Варрэн-Лин: Узы Стаи - Юна Ариманта

class="p1">Дайм отстранился от нее и взглянул ей в глаза своими яркими глазами. Они сияли, словно два солнца, освещая вечные сумерки этого мира.

— Динка… — выдохнул он и коснулся губами ее носа. От прикосновения его теплых губ к нежной влажной коже на носу, Динка невольно заурчала. Прикосновение было настолько же интимным, как соприкосновение губ.

Она с громким мурчанием поднырнула головой ему под руку и принялась тереться щекой и лбом о его обнаженную грудь и живот, отпихивая подальше от опасного края. Он откинулся на спину и крепко охватил ее голову руками и прижал к себе. Динка вытянулась рядом с ним на земле, положив голову ему на грудь и прислушиваясь к стуку его сердца.

— Ты говоришь такие слова, что все мои мысли переворачиваются с ног на голову, — пожаловался он. — Я теперь и не знаю, что думать обо всем этом.

— Так может пора прекращать думать о том, чего уже не изменить? — с надеждой проговорила Динка. — Сейчас твое племя очень нуждается в тебе.

— Я не могу не думать об этом! Я виноват. Перед всеми виноват. Я виноват в том, что не убил Даймира сразу. В том, что оставил свое племя в его власти. В том, что исчез, и меня не было рядом, когда они страдали.

— А еще, ты виноват в том, что нашел в мире людей Тирсвада, Хоегарда и Штороса. В том, что взял их под свое крыло и помог им сплотиться и выжить. В том, что нашел меня и освободил из человеческой семьи. В том, что привел нас всех обратно домой, — подхватила Динка.

— Я виноват перед тобой, Динка, — дрожащим голосом вскричал он, запуская пальцы в ее густую гриву и сжимая ее в кулаках. — В том, что у тебя до сих пор нет дома. В том, что ты вынуждена мотаться по свету и сражаться за меня! Варрэн-Лин не должна сражаться! Место Варрэн-Лин в безопасной пещере, рядом с детьми и мужьями. А я все время подвергаю тебя опасности…

— Зато я могу постоять за себя. И всегда знаю — я не беспомощна, не беззащитна, я могу сделать выбор, я могу постоять за себя и свое счастье. И я счастлива рядом с вами всеми! Поверь, до встречи с вами все было совсем не так.

Дайм тяжело вздохнул. И Динка, желая его немного взбодрить, пробежалась языком по его ребрам.

— Эй, что ты делаешь! — охнул он, пытаясь увернуться от ее большого языка. Динка хихикнула про себя и, обхватив его лапами поперек туловища, принялась вылизывать его грудь, живот, шею, наслаждаясь его запахом и вкусом его кожи.

— Динка, хватит! — хрипло застонал он, барахтаясь под ее большим мохнатым телом и едва сдерживая смех. — Ох, нет! Достаточно! Ты… непослушная девчонка!

Вдвоем они покатились по земле, откатываясь от опасного обрыва.

— Попалась! — Дайм повалил ее на землю и уселся на ее животе, прижимая к земле ее передние лапы руками. В зверином облике она почти не чувствовала его веса и легко могла бы сбросить его. Но Динка лежала, вытянувшись на спине, и, смотрела на своего мужчину, приоткрыв пасть и высунув язык.

Дайм улыбнулся и, отпустив ее лапу, коснулся рукой ее подбородка. Динка тут же запрокинула голову, подставляя открытое горло его ласке. И он заскользил ладонями по ее горлу, груди, животу, лаская и нежно перебирая шерсть.

— Я хочу тебя! — заурчала Динка, томно прикрыв глаза и прямо под ним обращаясь человеком. — Возьми меня!

Но Дайм вдруг помрачнел и, скатившись с нее, обратился варрэном.

— Не сейчас, прости. У нас много дел, и внизу нас уже ждут, — проговорил он, не глядя на нее.

— Как скажешь, — погрустнев, согласилась Динка, тоже оборачиваясь обратно в звериный вид. — Мне тоже надо идти. Раненым нужна моя помощь.

Вниз они шли бок о бок, задумавшись каждый о своем.

Едва они спустились до жилых уровней, как к Дайму, как в том сне, начали подходить варрэны и Варрэн-Лин. Кто-то спрашивал совета. Кто-то нуждался в помощи. Кто-то просто спешил поклониться и засвидетельствовать свое почтение новому Вожаку. В том, что Дайм теперь Вожак, сомневался лишь он один. Остальные черные приняли эту счастливую для всех новость, как данность.

Дайм прошел вместе с Динкой на лечебную площадку, чтобы узнать, как идут на поправку раненые.

— Тише! — Динка увидела Килейна и Ринэйру издалека и потянула Дайма за лежащий на земле валун. — Давай послушаем, что они про нас говорят! — мысленно прошептала она Дайму, хитро поглядывая на него.

— Не стоит подслушивать чужие разговоры, — укоризненно покачал головой Дайм.

— Если у них что-то личное, то мы не сможем их услышать, — пожала плечами Динка и поползла вперед, пригибая голову и скрываясь за нагромождением камней. — А вдруг мы сможем узнать, что думают черные по поводу тебя?

— Ты не можешь сейчас уйти! — возмущалась Ринэйра, нервно дергая хвостом. — Ты едва на ногах стоишь. Посмотри на себя!

— Я нужен Дайму. Уверен, он найдет для меня подходящее поручение, — отвечал ей Килейн, счищая со своего тела пучки травы, которыми был обложен. Он еще не оброс шерстью, и было видно его голую кожу, на которой затягивались последние ссадины. В отличие от Штороса, кожа у него была не розовая, а тоже черная. — Или ты думала, что я буду сидеть у твоего хвоста? — добавил он насмешливо.

— И будешь! — упрямо возразила Ринэйра. — Ты будешь делать то, что скажу тебе я. А не Дайм.

— Это почему же? — удивился Килейн. — Дайм — мой Вожак. А ты… просто Варрэн-Лин.

— Я Варрэн-Лин! — зарычала Ринэйра, окончательно выходя из себя и позволив искрам силы пробежать по ее шкуре от макушки до хвоста. — Твоя Варрэн-Лин! И ты будешь подчиняться мне!

Килейн, уже повернувшийся было, чтобы уйти, замер в нелепой позе с поднятой лапой.

— Что ты сказала? — медленно повернулся он.

Динка смотрела на разворачивающееся на ее глазах признание, затаив дыхание. По телу побежали мурашки и сердце неистово заколотилось в груди, словно это она сейчас скажет мужчине заветные слова. Она так увлеклась, что не сразу заметила, что Дайм тихо оттягивает ее прочь, ухватившись зубами за гриву.

— Пусти меня, — заворчала она. —