настолько?

И ведь даже без разрушения экрана не было ничерта

видно. Ладонь, музыка на фоне и истерящий чат. Кажется, все

зрители прекрасно разглядели в расплывающейся картинке то

же, что и он.

― Господи, Никит, что это было? ― в ужасе влетела в его

комнату Маринка. Застыла, во все глаза глядя на радужный

экран и не менее «радужных» героев торжества, так и не

разрывающих «поцелуй».

― Ты спрашивала, что я хочу на новый год? Вот, я

придумал, ― криво усмехнулся Никита, отворачиваясь от

экрана и указывая пальцем себе за спину. ― Новый монитор, этот… цвета потерял.

― Да, я вижу, ― пробормотала мачеха.

Ни единого комментария, даже ругаться не пыталась.

Смотрела на творящееся там действо. А Никита только слушал: шорохи, какие-то шутки ― видимо, уже ничего непотребного не

происходило, ― голос Влада. Слушал и думал: а не отрубить ли

всё к чёртовой матушке? Вот прямо сейчас… или подождать

ещё пару минут, чтобы окончательно разбередить себе душу?

Получил, чего хотел? «Вы с Владом, вы с Владом». Окей, с

Владом. Джой сказал ― Джой сделал, блин.

***

После импровизированного недопоцелуя Влад притянул

Джоя к себе за плечи, тут же начиная отвечать на вопросы

чатика. Грёбаная публичная личность! Хотя чего Джою злиться?

Он ведь и сам такой. Сам смеётся, что бы ни случилось, травит

шутки и держит лицо. Почти держит.

― Да-да, мы зайки, ― вздохнул Влад. ― А он просто под

впечатлением, вот и молчит. Да-да, даже Джоя мы смогли

смутить.

Кажется прошла целая вечность, хотя на самом деле ―

всего минута. Влад болтал, Джой… чувствовал себя бесконечно

потерянным.

― Блин, Влад, ― пробормотал он, когда друг ненадолго

замолчал. ― Окей, я порчу тебе эфир, но не могу так.

― Дериглазов, не гадь атмосферу, твой малолетний болван

всё равно нас не смотрит, ― зашипел Влад.

― Не могу, ― Джой чуть повернул голову, заглядывая

другу в глаза.

Тот нахмурился, словно боролся с собой.

― Блять… ― наконец все же капитулировал он и

вздохнул, обратившись уже к зрителям. ― Ребят, спасибо, что

активно шипперили нас, но... у Джоя для вас объявление.

Джой кинул взгляд на часы и мысленно выругался: полторы минуты прошло. С одной стороны, бесконечно долго

― за это время можно успешно психануть; с другой ― быстро

же он пришёл в себя, когда всего пару часов назад горел

праведным желанием