Плоды мести - Андрей Юрьевич Болотов

гоблина. Он был готов к тому, что Гарб снимет эльфийское проклятие с Рати, поэтому перемене в ее внешности только обрадовался. А вот известие, что он снова станет отцом, едва не выбило пол у воина из-под ног. У него даже не возникло сомнений, что гоблин мог ошибиться.

Рати между тем придирчиво ощупывала перед зеркалом лицо. Проклятие и раньше накладывало не слишком заметный отпечаток на ее внешность, так что и меняться оказалось почти нечему. Длинные острые когти уменьшились и зубы перестали быть чересчур острыми. В остальном она осталось той же Рати с веснушками, косичками и курносым носиком, только чуть выше ростом. Хотя… что-то неуловимо-отталкивающее все же исчезло. Хапуга не смогла бы сказать точно, что именно, но оно всегда вызывало приступ гадливости при взгляде в зеркало. Теперь его не было. Осталось чувство удовлетворения от увиденного.

Девушка бросилась наружу к Гарбу, желая повиснуть у него на шее и расцеловать на радостях, но гоблин помахал на прощание свободной рукой и все с той же немного печальной улыбкой растворился в воздухе. Ее же на полпути перехватили мощные волосатые зеленые лапищи, подняли в воздух и крепко прижали к груди.

— Ты чего? — недоумевающе спросила она, но орк только смотрел на будущую жену с немым обожанием, и она обняла его в ответ.

* * *

На всякий случай Гарб еще раз повелел посоху перенести его к плененным друзьям. К его удивлению, чар немедленно среагировал, заставив гоблина насторожиться и на всякий случай наколдовать щит.

Шаман возник посреди сырого мрачного подземного коридора, скудно освещенного багровым светом факелов. И сразу больно стукнулся головой о каменный свод. Пришлось пригнуться, потирая ушибленное место и вспоминая недавно утраченную привычку горбиться.

Высоты прохода едва хватало, чтобы в нее помещался длинный посох. В некоторых местах каменные выступы, покрытые отвратительной на вид слизью, нависали слишком низко даже для него. Об один из таких Гарб и ударился, дополнительно получив сверху еще и несколько ледяных капель воды на макушку.

— Высота гномья, — хмыкнул жрец. — Следовало ожидать.

Может быть, Сандро и не сам все это затеял, но маленький народец однозначно вступил с ним в союз. Логично, что друзья оказались где-то в гномьих казематах. Бедные обманутые коротышки! Они даже не догадываются, во что их втянули. Шаман испытывал уважение к академикам в Льонасе, перенося это отношение и на остальных цвергов. Даже пережитое на окироше не изменило этого, и теперь гоблин собирался щадить гномов, если такая возможность представится.

Гарб огляделся, ожидая увидеть кого-то из компаньонов. В уходящих далеко проходах ни души. Шаман недовольно поморщился, соображая, в какую сторону пойти. Он даже прикинул, не стоит ли отправить духов в Шеоле на разведку, как вдруг до его чутких ушей донесся шорох.

— Выходи! — приказ прозвучал так властно, что Гарб и сам удивился.

Видимо, повелевать уже вошло в привычку.

Раздались торопливые шаги. Сутулая человеческая фигура выскочила из полумрака каменных сводов и замерла, разглядев гигантский силуэт гоблина.

— Хуан? — шаман едва узнал дрожащего человека. — Где остальные?

— Там-там! — седовласый мужчина в холщовом балахоне начал выглядеть жалким и перепуганным, как только утратил обычное хладнокровие.

Он указывал пальцем в сторону, откуда пришел.

Гарб улыбнулся: гобхаты чаще всего трусят почти так же, только бегают быстрее. Но что могло напугать вечно невозмутимого инквизитора до такой степени?

Шаман осторожно отодвинул человека за спину и медленно пошел в сторону опасности, готовый отразить любое нападение. Черная копошащаяся масса, быстро надвигающаяся на него, заставила вздрогнуть. Лишь спустя секунду гоблин осознал, что колдует. А еще через мгновение коридор осветил большой синий огненный шар, с нарастающим ревом понесшийся в сторону неведомой угрозы.

Глава 43

Волшебные палочки бывают разного размера и могущества. Обычный одноручный жезл нужен для вызова простых заклинаний, полезных в быту. Двуручный посох может выручить в бою. Башня мага — тоже своего рода палочка, внутри которой можно жить и творить. В башне, возведенной на месте силы, опытный маг становится непобедимым.

Пособие для начинающих колдунов

Сандро облаком мрака несся по темным коридорам гномьей тюрьмы, грязно ругаясь на всех известных языках. Колдун не собирался сдаваться, пока оставался хоть малейший шанс на спасение, но надежда таяла с каждой минутой. Только что он нашел развороченный загон для быка и разломанные в щепки двери двух камер. Обглоданные до костей тела тюремщиков еще пригодятся, но некромант невольно проникся уважением к силе, способной сотворить подобное без помощи магии.

Следов магического воздействия не нашлось. Посохом гоблин бы тоже действовал не так. Что же это тогда такое?

Впереди маячило нечто черное. Не такое бесконечно черное, как его облако, и оно шевелилось. С той же стороны шел поток невероятно мощной магии — колдун почувствовал его всем телом и усмехнулся, предвкушая порчу чужих планов.

Гость, будь он неладен, оказался тем еще предусмотрительным хитрецом. Он неспроста выбрал именно эту крепость, ведь ее главная башня высилась над источниками сразу двух энергий — жизни и смерти. Как раз то, что нужно для темных искусств. Местные гномы — весьма посредственные волшебники, предпочитающие совмещать магию с механикой, даже не догадываются, где живут. Замкнуть потоки Дэ и Тэ на себе оказалось проще, чем поднять одного мертвеца. Не пришлось даже ни с кем сражаться. Так что теперь нет на Лумее такого заклинания, которое бы Сандро не погасил, находясь рядом с источниками.

Каменные своды озарили синие всполохи. Некромант не стал дожидаться, пока чужая магия наберет силу, и просто бросился вперед. Он как раз прямо над источником могущества, так что даже щит не понадобится.

* * *

Адинук с Миленой устали преследовать хаотично мечущегося из стороны в сторону быка и просто начали бродить по нескончаемым коридорам подземелья в поисках выхода. Где-то перед ними бежал де Деса и время от времени вопил так, что его было слышно за милю. За ним по пятам, шустро перебирая коготками по полу, шел выводок арахниды. Паучки быстро сгрызали неосторожных цвергов, рискнувших выглянуть из бокового прохода на шум или просто не успевших захлопнуть дверь, и двигались дальше. Их влек вперед голод.

— Стоп, — насторожился эльф.

Предчувствие беды не обмануло остроухого барда. Прямо из темноты, пожирая паучьи тела, вылетело пламя.

— Ой, папочки! — закричал Адинук, узнав разновидность огня, который они вдвоем с Гарбом исследовали в Бездне.

От этого пламени не спасало ничего. Оно прожигало даже волшебные щиты, которые ставил гоблин.

Когда жар уже почти слизнул брови с лица барда, и троу мысленно попрощался с