Чайная роза - Дженнифер Доннелли

— А ты сама-то это понимаешь, глупая девчонка? Ты не сможешь выйти за Уилла, если уже выйдешь за меня! Кое-где такие вещи позволяют — в Аравии, в Африке, в Океании — но не в Нью-Йорке!

— Я не хочу выходить за Уилла.

Никлас закрыл лицо руками:

— Пожалуйста, Фиона. Пожалуйста. За последние двенадцать часов я видел много ненормальных. А теперь и ты туда же.

— Никлас… однажды ты уже брал меня в жены. А теперь я беру тебя в мужья.

— Ты прекрасно знаешь, что это было сделано для отвода глаз. На сей раз так не получится.

— Ты спас меня.

— Вряд ли.

— Спас. Меня и Сими. Поверил мне, когда я рассказала, что за нами гонятся. А теперь я спасаю тебя.

Ник поднял голову и посмотрел ей в глаза.

— Почему?

Фиона беспомощно пожала плечами:

— Потому что люблю тебя.

Подошел пристав и взял ее за локоть.

— Прошу прощения, мисс, но с арестованными разговаривать не разрешается, — сказал он и повел ее к трибуне судьи.

Эмс, сытый шумом по горло, начал снова стучать молотком.

— Тихо! Тихо! — крикнул он. — Еще одно нарушение, и я потребую очистить зал!

Когда шум прекратился, он сказал:

— Я готов поверить словам мисс Финнеган. И требую взамен только одного: доказательства. Советник, если мистер Сомс невиновен, я освобожу его, но издевательства над судом не потерплю.

— Ваша честь… — начала Фиона, но ее прервал Стивен, громогласно обличивший судью и суд. Он заявил, что это жестокое условие помешает его клиенту совершить запланированное венчание в церкви.

Он хватался за соломинку, пытаясь заставить Эмса передумать.

— Гражданская церемония не исключает религиозной, — возразил Эмс. — Они могут обвенчаться в церкви. Я не желаю препятствовать этому.

— Ваша честь, пожалуйста! — крикнула Фиона.

— Да, мисс Финнеган?

— Я принимаю ваше условие. Точнее, мы оба.

Эмс кивнул:

— Очень хорошо. Даю вам два часа на сбор необходимых документов. За это время я закончу разбирательство. Следующий арестованный, встаньте. Вы признаете себя виновным?

Фиона села. От усталости и потрясения у нее кружилась голова. К ней пытались прорваться сгоравшие от нетерпения три репортера. Тедди и Стивен их прогнали, но четвертый стоял на своем. Это была Нелли Блай.

— Тедди, я должна поговорить с ней, — услышала Фиона ее голос. — Не как репортер, а как друг.

— Ладно, Тедди, — сказала Фиона. И он сдался.

Нелли села рядом и наклонилась к Фионе вплотную, чтобы никто не мог услышать их разговор.

— Фиона, что вы делаете? — еле слышно спросила она. — Уилл любит вас, я знаю. И знала это раньше, чем он сам. Я видела, как он обхаживал вас тогда в Юнион-клубе, хотя и не признавался в этом. Видела вас вместе, видела, как он смотрел на вас. Почему вы причиняете ему такую боль?

— Потому что если бы я этого не сделала, они бы убили Ника.

— Фиона, это Америка. Убивать его они не собираются. Ну, получит небольшой срок… В худшем случае депортируют…

Фиона прервала ее.

— Небольшой срок? — гневно повторила она. — Чтобы дробить камни киркой, которую он не может поднять? Или бежать трусцой, скованным с другими заключенными? — При мысли о том, что Ника могут заковать в цепи и заставить заниматься тяжелым физическим трудом, ей чуть не стало плохо. — У него слабое сердце, Нелли, — всхлипнув, сказала она. — Он с трудом поднимает картину, не говоря о совковой лопате… или… или тачке с камнями. Он не выдержит там и недели… — У Фионы сорвался голос, по лицу заструились слезы. Ее силы кончились. Она чуть не потеряла Ника. И наверняка потеряла Уилла.

— Извините, Фиона. Я не знала. О боже, какой выбор вам пришлось сделать… Тсс… Простите меня… — начала утешать Нелли. Когда Фиона пришла в себя, Нелли выпрямилась, посмотрела на судью и крикнула:

— Будь ты проклят, Эмс, сукин сын!

Камерон, разговаривавший с очередным арестованным, остановился. Его лицо залила краска.

— Что вы сказали? — спросил он.

— Что слышал! Это суд или испанская инквизиция?

— Как вы смеете…

— Я скажу тебе, как это называется! Заставлять людей вступать в брак таким образом — это издевательство над законом! Ты знаешь это не хуже остальных, присутствующих в зале!

— Достаточно! — прогремел Эмс, вскочив на ноги. — Я требую уважения если не к себе, то к суду в моем лице! Пристав! — крикнул он. — Удалите из зала мисс Блай и всех представителей прессы! Немедленно!

