Снести империю добра - Владимир Мясоедов

Глава 28

Из дальних уголков столицы постоянно подходили подкрепления. Ведь до самого последнего момента было неясно, по какому именно району города будет нанесен первый удар, а потому защитникам пришлось свои силы изрядно распылить. Когда к месту боя прибыл отряд передвижных баллист, играющих у темных эльфов роль артиллерии, демоны и нежить окончательно откатились к ногам своего повелителя. Нет, их боевой дух вовсе не был сломлен. А силы имелись как бы не в большем количестве, чем у всех противников, вместе взятых. Но какой опытный военный сочтет, что одержанная на несколько минут раньше победа может стоить жизней его бойцов и, возможно, его собственной жизни? Тем более что воспользоваться этим мини-отступлением защитники города не смогли. Они не пошли вперед, а принялись строить баррикады из разного хлама, считать потери, переводить дух и срочно оттаскивать многочисленных раненых к целителям. Волей-неволей внимание обеих сторон конфликта сосредоточилось на самом напряженном и заметном зрелище — поединке грозного предводителя демонов и мелкого зеленого коротышки, о котором уже тоже расходились по всему свету крайне неоднозначные и пугающие слухи. Причем вмешиваться в поединок никто и не думал. Подчиненные Сакромонда не желали злить своего хозяина, отбирая у него добычу. А защитникам столицы было далековато для эффективной стрельбы. Даже парящий в вышине дирижабль прекратил обстрел архидемона из бортовых пушек. Все равно в Сакромонда почти ни разу не попали. А когда наводчикам все-таки улыбалась удача, снаряды отбивала магическая защита.

— Рассеянная вокруг меня энергия была тебе нужна. А зачем? А затем, что я, как и всякое по-настоящему могущественное существо, способен довольно быстро втянуть рассеянную в окружающем пространстве силу. Восполнить свои резервы и быть вновь готовым к схватке с любым врагом! — Сакромонд продолжал хвалебную оду своему хитроумию и гениальности.

Повелитель Огненной Орды пребывал в полной уверенности, что он переиграл противника. И наслаждался своим триумфом. Он даже чуть ослабил натиск на попавшегося в его ловушку коротышку, чтобы не убить того раньше времени. В конце концов, хорошие слуги на дороге не валяются даже раз в тысячелетие. А что этот конкретный карлик ему повиноваться не согласен… Да кто и когда вообще склонял голову перед архидемоном добровольно?! Всех по-настоящему полезных соратников пришлось в свое время обламывать и подчинять так или иначе. И периодически приходится напоминать им, кто тут главный.

— Знаешь, на лишенном разума, но могущественном зверобоге или зверодемоне это могло бы сработать, — продолжал Сакромонд. — Незнакомый с логикой высший дух пал бы жертвой твоего коварства. И тупой вояка вроде Громокрокха, имеющий привычку сначала делать и лишь потом, если надо, думать, мог бы попасться в ловушку. Но было наивно предполагать, что я, Сакромонд, глупо пожру разлитую в окружающем пространстве энергию, которая благодаря твоим манипуляциям стала ядом!

— Ладно, раз по-хорошему не получилось, будем действовать по-плохому, — решил коротышка. — Я не хотел этого, но ты сам виноват. Смотри и ужасайся!

Гоблин, защитная сфера которого уже и сферой, в общем-то, не была, облегая Тимона скорее как слишком большие для него латы, вытянул вперед руки. Крутящаяся в воздухе пыль собралась в изображение Сакромонда размером с самого коротышку. Не слишком качественно сделанное и местами вообще расплывающееся, словно клякса, подобие все же было вполне узнаваемо.

— У тебя не получится, — заявил Сакромонд. И на всякий случай освободил одну руку от попыток раздавить иллюзию гоблина и создал при помощи нее заклинание, на несколько минут усиливающее его и так великолепную защиту от всевозможных магических угроз. Пренебрегать своей безопасностью хан Огненной Орды не намеревался. — Чтобы жалкий смертный мог победить меня в игре на моем же поле? Не бывать такому никогда! Тут и большинство настоящих богов спасует!

— Не боги горшки обжигают, не боги стоят у станка, не боги дают разным тварям пинка! — Коротышка криво ухмыльнулся и с размаха пнул созданное им подобие демона между ног.

Злобно зыркающие друг на друга армии оглушил грохот многочисленных взрывов, слившийся в один звук. На самом деле он прозвучал на долю секунды раньше, чем сапог гоблина достиг точки назначения. Но это заметили совсем немногие. А кто заметил, тот решил, что ошибся.

Архидемон, который временно ограничил свои способности по поглощению магической энергии из окружающей среды, заодно потерял и изрядную долю чувствительности. Если проводить аналогии, то, спасаясь от ветра, он натянул себе шапку поглубже на уши и старался дышать через рот, чтобы не почувствовать неприятный до рези запах. А заодно был отвлечен от окружающего мира своим противником, сосредоточив внимание на явно опасном коротышке. Не было ничего удивительного в том, что великий маг проморгал доставку размещенных в свернутом пространстве боеприпасов к месту назначения. А им служили ближайшие окрестности гульфика Сакромонда. К тому же, усилив свою магическую защиту и продолжая удерживать в волшебном кулаке упорно не желающего давиться гоблина, хан Огненной Орды несколько ослабил оборону от чисто физических угроз. Таких, как ударная волна и осколки. В общем, архидемон, в полном соответствии с расчетами Иллариона Убийцы, проморгал удар в точку, которую выбрал еще не определившийся с основным прозвищем Тимон. Возвышающийся, словно одинокая скала, гигант издал тихое для него, но все равно отчетливо слышимое по всей столице «Уууу!». Затем этот титан согнулся, как червяк, прижал к пострадавшему месту обе руки и завалился на бок, раздавив немало жмущихся к его ногам рядовых демонов.

— Фаталити! — провозгласил парящий в воздухе зеленый коротышка утробным голосом, похоже, воспользовавшись магией, чтобы придать ему какое-то потустороннее звучание и изрядную громкость. А затем картинно раскинул руки и поклонился взирающей на него снизу публике. — Тимон уинс!

«Контур нестабильного портала готов больше чем наполовину, — прозвучал в голове коротышки голос Иллариона. — Не отлетай от него далеко. Лучше вообще держись вплотную, чтобы он точно с этого места не ушел».

«А раньше это сказать было нельзя?! — мысленно панически заорал коротышка, не меняя пафосной позы. — На предыдущем этапе развития наших с Сакромондом взаимоотношений время еще можно было слегка потянуть. А вот сейчас, боюсь, он со мной разговаривать не станет!»

«Приму меры!» — пообещал великий чернокнижник.

— Разорву! Растерзаю! Зажарю целиком и буду поддерживать жизнь даже после того, как все мясо превратится в шашлык! Сожру! — Сакромонд, с которого слетел налет свойственной магам интеллигентности, показал свое истинное нутро.