Чако, 1928-1938. Неизвестная локальная война. Том I - Олег Евгеньевич Царьков

Седьмой километр дороги Сааведра-Зентено представлял собой широкую каньяду, пересекающую дорогу, ведущую из Зентено (Алихуаты) на юг, к Муньосу. Эта прогалина в чакских дебрях протянулась с запада на восток на двадцать километров и местами достигала ширины в пять. На ее пространстве были разбросаны несколько исла, которые можно было использовать для организации опорных пунктов. Таким образом, каньяда седьмого километра представляла собой готовую позицию с широкими секторами обстрела, а ее протяженность позволяла не бояться тактических обходов. По плану генерала Х.Л.Лансы здесь должно было захлебнуться наступление парагвайцев. Подготовкой позиции занимался строитель Бокерона майор Ж.Хордан. Ему были подчинены все боеспособные солдаты, которых можно было найти в окресностях Сааведры. К развернутым на седьмом километре отряду каждый день присоединялись отступившие от Алихуаты солдаты и возвращаемые военной полицией дезертиры. Одной из главных проблем, возникших при строительстве земляных укреплений, стала не столько нехватка людей, сколько недостаток шанцевого инструмента: отступая, многие бойцы, бросили свои саперные лопатки. За исключением нескольких мачете и кирок, войска располагали только штыками и котелками. Понимая важность каждой минуты, Ж.Хордан в ожидании появления противника приказал отрыть стрелковые ячейки, хоть голыми руками. Зная, что в тылу их ждут пулеметы военной полиции и ускользнуть не удастся, бывшие дезертиры закончили свои окопы задолго до начала боя.

1 ноября к каньяде с севера подошел арьергард 4 боливийской дивизии, состоявший из уцелевших солдат 4 и 5 пехотных полков. Ими командовал подполковник Б. Бильбао Риоха. Генерал Х.Ланса высоко оценивший способности офицера, назначил его командиром боевого участка 4 дивизии и подчиняил сборный отряд майора Ж.Хордана и батарею Риверы. После боя у Campo de la mua muerta многие солдаты его батареи обзавелись пулеметами, брошенными отступавшими пехотинцами. В результате этого, его артиллерийское подразделение оказалось способным постоять за себя в ближнем бою. В скором времени на усиление собранных на южной стороне каньяды частей должен был прибыть 1 кавалерийский полк Абароа в составе 400 сабель. Центр позиции занимал батарея Риверы, прикрывшая около километра фронта. Ее орудия, выставленные на прямою наводку, перекрывали еще шесть километров вдоль каньяды. Пехота 4 дивизии растянулась тонкой цепочкой вправо и влево от батареи, заняла по фронту 10 километров. Это составило всего от 50 до 100 человек на километр фронта. Такая концентрация сил была явно недостаточной для прочной обороны, но выбора у подполковника Б.Риохи не было. Шло время, а противник не появлялся. С каждым днем на позиции прибывали подкрепления, концентрация войск и боевой дух частей постепенно росли. 4 ноября под командованием Б.Бильбао Риохи уже имелось 1500 штыков, и он приказал выдвинуть передовые заставы в ислах, разбросанных по каньяде и выслал к на её северный край дозоры.

Наступившим на фронте затишьем решили воспользоваться боливийские дипломаты. В открытом письме президент Д.Саламанка демагогически согласился принять посредничество Комиссии нейтралов по разграничению в Чако. Понимая, что раздел будет не в пользу Парагвая Э.Айяла проигнорировал это приглашение к диалогу. Он рассчитывал на прямые переговоры с противником на основе доктрины Мендосы. Об этом он приватно проинформировал Буэнос-Айрес, рассчитывая на его поддержку. Аргентинская дипломатия не могла извлечь из такой позиции выгоду и оставила этот намек без внимания. Открытый призыв к миру впоследствии позволил боливийским представителям в Лиге Наций объявить Парагвай агрессором, в чём его охотно поддержали США и их сателлиты.

5 ноября пехотный полк Корралес, составлявший авангард 2 парагвайской дивизии, вышел на 12 километр от Сааведры Это была северный упай каньяды: в пяти километрах к югу концентрировались войска противника. Парагвайское командование знало об этом, но не придавало этому значения, опрометчиво палагая, что боливийские солдаты утратили боевой дух. По свидетельству подполковника К.Фернандеса, легкая победа на Campo de la mua muerta, горы брошенного в Арсе и Алихуате имущества вселили уверенность в командование корпуса и 4 дивизии, что сопротивление боливийцев у Сааведры будет незначительным и не торопились. Атака была назначена на 7 ноября.

Эту эфорию подкрепляли разведывательные данные, а также сообщение о том, что 6 ноября авангард подполковника К. Фернандеса захватил фортин Платанильос, расположенный далеко к западу. Х.Ф.Эстераррибия и его начальник штаба Гарай считали, что боливийское командование, боясь глубокого флангового обхода и перехвата рокадной дороги Камачо-Муньос, будет вынуждено перебросить в этот район свои главные силы. Однако, боливийское командование проигнорировало эту угрозу и выделило для защиты фортина всего 126 бойцов. Они не могли долго удерживать свои позиции против 3200 солдат и после нескольких часов боя отступили на запад. На следующий день 1 дивизия атаковала фортины Боливар и Яюкуба. Их гарнизоны оказали упорное сопротивление, но силы были неравными боливийцам пришлось отойти на северо-запад. Захват этих фортинов привел к перехвату парагвайцами рокадной дороги, ведущей от Камачо на юг. Авангарду 1 пехотной дивизии удалось перехватить обоз I боливийского корпуса, в который входили санитарный парк и штабная эстафета. Эстафета везла секретную документацию, благодаря которой парагвайцам удалось уточнить военные шифры противника. Еще через день, 8 ноября, передовые части 1 дивизии заняли фортин Лоа, расположенный на дальних подступах к Баливьяну. За десять дней солдаты подполковника Х.Фернандеса прошла в трудных условиях более сотни километров и сильно растянула свои тылы. Этот манёвр был проигнорирован штабом генерала Х.Лансы. Его начальник штаба полковник Д.Торо убедил, что судьба войны на данный момент решается у Сааведры и оказался прав.

В военной литерутре медлительность командования 1 парагвайского корпуса, которому потребовалось сорок дней, чтобы преодолеть 189 километров от Бокерона до Сааведры. подвергается критике. По-видимому, первым кто начал об этом говорить был генерал И.Т.Беляев, привыкший к быстрому маневрированию в гражданскую войну. Чтобы понять, почеиу Х.Ф.Эстергаррибия и его штаб медлили, следует учитывать следующие факторы:

1. Большинство старших офицеров парагвайской армии не имели боевого опыта. Большинство из них получили образование в послевоенной Франции. Их учителя, имели за плечами опыт мировой войны, большая часть которой прошла для них в окопном сидении.

2. Информация о состоянии, вооружении и боевом духе боливийской армии была преувеличена и оценивался по боям у Бокерона. Генеральный Штаб считал, что на новом рубеже противник окажет столь же яростное сопротивление.

3. Наступление на юг требовало растянуть линии снабжения и улучшить работу тыла. В первую очередь, организовать снабжение водой и продовольствием, чтобы не повторились случаи, имевшие место под Бокероном. На организацию транспортных колонн также потребовалось бы время.

4. Операции шли по расходящимся направлениям, поскольку свежие резервы противника могли концентрироваться в фортинах Муньос, Баливьян и Камачо. Поэтому для успешного наступления требовалось иметь три