"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Геммел Дэвид

Окас запел, и Аста-хан присоединился к нему. Клинки воинов в кругу вспыхнули белым огнем.

Из дыма явилась высокая фигура в черной броне, в темном крылатом шлеме с опущенным забралом, со скрещенными на груди руками.

— Пора умирать, Аста-хан, — произнес пришелец.

Финн, стоя на коленях, посмотрел на недвижные тела ушедших, взял лук и вместе с Маггригом занял место у входа в пещеру.

Некоторое время они сидели молча, глядя на озаренные луной деревья.

— Видишь что-нибудь? — прошептал Маггриг. Финн пожал плечами:

— Ты осмотри левую тропу, а я правую, но не уходи далеко от пещеры.

Маггриг, держа лук наготове, кивнул, выскользнул наружу и скрылся в кустах. Финн выждал несколько минут, закрыв глаза, чтобы лучше слышать. Ночь наполнилась звуками, не всегда различимыми за посвистом ветра и шорохом ветвей. Финн открыл глаза и внимательно оглядел тропу. Удовлетворившись наконец, он вышел на лунный свет и двинулся вправо. Мест для засады было много, но Финн хотел обеспечить себе пространство для выстрела. Лук — не слишком подходящее оружие для ночного времени. При луне трудно определить расстояние, и хорошая оборонительная позиция может оказаться смертельной западней, если не имеет другого пути для отхода.

Он присел за кустами, пытаясь определить, где Маггриг. Младший лучник исчез бесследно, и Финн довольно улыбнулся. Наконец-то этот парень хоть чему-то выучился! Прошел час, за ним другой.

Финн опять закрыл глаза и слился со звуками ночи, стараясь найти в них какое-то несоответствие. Ничего подозрительного не было, и это тревожило его. Окас редко ошибался: раз он сказал, что враги близко, — значит, они близко. Финн облизнул губы, и его сердце ускорило свой бег. Если он никого не видит и не слышит, это означает одно из двух: либо Окас ошибся, либо люди, выслеживающие их, не менее искусны, чем они сами. Двигаясь медленно и плавно, Финн припал к земле и оглянулся на вход в пещеру. Ничего. Боковым зрением он оглядел скалу. Опять ничего — камни, трава да темные кусты.

Финн вернулся на прежнее место и зарядил лук. Если враги столь искусны, они могли видеть, как он и Маггриг вышли из пещеры. Мысль о том, что Маггриг в опасности, едва не вогнала Финна в панику, но он приструнил себя. Если враги их видели, то постараются подкрасться к ним и убить. Но Финн хорошо выбрал место: справа его защищали валуны, впереди и слева лежало большое открытое пространство. Позади шла узкая тропа, ведущая к пещере. Он лег на живот и заполз поглубже в кусты. Теперь он потерял преимущество простреливаемого пространства слева, зато был защищен от внезапной атаки и знал, что враги больше не видят его.

— Чепуха все это, — сказал он себе. — Никого тут нет. Ты пугаешься собственной тени.

Впрочем, надо подумать. Он поставил себя на место охотников. Ты увидел дичь — что дальше?

Надо заставить ее выйти под выстрел.

Каким образом?

Подставиться ей. Дать ей увидеть себя. Финн рискнул выглянуть на открытое место, которое теперь лежало впереди справа. Да, мишень по всем статьям должна показаться здесь. Тогда Финну пришлось бы встать, чтобы прицелиться. Он оглянулся на кусты у себя за спиной. Есть только два места, где может спрятаться убийца: за толстым белым стволом кривой березы либо за круглым валуном на пути к пещере. А быть может, и там, и там? Финна прошиб пот.

Единственный разумный выход — это отступление. Все преимущества за врагом. Но отступать можно только к пещере, а это значит — выйти на открытое место. И даже если он доберется туда, то окажется заперт внутри, Маггриг же будет отрезан. Финн тихо положил лук на землю, поднес руки к лицу, сомкнув большие пальцы, и четырежды прокричал совой.

Спереди ему отозвался кашель барсука. Значит, Маггриг цел и невредим. Больше того: он знает об опасности и заметил кого-то из врагов.

Финн приник к земле и бесшумно отполз назад.

