Дикая Роза - Анна Альварес

Леонела тоже не спала. Усевшись на диванчик прямо против входной двери, чтобы случайно не пропустить Рикардо, она внимательно прислушивалась к звукам машин, уже довольно редко проезжавших по улице.

Наконец скрип тормозов известил ее о долгожданном возвращении жениха.

— Ты не спишь? — довольно притворно удивился он, увидев ее.

— Ты так поздно задержался в клубе?

Он начал было говорить что-то о заглохшем моторе и о необходимости построже спрашивать с Хаиме, не всегда достаточно внимательно следившего за машинами. Она всем своим видом старалась выразить насмешливое недоверие. Назревала ссора. Но тут зазвонил телефон. Они переглянулись: странно, в такое время! Разве что Дульсина из Европы.

Но это была Ванесса. Захлебываясь слезами, она крикнула Рикардо, поднявшему трубку, что Эдуардо только что покончил с собой.

— Я выезжаю к тебе! — прокричал в ответ Рикардо. Он повесил трубку и повернулся к Леонеле.

— Эдуардо застрелился, — медленно сообщил он. То, что она ответила, поразило его.

— И правильно сделал, — сказала так, будто ничего другого и не ждала.

— Что такое ты говоришь?!

— Их брак был карикатурой. Так лучше для них обоих. Он схватил ее за руку.

— И тебе не жалко человека, ушедшего из жизни подобным образом?

— Живых надо жалеть, а не мертвых, — ответила Леонела.

То, что сказал доктор Ирме Дельгадо после очередного осмотра, влило в нее силы:

— Теперь у меня почти не осталось сомнений, что мы поставим вас на ноги!

Верная подруга Ольга, присутствовавшая при этом, наклонилась к Ирме и радостно обняла ее за плечи. Когда доктор ушел, Ирма попросила Ольгу передать ей переносной телефонный аппарат и набрала номер конторы лиценциата Роблеса.

Поболтав для приличия с его секретаршей Сильвией о том о сем, Ирма спросила:

— Нет ли новостей от Федерико?

Сильвия сообщила, что лиценциат Роблес собирается вернуться в Мехико в этот четверг.

По лицу подруги Ольга поняла, что это известие не оставило Ирму равнодушной.

— Возвращается?.. Разумеется, со своей супругой?.. Что ты намерена предпринять?

Ирма пожала еще более худенькими после перенесенных страданий плечиками и ответила просто:

— Мстить, что же еще?

Но как это сделать, она не знала.

Розе было жалко всех: жалко Эрнесто, полного напрасных надежд, жалко Рикардо, в нетерпении ждавшего от нее записки, жалко, наконец, дона Себаса, пришедшего с намерением получить от Розы эту записку и ушедшего ни с чем, потому что, по словам Розы, она еще «не додумала всего».

В магазине Малена со смиренным видом сообщила ей, что «как повелось, сеньор де ла Уэрта просит Розу пожаловать к нему в кабинет».

К разочарованию Розы, дон Анхель был в другом галстуке, на ее взгляд, менее роскошном. Впрочем, он объяснил ей, что не всякий же день носить столь дорогой подарок.

Хозяин объявил Розе, что она произвела на его брата неизгладимое впечатление и попросил ее посетить их завтра в три. Если она согласна помочь Амалии с приготовлением обеда, то может завтра уйти с работы пораньше. Но она предпочитала избегать разговоров, которые в этом случае непременно бы начались среди продавщиц…

Назавтра, уйдя из магазина в положенное время, Роза тем не менее все успела приготовить и на кухне дона Анхеля. Амалия не могла на нее нарадоваться.

— Ты представить себе не можешь, что вытворяет на кухне Роза Гарсиа, — весело объявил брату Анхель.

Но Мануэль выглядел чем-то встревоженным.

И когда его внезапно вызвали к знакомому, которому неожиданно стало плохо, он наряду с сожалениями, которые просил передать Розе по поводу того, что ему не удастся попробовать ее яств, вдруг сказал Анхелю:

— Прости, но я хочу дать тебе один совет: не ужинай сегодня наедине с Розой.

— Ты с ума сошел! — возмутился Анхель. — Она простояла за плитой не один час.

Мануэль грустно посмотрел на него.

— У меня такое предчувствие, что если вы останетесь сегодня вдвоем, может что-то произойти. Послушайся меня, Анхель. Отвези ее домой, пока не поздно.

НОВАЯ ССОРА

Молчание длилось уже довольно долго. Рохелио не знал, что сказать брату. Ему самому все это казалось странным.

Садовник Себастьян снова был у Розы. Дома он ее не застал. Но Томаса сказала ему, что Роза не оставляла никаких поручений. Это означало, что записки, которую Роза обещала написать Рикардо, по-прежнему не существовало.

Если Рикардо и Роза хорошо поговорили во время своей последней встречи и расстались как друзья — а Рохелио верил брату, что так оно и было, — то молчание Розы трудно было объяснить.

Рохелио знал, что Роза никого бы не заставила страдать напрасно. Он предполагал, что, видимо, ей все еще трудно забыть о душевных ранах, которые в избытке нанесли ей в их доме.

Рикардо же считал, что прошлое должно быть забыто. Ему нужен был немедленный ответ. Напрасно Рохелио уговаривал его подождать хотя бы еще день-два. Рикардо сходил с ума от нетерпения узнать свое будущее и собирался немедленно увидеть Розу, чтобы покончить с тяготившей его неопределенностью.

Поразительно, сколько разных блюд можно приготовить из самых обычных продуктов! Роза не признавала да и попросту не знала заморских разносолов. Но мексиканская народная кухня, «бедняцкая», как выражалась Розита, была ей хорошо известна от Томасы, и обе они отлично владели ее секретами.

Сидя за столом с Розой, Анхель не уставал восхищаться ее гастрономическим талантом. Но еда едой, однако не только со щедрым столом связывал Анхель этот обед. Ему хотелось рассказать Розе о своем одиночестве и счастье семейного очага, которое он изведал полной мерой и которого теперь лишен.

— А вы не думаете простить сына? — спросила Роза. Дон Анхель ответил, что он бы простил, если бы сын обидел только его, своего отца. Но он обидел ее, Розу, а этого Анхель ему никогда не простит.

— Я уж и забыла про это, — беспечно махнула она рукой, — Да и кто я такая, чтобы из-за меня вам ссориться с сыном?

Анхель улыбнулся ей, как несмышленой девочке:

— Ты даже представить себе не можешь, что ты для меня значишь.

Когда с едой было покончено, дон Анхель объявил, что ужин был на славу, и он так наелся, что у него даже голова закружилась.

Вдруг за окнами как-то сразу потемнело и где-то, совсем рядом, прогрохотал гром.

— Этого еще не хватало!.. — сказала Роза.

По стеклам застучали крупные капли, и на дом обрушился ливень.

Роза с тревогой смотрела в окно.

— Ты хочешь домой? — спросил дон Анхель.

— Пора бы… Ничего, на автобусе доеду. Но он категорически воспротивился.