Зал очистили, порядок восстановили, и Эмс продолжил допрос арестованного. Фиона с помощью Тедди смогла выйти через боковую дверь, избежав репортеров. Пора было ехать за документами. Своими и Ника. Тедди пытался переубедить ее. Решение Эмса противозаконно; суд не имеет права предъявлять такое условие. Они со Стивеном добьются отмены решения. Это займет всего несколько дней. Максимум неделю.

Фиона, махавшая рукой кебмену, обернулась.

— Неделю? Вы хотите, чтобы я оставила Ника в Тумс на неделю? Вы видели его лицо? Один бог знает, что там сделали с ним еще! — Кеб остановился, и девушка побежала к нему. — Я вернусь через два часа! — крикнула она. — Останьтесь с Ником! И не дайте ему сделать какую-нибудь глупость!

— Ему уже ничем не поможешь, — вздохнул Тедди, когда кеб тронулся. — Я пытался не дать сделать глупость вам.

— Элджин? Я думал, ваша фамилия Сомс, — сказал Камерон Эмс, глядя на свидетельство о рождении Ника.

— Нет, Элджин. Сомс — это фамилия моей матери. Я предпочитаю пользоваться ею.

Фиона уставилась на Ника. Это было для нее новостью. Очень скоро она сама станет миссис Элджин. Или Сомс? У нее закружилась голова; несколько секунд девушке казалось, что сейчас она упадет в обморок. Ничего удивительного. Она всю ночь не спала, ничего не ела, а потом возник деликатный вопрос о бракосочетании с Ником…

— А это что? — спросил Эмс, показав на аббревиатуру перед именем.

— Это… э-э… это означает «виконт».

«Господи, что он несет? — слабо подумала Фиона. — Никакие уловки уже не помогут. Мы перепробовали всё. Неужели он считает, что, притворившись особой королевской крови, сможет напугать судью?»

— Виконт? — переспросил Эмс.

— Да.

— Что буквально означает это слово?

— Старший сын герцога.

— Ваш отец — герцог?

— Шестой герцог Винчестерский.

Фиона злобно покосилась на него и одними губами произнесла: «Прекрати, дурак!» Сын герцога Винчестерского. Ага, как же… А кто тогда она? Дочь королевы Виктории?

Ник посмотрел на нее смущенным взглядом. Во всяком случае, ей так показалось. Сказать было трудно, потому что его левый глаз заплыл. Впрочем, он выглядел лучше, чем раньше. Судья позволил ему умыться. Кроме того, Ник причесался, надел привезенный Фионой сюртук и выглядел вполне пристойно. Как приличный молодой человек, а не уголовник.

Фиона тоже успела переодеться. Она прошмыгнула в квартиру Майкла незамеченной. К счастью, Мэри куда-то ушла с детьми. У себя в комнате Фиона сбросила измятую одежду и надела белую кружевную блузку и бирюзовую шелковую юбку. Потом быстро расчесала волосы и вынула из шкафа шляпу. Разыскивая в ящике свое свидетельство о рождении, она наткнулась на родительские обручальные кольца и сунула их в карман. Едва она добралась до гостиной, как дверь открылась и в квартиру вошел Майкл. Фиона, которой чуть не стало плохо, опрометью бросилась обратно. К счастью, он направился прямиком в туалет. Она не могла рассказать дяде, что случилось. Если бы он все узнал, то попытался бы помешать ей. Пока Майкл был в уборной, Фиона опрометью выскочила на Седьмую авеню, где можно было нанять кеб до Грамерси-парка. Чтобы найти маленький кожаный портфель, в котором Ник держал свои документы, пришлось потрудиться, но в конце концов она обнаружила его под кроватью. Потом вынула из шкафа чистую рубашку и сюртук и помчалась обратно в суд. Если Питер Хилтон и его команда хотят их сфотографировать, пусть фотографируют, но только не грязных и лохматых. По крайней мере, в день бракосочетания на них будет чистая одежда.

В день бракосочетания.

При этой мысли у Фионы задрожали руки. Она выходит замуж за Ника. Поклянется в верности ему, а он ей. Навсегда. Головокружение вернулось с новой силой. Она закрыла глаза, вонзила ногти в ладони и сосредоточилась на боли. «Нет, нет, нет! — твердила она себе. — Не думай об этом. Не думай ни о чем. Иначе тебе не выдержать».

Закончив изучать документы Ника, Эмс проверил свидетельство о рождении Фионы, а потом дал заполнить анкеты, необходимые для вступления в брак. Фиона попросила Тедди подержать кольца ее родителей. В судейской не было никого, кроме нее, Ника, Тедди, Стивена и Эмса. Фиона была рада этому. Утро превратилось в настоящий цирк, и клоуны еще ждали на ступеньках крыльца. Спасибо и на том, что их не заставили давать брачные обеты на глазах толпы.