Ледяное сердце 2 - Ольга Романовская

Она получила урок, он должен пойти ей на пользу.

Маг улыбнулся, прошел в спальню и, не раздеваясь, разлегся на кровати.

Как же приятно снова оказаться дома! И вдвойне приятно, что нудная документация отныне не будет единственным его собеседником долгими зимними вечерами.

Он подумал о Заре и в который раз удивился причудливым играм судьбы.

Надо же было такому случиться, чтобы именно его назначали ее телохранителем! Интересно, а сеньор Тардес знал о его давних романтических отношениях с дочерью Советника? Что-то Меллону не верилось, чтобы это было простым совпадением. Завтра нужно будет спросить у Аглаи, секретаря Тардеса: она, наверняка, в курсе. Может статься, что это была просьба самого Рандрина: уж он-то точно знал о влюбленности собственной дочери. Помнится, он даже ему посочувствовал, встретив возле своего дома. Зара тогда не желала простить его, делала вид, что Меллон Аидара навеки перестал для нее существовать. А на самом деле любила.

Зара Рандрин любит, чтобы все всегда было так, как ей угодно, в этом-то и проблема.

Почувствовав, что начинает дремать, маг умылся, разделся и лег. Завтра предстоял трудный рабочий день: отчет о проделанной поездке. Только сегодня вернулся в Айши, а начальство уже требует к себе. Ничего, отчитается и возьмет пару выходных: нужно привести себя в порядок и отдохнуть, в Департамент лекарских дел заглянуть: пусть посмотрят, все ли правильно срослось и затянулось. Не то, чтобы он не доверял знаниям Зары, но в последнее время ее интересовало не состояние его ран, а нечто другое. Только присутствие начальника и Карана удерживало ее от того, чтобы сэкономить на комнатах.

Меллон усмехнулся: примерно вести себя любимая все равно не могла. Стоило им хоть на минутку остаться наедине, как ее руки начинали блуждать по его телу. Мягко отстранишься -

обидится. Да и целовалась она совсем не так, как прежде: намного умелее. Где только научилась, или это у нее в крови? Зная ее отца...

Впрочем, Зара и действовала, как ее отец: смело, напористо, решительно. Если нельзя ночью, то можно вечером, в сумерках. Уходила гулять за деревню и, немало не смущаясь, что их может кто-то увидеть, пыталась продолжить начатое в Шегере.

Разумеется, он протестовал, говоря, что так могут поступать только опустившиеся простолюдинки. В ответ она смеялась и возражала, что, во-первых, сама наполовину простолюдинка, во-вторых, выросла в деревне, где все так делали, и, в-третьих, что раз они любят друг друга, то в этом нет ничего постыдного.

Меллону не нравилась сама идея свиданий под открытым небом, не делавших чести ни ему, ни ей. И он радовался тому, что по дороге в Айши девушке удалось всего один раз склонить его к предосудительным действиям, которые казалось ему унизительными, прежде всего для девушки. Маг чувствовал себя не в своей тарелке, ругая себя за то, что не сумел её образумить. А Заре, кажется, понравилось.

- Видимо, у нее другой темперамент, - подумал, засыпая Аидара.

Скопившаяся за время поездки усталость мгновенно погрузила его в мир без сновидений.

Заре, в отличие от Меллона, было разрешено назавтра опоздать, чем она и воспользовалась, без зазрения совести проспав до половины десятого утра.

Сладко потянулась, села и обнаружила на столике записку от отца: 'Зайди сегодня ко мне: есть, о чем поговорить. Лучше после обеда. ПС: Заодно расскажешь, куда делась половина Апполининой мази, чувствую, ты мне не сообщала и половины того, что происходило'.

Девушка улыбнулась: какая поразительная осведомленность! И когда он только успел порыться в ее вещах? Ну да, точно,

она же вчера вернула баночку Апполине, так что вопрос снимается.

Позавтракав и облачившись в форму Департамента иностранных дел, сеньорита Рандрин, прихватив делавшие во время путешествия записки (бумаги Эшбреха она отдала Эршу еще в Шегере), направилась во Дворец заседаний.

В департаменте, как всегда, кипела жизнь. Забросив сумку на свой стол, поздоровавшись с заспанным Караном и перекинувшись парой слов с любопытными коллегами, девушка постаралась структурировать свои записи. Сделав краткую выжимку тезисов на три листа и дав слово Ри и Эвелине во всех подробностях описать быт и нравы восточных княжеств и, заодно, посплетничать о воскресшем князе Юсфене (наполовину ее стараниями, между прочим!), Зара вернулась в приемную.

Аделина была занята крайне важным делом: внешним видом своих ногтей. Подпиливая и шлифуя их пилочкой из стекла со специальным напылением, она то и дело с гордостью любовалась достигнутым результатом. Впрочем, обвинить ее в пренебрежении своими прямыми обязанностями тоже не удалось бы: почта разобрана и отослана, все отчеты зарегистрированы и сданы на хранение, в приемной - ни одного посетителя. Можно и для себя время выкроить.

- С возвращением, - еще раз приветствовала Зару Аделина и отложила пилочку в сторону. Неужели и ее заинтересовали шегерские рассказы? - А Вы загорели, совсем восточная красавица! Слышала, в Шегере одна заварушка была, Вас чуть не казнили... По дворцу ходили слухи, будто бы Вас обвинили в убийстве местного князя. Неприятно, наверное, было?

- Очень. У сеньора Эрша кто-то есть?

- Да-а, - протянула секретарь, - Шандер. Из-за этой кутерьмы сеньор Эрш сорвался с места, на целых две с половиной недели бросил дела, теперь Шандер перед ним отчитывается. Ничего, - улыбнулась она, - скоро и Ваша очередь подойдет. Хотя, чего Вы ему еще не успели рассказать, столько времени

было... Или Вы другим занимались? Восточные мужчины, наверно, красивые?

Нет, змея всегда остается змеей. В том, что Аделина змея, сеньорита Рандрин убедилась с самого начала. На некоторые ее подколки лучше не реагировать, просто сделать вид, что не расслышала. Девушка так и поступила, заняла приглянувшийся стул и мысленно повторила основные положения своего доклада. Потом то же, только в расширенном варианте, предстояло представить в письменном виде на грядущем общем собрании.

Когда сеньорита Рандрин вошла в кабинет начальника, тот сидел, откинувшись на спинку кресла, и пил кофе. Странно, а как же любовь к бергамотовому чаю?

Поймав обращенный на чашку взгляд подчинённой, Эрш пояснил:

- Кофе - великолепный стимулятор, особенно если спите четыре часа в сутки. А Вы, вижу, выспались.

Заре стало стыдно. Стоило прийти на службу вовремя, а то как-то неудобно... Приехали одновременно, она-то поболтала с Меллоном в его гостиной, ушла домой и легла спать, а Нубар разбирал скопившуюся за время отсутствия почту. И засиделся с ней до трех часов ночи.

- Да, спасибо, - пробормотала она, присаживаясь по другую сторону стола и скромно разложив на нем свои записи. - С Вашего позволения, я готова отчитаться об итогах поездки. Наверное, лучше начать с политической обстановки в конфедерации Мангеш в целом. Я бы охарактеризовала ее, как нестабильную. Княжества подвержены сильному влиянию со стороны Фрегойра, которое выражается в...