Фантастика 2025-129 - Денис Старый

— Что это? — не выдержала Мария, с большим вниманием наблюдавшая за моими манипуляциями.

— Формовочный станок. Самый простой, но действенный, — сказал я.

— Какой? — спросила Маша, нахмурив брови и уставившись на рисунок.

— Для керамической и цементной плитки, ну, и черепицу можно пробовать делать, — сказал я, но после уже так занялся своими набросками, что не отвечал на вопросы девушки.

Сам станок представлял собой то, что с большой натяжкой можно было бы назвать пресс-формой. Это стол, на который опускается формовочная поверхность, и в итоге штампуется необходимое изделие. Но, чтобы изделие получило форму, нужна не просто ровная, а горячая поверхность.

Я думал, что же можно было бы использовать для прогревания поверхностей, которые будут зажимать форму из глины или из цемента. Мой дед некогда сам сделал формовочный станок, примитивнейший, для него он разобрал какие-то старые нагреватели. Их можно было бы заменить раскалённым углем, засыпаемым внутрь полой поверхности, но тогда нужен ещё продув, чтобы угли не остывали быстро. Ну, а после довести форму до готовности можно и в печи.

— Вот так… — рассказав суть технологии и вспомнив, что дед весь свой участок у дома и даже метров сто дороги выложил собственного производства цементной плиткой, я победно вздёрнул палец кверху.

— Сомнительно, — выразила скепсис Мария Александровна.

— Пробовать нужно! — сказал я и с удивлением поймал себя на том ощущении, что готов, словно ребенок, которого не похвалили за хорошее дело, обидеться.

Маша, поняв мое настроение, рассмеялась.

Смеялся и я, думая о том, что бизнес-идея, завязанная на производстве цемента, изделий их него и из керамики — это отличная вещь. Вообще в этом времени странным образом производства, которые не связаны с сельским хозяйством, развивались бойко, но крайне однобоко: металл ли это для разных нужд, или же металл для армии. В остальном Россия, не спешила за открытиями, привозя многое из-за границы, из той же Англии.

— А сколько в империи цементных заводов? — решил уточнить я у девушки, которая, если бы не современный мужской мир, могла бы выбиться в архитекторы.

— Батюшка мой говаривал, что в России — только английский цемент. Вроде бы, еще в столице есть завод… Но я не знаю это не точно, — будто вспоминала, говорила Маша.

Вот еще одно дело. Здесь, на Донбассе, есть каолин — отличная белая глина. Хочешь, унитазы фаянсовые делай, хочешь — еще что. Унитазы — и то бизнес, всем нужно будет такое изделие, если распробуют, а канализации уже есть в каждом крупном городе.

Есть и гипс, я сам видел в будущем гипсовые котлованы под Горловкой. Ну, и клинкер можно обжечь, если глина с известняком найдется. Вот и цемент. Так что почему бы не построить цементный завод? Скоро Крымская война, явно во время ее, англичане резко уменьшат экспорт цемента, да и потом не вдруг возобновят. Учитывая, что Российская империя сейчас достаточно активно строится, цементные заводы Англии обогащаются. А почему всё должно течь в Англию? Не люблю, когда явные выгоды уходят на сторону. Да и чем мы хуже, если купим у англичан то же оборудование? Я не говорю о прогрессорстве, чтобы самим обжигать клинкер, лучше купить уже готовые чертежи устройства печей, ну, и что там необходимо еще.

Эх! Замахнулся на большое дело. Но иначе как? Спрос на цемент есть и будет. Северное Причерноморье строится очень активно, даже те самые оборонительные укрепления в Севастополе, других городах, в Одессе, в Керчи. И все для производства есть на месте. Решено! Тему не забрасываю, ищу компаньонов, по крайней мере, узнаю, на чьих землях есть гипс, договариваюсь с ними. И пусть англичане продадут оборудование, если такое есть. Здесь же нужны особенные печи, наверное.

— Хочется многого, производства, но пойду-ка я картошку окучивать! — усмехнулся я и пошел, правда, не на картофельные поля, а домой.

Все же умыться, дух перевести после дороги нужно, если недолго. А еще необходимо отдать должное и самому съездить к Матвею Ивановичу. Крестный дал своих людей для весьма нечистого дела, а я не выкажу уважения к его сединам и сам не приеду? Неправильно. Нужно ехать. А еще я хотел бы правильно разделить трофеи.

Дело в том, мы взяли у Ивана Портового контрабанду оружия. Немного было ружей, к сожалению. Среди разного рода алкоголя и тканей было всего-то три дюжины ружей, но все английские, чуть ли не прямо с завода. И вышло так, что я недосмотрел, и все взятое у бандитов оружие попало картамонавцам. Ушлые они ребятки! Но ничего, придется делиться. Лучше я шелк отдам за ружья… Нет, шелк мне также нужен.

Скоро Мария Александровна отправилась настройку — она думала, что следить, а я грешным делом подумал, что в первую очередь обогатится её лексикон — ругательствами. Сегодня там работников было крайне мало, но что-то, несмотря на Вербное Воскресенье, нужно было срочно сделать. Душа радовалась и пела, понимая, что хоть в процесс строительства комплекса для приема гостей на бал моего вмешательства не требуется.

Ушла одна сестренка, появилась другая… Саломея, видно, аж бежала ко мне из отчего дома. Вся красная стояла, как помидор.

— Рассказывай, Саломея, как тут без меня жили? — спросил я, когда девочка-помощница уже не только успела прибежать в дом, но и принесла немудреный обед.

— Тяжко без вас, барин. Как вы уехали, словно кормильца мы лишились, — сказала девчонка.

Вот же егоза малая! Уже научилась и лестью речи приправлять. Как же, тяжело им было без меня! Небось, кот из дома — мыши в пляс! Впрочем, я даже в некотором роде солидарен с теми правителями и людьми в социальном отношении чуть пониже, которым лесть нравится, которые на эту самую лесть ведутся. Ну это же приятно, чёрт возьми! Даже если и понятно, что может всё на деле быть ровно наоборот.

— Ты мне по существу говори! — ухмыльнувшись, потребовал я.

— Простите, барин, «по существу» — то как? — переспросила девчонка.

— Что произошло, вернулся ли Емельян Данилович? Должен был вернуться, но мало ли… Как люди ведут себя да что говорят? Как хозяйство ладится, может, кто приезжал в моё отсутствие? Всё рассказывай! — терпеливо объяснил я.

— Так это мы сразу! — обрадовалась девчонка, метнулась куда-то в сторону, выбежав из комнаты, которую можно было бы условно назвать столовой, только коса мелькнула.

—