Сирень - Б. Б. Рейд

Джерико завернул меня в полотенце, а Лорен отнес меня в спальню с самой большой кроватью. Забравшись под одеяло, я попыталась потянуть его за собой, чтобы немного вздремнуть, но он пробормотал что-то о том, что ему нужно принять душ. Я надулась, заставив его улыбнуться и поцеловать меня в губы, прежде чем положить мой телефон на прикроватную тумбочку и уйти.

Я даже не знала, что он был у него.

Дверь тихо щелкнула, когда закрылась за ним, но мои глаза уже были закрыты, поэтому я не смотрела, как он уходит. Все было хорошо и больно одновременно, когда я поерзала ногами и с удовлетворенным вздохом поглубже зарылась под прохладное дорогое одеяло.

У меня почти получилось.

Это был бы сон века.

Но нет.

На моем телефоне заиграл специально назначенный рингтон «Dear God» от XTC, и это звонил последний человек, которого я ожидала.

ПЯТЬДЕСЯТ

Отмена шоу всего за несколько часов до начала без объяснения причин была довольно явным показателем того, насколько низко я пал.

В данный момент мы снова летели на частном самолете и направлялись в какой-то город под названием Фейтфул, о котором я никогда не слышал. Я наблюдал, как быстро подпрыгивало колено Брэкстон, прежде чем одарить Лорена и Рика тем же непонимающим взглядом, которым мы обменивались с тех пор, как она сказала нам, что должна вернуться в Калифорнию.

Мы пытались получить ответы, но она не желала их давать. Нашим единственным выходом было наблюдать, как она собирает свое барахло, не оставляя нам другого выбора, кроме как схватить наше в тот момент, когда она выскочила за дверь без объяснений.

Мы могли бы заставить ее остаться и поговорить, но встревоженный огонек в ее глазах только повысил мой на несколько тысяч пунктов. Я никогда не отличался особой чуткостью, но как еще я мог объяснить, что оставил Ксавьера справляться с хаосом и рявкнул на Дани, чтобы она организовала вылет в последнюю минуту?

Я не стал утруждать себя мыслью о телефонном звонке, который мы получим, когда лейблу сообщат, что мы пропустили концерт. Мне было все равно. Возвращенные билеты будут выплачены из нашей скудной доли, хотя этого будет недостаточно для гнустного ебанного Карла Коула.

Я откинулся на спинку кресла, пока мы продолжали наш путь на юг, и задался вопросом, как я сюда попал. Семь, нет, черт возьми, три месяца назад я бы никогда не позволил Брэкстон вытворять то дерьмо, что она сотворила сегодня.

Я был зависим от того, чтобы контролировать все вокруг себя.

Даже больше, чем ее заявление о том, что она сексуально зависима.

Брэкстон не разрушала свою собственную жизнь и своих друзей только для того, чтобы прокормить свою зависимость.

В этот самый момент она не думала, что разрушит отношения, все еще находящиеся на стадии медового месяца, которые могли бы затмить все остальные, заказав самолет и отправившись обратно в Ванкувер.

Я думал.

Почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, я отвел глаза от окна, в которое смотрел, и обнаружил, что Лорен наблюдает за мной. Взгляд его глаз цвета воронова крыла, когда он сидел напротив меня, был напряженным и в то же время обеспокоенным. Упершись локтями в свои сильные бедра и сцепив руки у линии рта, он едва заметно покачал головой.

Он прочитал мои мысли и сказал мне, что оно того не стоило.

Будут и другие концерты, но наши шансы с Брэкстон были ограничены. Она была важнее. Важнее было убедиться, что она продолжит стоять на ногах всякий раз, когда жизнь будет сбивать ее с ног. Наше обоюдное согласие всегда ставить ее на первое место и никогда не оглядываться назад было инстинктивным, поэтому я знал о своем решении продолжать двигаться вперед задолго до того, как откинул голову назад и закрыл глаза.

Несколько часов спустя мы забирались в арендованный автомобиль, о котором Дани договорилась, чтобы он ждал нас, когда мы приземлимся. От аэропорта до города, где выросла Брэкстон, было тридцать минут езды, и в тот момент, когда я огляделся, у меня по коже побежали мурашки.

Брэкстон выросла не в таком уж большом окружении.

Вывеска, приветствующая нас в Фейтфуле, сообщала нам о девятистах людях, проживающих здесь. Это заставило меня вспомнить о нашей первой встрече и о том, какой невинной она выглядела. В конце концов, я пнул себя за то, что судил о книге по обложке только потому, что она с самого начала являлась подсказкой. Это не то, кем она была сейчас или даже семь месяцев назад, но когда-то давным-давно так и было.

Так вот почему она сбежала в Лос-Анджелес? Нуждалась ли она в чем-то большем, чем мог предложить ей этот крошечный городок? Брэкстон была больше, чем жизнь, по крайней мере, на мой влюбленный взгляд, так что я мог видеть, что это единственная реальная возможность.

Мы втроем молчали, пока Брэкстон указывала Рику, который был за рулем, куда ехать.

Я чуть не фыркнул.

Не похоже, чтобы он мог тут заблудиться, поскольку в городе не могло быть больше трех улиц. Бьюсь об заклад, в тюрьме здесь была только одна камера, никто и никогда не утруждал себя включением поворотника, учителя называли учеников по имени их старших братьев и сестер, а все школьные вечеринки проводились на «озере» или в кукурузном поле.

Мы ехали еще пару минут, прежде чем я покачал головой, когда мы проехали мимо нескольких подростков, мчавшихся по улице на газонокосилке.

Было чуть больше часа ночи, когда мы прибыли в небольшую больницу. Рик припарковался, и, отправив короткое сообщение, Брэкстон вылезла из машины, а мы последовали за ней.

Я ожидал, что она бросится внутрь, учитывая ее срочное прибытие сюда, но она лишь стояла на тротуаре, уставившись на вход, глубоко вдыхая и выдыхая через нос.

Повернув ее к себе, я заметил, как задрожали ее губы, и прижал ее к своей груди, в то время как Лорен и Рик стояли позади нее.

— Это было ошибкой, — прошептала она. — Мы должны просто вернуться.

Лорен выбрал этот момент, чтобы зевнуть так широко, как только мог, с видом, который говорил, что в ближайшее время он никуда не собирается, кроме как в постель. Когда он огляделся, я услышал, как он мысленно несет какую-то чушь о том, что его ни за что ни про что притащили в такую глушь, но он благоразумно держал рот на замке. Он