История одного эльфа - Галина Романова

— Сожалею, — я подержал лист, исписанный мелким почерком, и вернул его обратно, — но я не умею читать на человеческом языке.

— Тогда я распоряжусь, чтобы для вас документы перевели на эльфийский, — промолвил лорд Веймар и встал, захлопнув папку. — Поправляйтесь!

С этими словами он вышел, а ко мне бросились лорд Даральд и его дочь, захлопотали вокруг в четыре руки, наконец-то дали воды, но, видимо, что-то подмешали в нее, потому что я провалился в сон, едва сделав последний глоток.

Второй раз проснулся ночью, оттого что, неловко повернувшись во сне, шевельнул левой рукой. Боль стрельнула в плечо, и я невольно вскрикнул. Надо мной тут же склонилось незнакомое девичье лицо. Несмотря на темноту (горела одна-единственная свеча), я узнал соотечественницу. Видимо, она сменила деллу Исмираль возле моей постели. Девушка ахнула, всплеснула руками:

— Милорд? Как вы себя чувствуете? Позвать кого-нибудь?

— Кто ты? — спросил я, силясь в темноте понять, кого мне так напоминает эта девушка.

— Ленирель, милорд…

— Ленимирель? — не поверил я своим ушам.

— Нет-нет, вы, наверное, бредите. — Эльфийка попыталась дотронуться ладошкой до моего лба.

Но было поздно. Сжав две ее руки в одной своей правой ладони, я заговорил. Все, что копилось в моей душе эти годы, сейчас выплескивалось наружу. То ли у меня действительно начался жар, то ли сказалось напряжение последних дней, но я высказал этой девушке все. Все те слова любви и нежности, которые так и не сказал моей Ленимирель, все свои чувства, которые так долго не находили выхода. Я вспоминал наши встречи, в том числе и ту, самую последнюю, на рабском торгу в Ирматуле. Говорил и говорил, не замечая, как меняется лицо невольной слушательницы, и, выговорившись, опять провалился в сон.

А когда проснулся, чувствовал себя гораздо сильнее и бодрее. Надо мной склонилось лицо Эльфина. И его выражение ясно говорило о том, что, пока я спал, произошло что-то важное.

— Доброе утро, милорд, — приветствовал он меня мягким негромким голосом. — Как вы себя чувствуете?

— Не знаю как, — честно признался я.

В теле уже не ощущалось той слабости, которая была прежде, но рисковать и проверять, смогу ли я встать на ноги, что-то не хотелось. Лежать, в конце концов, было так приятно!

— Вы что-нибудь помните?

Я вздохнул:

— Все.

— И то, что наговорили моей сестре?

— А что… Вы все знаете? — похолодел я.

— Да, — потупился молодой маг. — Она рассказала мне все. Но я готов поклясться, что ни одно из услышанных мною слов не выйдет за пределы этих стен. Мне не раз уже случалось быть поверенным чужих тайн. Возвращающиеся на родину бывшие рабы несли в душе много такого, о чем не скажешь родным и друзьям. Они рассказывали все это мне… Не беспокойтесь, я сумею сохранить и вашу тайну. Но вынужден задать вам один важный вопрос. Что вы намерены теперь делать?

Как мне ни было плохо, я рассмеялся:

— А что я смогу делать? Я всю жизнь воевал. Я мечтал о военной карьере с тех пор, как себя помню. Я воин… то есть до недавнего времени был воином. Теперь моя жизнь рухнула. Что мне делать? Я сам хотел задать вам этот вопрос!

— В таком случае… не согласитесь ли вы вернуться на Радужный Архипелаг?

— Зачем? Кому я там буду нужен? Я умею только воевать…

— Война давно кончилась. Настала пора строить мирную жизнь, растить детей… любить, если уж на то пошло. Меня самого дома ждет невеста. Вы должны возродить Дом Дармира. И потом, на Коралловом Острове я знаю одного маленького мальчика, которому вы наверняка понадобитесь.

— Мальчика? — не поверил я своим ушам.

— Да. — Эльфин вдруг взглянул на меня как-то странно. — В разгар войны, шесть лет назад, одной из Видящих было видение о том, что род Дейтемира Кораллового прервался. Лорда убили, его младший брат и старший сын попали в плен и были казнены. Тогда все горевали о том, что пресеклась одна из древних родовых ветвей. Уже в конце войны стало известно, что в Ирматуле удалось выкупить буквально в самый последний момент дочь и младшего сына Наместника Кораллового, Эльдирель и Данемира. Я тогда подумал, что Видящие ошиблись, но после того, что казали вы, склонен верить в то, что они были правы, и у дейтемира Кораллового был только один сын. А юный…

— Данемир? — Я почувствовал, что у меня опять закружилась голова. Тот мальчик на помосте рядом с Ленимирель! — Он спасся?

— Да, лорд Тиндар Жемчужный выкупил его через подставных лиц вместе с сестрой. К сожалению, его мать не смогли купить — нужно было спасать детей. Лорд и леди Жемчужные успели помочь многим, жаль, что не всем.

— Данемир, — повторил я, глядя в расписной потолок.

— Два года назад мальчику грозила серьезная опасность, — продолжал Эльфин. — Если бы не самоотверженность моей невесты и преданность орков, он бы погиб. Сейчас он и его сестра остались совсем одни. Нет в живых даже опекунши, которая, кстати, и хотела его убить, чтобы проложить дорогу к высшей власти для своего сына. Так что теперь в поместье-столице Кораллового Острова двое сирот, которым очень нужен взрослый наставник, любящий и преданный. Наставник, который смог бы заменить детям отца.

Я поскорее опустил веки, чтобы молодой эльф не видел выражения моих глаз, но поднял их почти сразу, когда мастер Эльфин провозгласил:

— К вам тут посетитель. Желаете принять?

Посетитель возник в дверях и остановился на пороге, какой-то обветренный, даже вроде как постаревший, в человеческой одежде, которая сделала его еще меньше похожим на орка. Но те же самые черные глаза, подмигнувшие мне несколько дней назад из-под маски, внимательно смотрели в лицо.

— Ухарь? — Я приподнялся на локтях.

— Данха! — с видимым облегчением выдавил полуорк и бросился ко мне.

Мы обнялись — я из осторожности действовал только одной рукой.

— Ухарь. — Глаза не отрывались от полукровки. — Как ты меня нашел?

— Долгая история, — отмахнулся приятель. — Когда ты так внезапно исчез из Найредды, господин Хашша решил, что ты сбежал. Но я был уверен: стряслась беда. И отправился тебя искать. К счастью, имя Данха-и-Нура уже стало широко известно, и мне быстро удалось напасть на след. Но тебя так часто перевозили с места на место, что догнать удалось только здесь. Я поклялся, что вытащу тебя, и в конце концов все получилось… Прости!

— За что? — Я из-за его плеча посмотрел на Эльфина Невозможного, который тактично отошел к дверям. — Ты не виноват в том, что произошло!

— Но это из-за меня ты стал калекой! — воскликнул Ухарь и коснулся моей культи. — Я… немного не рассчитал силу. Но мне очень хотелось, чтобы ты перестал сражаться хотя бы на несколько дней!