На открытое место перед ним вышел человек, вооруженный луком. Чтобы выстрелить в него, Финн должен был встать. Человек шел прямо на него. Финн набрал в грудь воздуха и встал, оттянув тетиву, но в тот же миг резко обернулся назад. Из-за валуна в двадцати шагах появился другой неприятель. Финн пустил стрелу, пробившую врагу череп, и бросился наземь. Две стрелы просвистели там, где он только что стоял. Подогнув под себя колени, Финн взвился, выскочил из укрытия и упал за поваленное дерево. Отсюда он увидел труп убитого им врага.

Теперь игра была ему больше по вкусу. Они искусно скрадывали его, крепко уверенные в своем мастерстве, — и что же? Один убит, а другим должно быть очень не по себе. Финн отполз от дерева и, не вставая, наложил новую стрелу.

Теперь охотники должны напасть спереди. Есть ли у него козырь при такой позиции? Они убедились, что он не левша, поэтому должны ударить справа, чтобы выиграть лишнюю долю мгновения. Финн повернулся вправо и стал ждать.

Воин с длинным копьем бросился к поваленному дереву, и Финн выстрелил ему в грудь. Слева появился второй. Финн бросил лук, выхватил нож, увернулся от удара копьем и вогнал свой клинок врагу в живот. Прикрываясь телом умирающего, он огляделся, но никого не увидел. С проклятием отшвырнув от себя тело, он подхватил с земли лук, выпрямился и оказался лицом к лицу с вражеским лучником. Тогда он понял, что погиб...

Но стрела Маггрига впилась врагу в плечо. Тот с воплем пустил свою, но она прошла слева от Финна, который юркнул в кусты.

— К пещере, Финн! — закричал Маггриг, нарушая все правила. Финн обернулся и увидел трех человек, бегущих по открытому месту. Он послал им вслед стрелу, однако расстояние было слишком велико, и он промахнулся. Финн бросил лук и с ножом в руке помчался вдогонку.

Но враги уже скрылись в пещере, и он понял, что опоздал.

— Держитесь стойко, не то нам всем конец, — сказал Окас. Киалл сделал глубокий вдох и стал смотреть на клубящийся дым.

Дым рассеялся, и юноша увидел перед собой голые скалы и высокие, лишенные листвы деревья. Шесть чешуйчатых чудовищ с пастями, усаженными острыми клыками, шли на него, растопырив лапы. Киалл в ужасе шарахнулся прочь. Вместо пальцев на их конечностях торчали раздутые головы, лязгая острыми зубами. Каждый из демонов был выше семи футов, и Киалл понимал, что его сабля не пробьет их ороговевшую кожу. Он посмотрел направо, ища поддержки Чареoca, но рядом с ним не было никого.

Киалл посмотрел налево и увидел открытую дверь, сквозь которую виднелся зеленый луг, усеянный весенними цветами. Там играли дети, и до него доносился их звонкий смех.

Лязг зубов заставил Киалла обернуться. Демоны приближались. Стоит только выбежать в дверь — и он будет спасен.

«Держитесь стойко, не то нам всем конец», — вспомнились ему слова Окаса.

Киалл подумал о Равенне. Кто спасет ее, если он погибнет? Из двери послышался голос:

— Сюда, Киалл, скорей! Здесь тебе ничего не грозит! — Он бросил туда взгляд и увидел свою мать — она улыбалась и махала ему рукой.

— Не могу! — крикнул он и поднял меч. Спасительная дверь исчезла, и демоны надвинулись еще ближе.

Бельцер удивленно моргал, не понимая, куда девались остальные. Он остался один лицом к лицу с шестью воинами в черных доспехах, с длинными мечами в руках. Ничего демонического он в них не видел: лица у них были мрачные, но вполне человеческие.

Топор показался Бельцеру тяжелым, и он упер лезвия в землю. Сделав это, он заметил, что руки у него все в морщинах и покрыты бурыми старческими пятнами. Мышцы иссохли, конечности сделались тонкими и костлявыми. В спину подул холодный ветер — Бельцер оглянулся и увидел, что позади него высится гора. Над ней сияло солнце, и чистые ручьи стекали со склонов.

— Вернись на вершину, — сказал один из воинов. — Мы не хотим убивать старика, который даже топор поднять не в силах. Ступай.

— Чареос! — прошептал Бельцер и облизнул беззубые десны, чувствуя непреодолимую слабость.