Отпусти - это всего лишь слово - Сан Тери

- А Санька мне про тебя все уши прожужжал, - с хитрым видом сообщила Юлька. - А ты правда жить у нас будешь? 

- Эээээ

- Так здорово - Юлька снова хлопнула в ладоши. - От Саньки же по телефону ничего не добиться. А я как узнала, что ты у нас, сразу приехала. Наташка даже обиделась, но я ей про вас рассказала, а мама тоже знает. Правда у них самолёт отменили. 

В этот момент Юльке позвонили, и схватив трубу она принялась радостно болтать, показывая жестами, что не забыла о моём существовании, и пока я тихо прифигевал переваривая полученную информацию, мне жестами указывали куда что запихнуть.

   Ладно ничего прорвёмся. Нихуя не понял, но прорвёмся как нибудь. 

Я тоскливо матернул Саню, очень надеясь, что он приедет поскорее, но где там. 

- Значит, я в душ, ты пока можешь мне что - нибудь сготовить. 

В прошлой жизни Юлька была полководцем не меньше, и сейчас с такой ловкостью распоряжалась маленький войском в лице меня, что оставалось только уважительно прифигеть и подчиняться. 

- Ты готовить умеешь?

- А что непохоже?

Я готов был взорваться, но девочка снова повисла на мне, пытаясь потаскать за щёки - Лапупушиндр, ты такой классный. На щеночка похож. 

Во бля, нихуясе заявленице.

- Так, гражданочка. - Я решительно скинул Юлькины руки.

- Смешнооооой. - Юлька взъерошила мне волосы, и не подхватив полотенце унеслась в ванную, оставив меня красиво хлопать ушами. 

- Сейчас освобожусь и тобой займусь, - крикнула она откуда - то из недр коридора роясь в тумбочках. - Бутеры сообрази пока. 

Что значит Юлькино "займусь", я даже боялся представить.

Хотел позвонить Саньке с воплем "Помогите на меня напала девочка инопланетянка" , но потом подумав настрогал бутер и запихал их в микроволновку.

Юлька выскочила через пять минут, с мокрыми волосами, в халате подпрыгивая от нетерпения, чувствовалось, что мылась она с метеорной скоростью. 

- Лопай. - Я поставил перед ней тарелку и подвинул чашку с чаем.

- Криворук, - девочка хохотнула и придвинула тарелку. - Присоединяйся. Сейчас перекушу, обед нормальный приготовим. А ты рассказывай, - непреклонным тоном потребовала она. - Как довёл братца до жизни такой?

- Ээээ - Я смотрел на Юльку откровенно обалдевшими глазами 

Юлька прыснула.

- Ник, ты специально такие моськи делаешь? 

- Нет, от рождения тик нервный.

   Я начал злиться. - Юля это уже не смешно. Будешь так с парнями разговаривать, никогда замуж не выйдешь, и вообще Я тебя старше.

   - Я придвинул кружку и обиженно забулькал чаем. Блин, не знаю, насчёт старше, но в данный момент мы с Юлькой оказались на одном уровне, однозначно. 

- Ха ха ха Напугал кота сосиской. Я замуж вообще не собираюсь, лесбиянкой буду. Мне девочки нравятся. Сане же можно...

Чаем я уже не давился выплёскивал равномерно на скатерть под звонкий Юлькин хохот.

- Я пошутила Ник. Не могу, ха ха ха, ты такой классный, ха ха ха, повёлся 

- Ююююллллиииияяяя! - Я начал стервенеть и пыхать паром. Юлька "писалась в кружки", и только что не падала с тубаретки. 

- Ой, ой мамооочкиииииии Лапупындр, не бузи. А то скажу Сане, что ты ко мне приставал. 

- Ты не сестрёнка, ты монстр! - слов не осталось и я в ужасе упал на табуретку, признавая поражение, и начиная смотреть на Юльку почти с восхищением. 

Юлька довольно хмыкнула - Это у нас с братцем семейное.

   Можно ли зажать солнце ладонями?

Я смотрел на Сашку за рулём авто, как он уверенно ведёт машину, спокойно, неторопливо, внимательно, и ощущал себя солнцем, чьих ладоней было недостаточно что бы зажать собственной рвущееся наружу сияние.

Сашка изредка ловил моё отражение краем глаза, улыбался, снисходительно. Вот он такой большой, сильный, здоровский, весь мой, Бля. За что? Ну что я такого сделал, что бы Саньку и мне? Для меня. Как драгоценный подарок перевязанный красной ленточкой. Я понимал, что вклеиваюсь в него, что уже дальше некуда, нереально, невозможно влюбиться так, что бы ехала крыша, а вот оказывается реально. Это реально когда ты любишь в человеке всё, широкие запястья, с причудливыми браслетами, плечи в кожаной куртке с воротником, тёмные волосы торчащие в разные стороны, и каждая прядка твоя. Нереальные глаза, блядские, удивительные, смеющиеся, и только ты знаешь, как они умеют смеяться. Для тебя.

Никто не знает каким придуроком он может быть - хочется петь эти слова как песню, хочется ...всего. 

Не выдерживаю, выбираюсь из ремня безопасности, обнимая Сашку за плечи и шепча ему на ухо...

- Ники, мы сейчас никуда не поедем, - ладонь Сашки собственнически хватает меня за задницу. - Ты на это всеми силами напрашиваешься. 

Машина плавно притормаживает, и я плюхаюсь на Саньку и плевать мне что о нас подумают.

- А кто кричал ни дня без учёбы?

   Я уже изнемогаю без него, без губ, без рук, без прикосновений. 

- Вот так вот ты на меня разлагающе действуешь - покаянно шепчет Сан щедро отдавая и руки и губы и прикосновения.

- Саня, ну кто - то из нас двоих должен быть морально сильным духом - впиваюсь в Сашкины губы, как умирающий от жажды в поиске глотка воды.

- Давай это будешь ты, ммм? - Руки Сана уже под футболкой, выдёргивают из джинсов, расстёгивают ремень, сидя в кресле пытается снять с себя рубаху.

- Всссёёёёёёё !!!! - ору вырываясь и отпинываясь, уползаю через силу, безжалостно сбрасывая впившиеся в меня ладони.

- В лицей твою мать! Учиться, учиться, и учиться, бля, как завещал великий Ленин.

- Ник, какая учёба? - когда Сан смотрит такими жалобными глазами, я готов перевернуть весь мир. - Я ж тут умру, блин, стояк аццкий - он неохотно газует понимая, что нет, не его сегодня день

- На дорогу смотри, да - решительно приказываю я, и дёргаю вниз змейку молнии.

- Твою мать, в аварию попадёёём, о божееееж - Сан шипит, стонет, тихо умирает, но не сопротивляется, позволяя мне делать всё, что заблагорассудиться. Пока моё заблагорассудиться не превысило лимит его терпения и он не дал по тормозам, почти в ста метрах от училища, выгибаясь и шипя, со стоном кончая мне в рот. 

- Ниииик

- Бон аппетит, Николь -задушевно пожелал я сам себе, проглатывая и облизываясь. 

- Николь!!!! - Сашка рывком привлёк меня к себе - Господи, я тебя так люблю малыш. 

В глазах его слёзы.

   - Мне страшно любить тебя Никит, страшно любить тебя так. 

- Не грузи, - долго целую его в губы. Оторваться не могу, но надо, мимо нашей машины начинают ходить любопытные.

И хотя любопытство не порок, в нашей с Сашкой случае оно нежелательно.