Вторая Пуническая война - Михаил Борисович Елисеев

сторону: оба они были выдающиеся полководцы и обладали даром убедительных речей» (App. VI, 15). Тит Ливий ничего об отзыве Гасдрубала не пишет. Но данный факт как раз укладывается в общую картину событий, поскольку именно благодаря переброске армии Гасдрубала в Африку Сципионы добились успехов в сражениях при Мунде и Авринге.

Несмотря на то что в Африке появилась испанская армия Гасдрубала, положение дел по-прежнему оставалось серьезным. В этой сложной ситуации карфагенское правительство обратилось к царю племени масилиев Гале, чьи владения находились в восточной части Нумидии. Посланцы Карфагена прямо заявили нумидийцу о том, что теперь Сифакс представляет угрозу не только для карфагенян, но и для царя Галлы. Ибо заручившись поддержкой римлян, Сифакс станет захватывать земли соседей. Поэтому лучше всего нанести по нему удар прямо сейчас, пока он не получил никакой поддержки от своих союзников. Галла был полностью согласен с послами и отправил против Сифакса большое войско во главе с сыном Масиниссой. По свидетельству Тита Ливия, отряды Масиниссы объединились с карфагенской армией и нанесли сокрушительное поражение Сифаксу, уничтожив до 30 000 воинов противника (Liv. XXIV, 49).

Сифакс убежал на запад Нумидии, собрал там новую армию и неожиданно переправился в Испанию. Следом за ним прибыл Масинисса и продолжил войну со своим заклятым врагом, но уже без поддержки из Карфагена. Вскоре Сифакс был вынужден смирить свои амбиции и замириться с пунийцами, а Масинисса вместе с племянником Массивой увел конницу на помощь карфагенянам в Иберию (Liv. XXVII, 19). Сципионы же решили пополнить свои поредевшие в боях войска местными контингентами и призвали под свои знамена кельтиберов. Эти воины служили за деньги, недаром Тит Ливий заметил, что «прежде у римлян в лагере не бывало никаких наемных воинов» (XXIV, 49). Но Гней и Публий не от хорошей жизни пошли на это. За победы при Авринге и над Магоном римляне заплатили очень высокую цену, и именно это обусловило появление кельтиберов в войсках братьев Сципионов. Характеризуя ситуацию на фронтах, историк напишет, что «в Испании не произошло ничего достопамятного» (Liv. XXIV, 49).

3. Разгром Сципионов

В 212 г. до н. э. армия Гасдрубала, сына Гамилькара, усиленная дополнительными контингентами, вновь появляется в Испании. Связано это было прежде всего с разгромом Сифакса в Африке и обострением обстановки на Иберийском полуострове, где Сципионы одержали ряд побед. В изложении Аппиана ситуация складывалась следующим образом: «Заключив с Сифаксом мир, карфагеняне вновь посылают в Иберию Гасдрубала с более многочисленным войском и 30 слонами, а вместе с ним двух других полководцев, Магона и другого Гасдрубала, сына Гисгона. С этого времени Сципионам война стала труднее, но и в этих условиях они побеждали» (VI, 16). Аппиан заблуждается, Гней и Публий больше не одержат ни одной победы.

В Испании дело шло к решающему столкновению. Это понимали и карфагенские полководцы, это понимали и братья Сципионы. За несколько лет походов и сражений ни одной из сторон не удалось добиться решающего перевеса. В основном шла борьба за союзников, поскольку именно поддержка местных племен могла обеспечить одной из противоборствующих сторон преимущество. Но испанцы внимательно следили за развитием событий и поддерживали то римлян, то карфагенян в зависимости от того, на чью сторону клонилось военное счастье. Несмотря на то что Сципионы сумели разбить Гасдрубала и не допустить его вторжения на Апеннинский полуостров, испанские армии Карфагена нависали над Италией, как дамоклов меч. Гней и Публий решили с этим покончить и окончательно подчинить Испанию власти Рима.

В начале лета Сципионы объединили свои армии и стали готовить наступление на карфагенские владения в Испании. На военном совете братья озвучили своё мнение, с которым согласились все присутствующие трибуны и легаты: «если до сих пор только и делали, что сдерживали Гасдрубала, стремившегося в Италию, то теперь пришло время делать все, чтобы война в Испании была доведена до конца» (XXV, 32). Стали разрабатывать план кампании.

Римлянам было известно, что теперь против них действуют три армии – Гасдрубала Баркида, его брата Магона и Гасдрубала, сына Гискона. Сын Гискона и Магон объединили свои войска, но Гасдрубал Баркид чувствовал себя достаточно уверенно и поэтому действовал сам по себе. Он выдвинулся с армией к городу Амторигсу и расположился там лагерем. Именно по нему и хотели нанести Сципионы первый удар. Решение в целом было правильным, поскольку противника всегда гораздо легче бить по частям. Но то, что произошло дальше, логическому объяснению не поддается.

Трудно сказать, кому из братьев пришла в голову светлая мысль, что если армия Гасдрубала Баркида будет разбита, то Магон и Гасдрубал, сын Гискона, уведут своих людей в горы, закрепятся на поросших непроходимыми лесами склонах и продолжат войну. Будут делать набеги на земли римских союзников и выжидать удобный момент, чтобы совершить поход за Ибер. Чтобы этого не случилось, Публий Сципион поведет две трети римской армии против Магона и Гасдрубала, сына Гискона, а Гней Сципион с оставшимися легионерами и кельтиберами атакует войска Гасдрубала Баркида.

Недаром римляне говорили, что кого Юпитер хочет погубить, того сначала лишает разума. И братья Сципионы здесь не стали исключением, поскольку более глупый план действий придумать было трудно. Действительно, им выпала уникальная возможность бить вражеских полководцев по одному, а вместо этого они уравняли свои шансы с противником, разделив войска. Непонятно, с чего Сципионы пришли к выводу о том, что Магон и Гасдрубал, сын Гискона, уйдут в горы, узнав о поражении Гасдрубала Баркида. Да и сам Гасдрубал ещё не был побежден, поэтому строить далеко идущие планы на случай его поражения было верхом некомпетентности. Вдруг Фортуна повернется к римлянам спиной, и победу будет торжествовать сын Гамилькара? Но братья об этом не думали, как не думали их трибуны и легаты. В римской ставке царили шапкозакидательские настроения, возникшие в результате прошлогодних успехов. Никто не удосужился обратить внимание на то, что против двух римских армий действуют уже три карфагенские армии, усиленные африканскими пополнениями. И что войска Сципионов в немалой степени укомплектованы кельтиберами, которые неизвестно как себя поведут во время боевых действий.

Объединенная римская армия выступила к городу Амторгис против Гасдрубала Баркида, в авангарде шли отряды кельтиберов, следом маршировали легионы. Римляне разбили свой лагерь напротив расположения карфагенян, и теперь противников разделяла только река Бетис. Вскоре Публий Сципион выступил в поход против Магона и Гасдрубала, сына Гискона, оставив брата разбираться с Баркидом. Но чем дальше Публий уводил свою армию от лагеря брата, тем больше он испытывал чувство неуверенности в успешном исходе предприятия. Римская армия стала подвергаться регулярным атакам нумидийской конницы, африканские всадники с утра до вечера кружили вокруг