Трон тени - Векслер Джанго

— Люди слушают Дантона, — сказала Винтер. — Он — символ.

— Да он только и делает, что говорит! И где он сейчас, когда нам так нужен тот, кто сумеет заткнуть рты этим недоумкам?

— Наверное, у себя. После полудня должен выступить с большой речью. С новым ворохом избитых фраз! — фыркнула Кит. — Там, в зале, должна бы выступать Джейн!

— Королева пригласила ее, — возразила Винтер. — Но вместо себя она послала Абби. Заседания, речи… — она покачала головой, — боюсь, Джейн в этом не сильна.

— Тебя она тоже послала?

Лицо Винтер едва заметно порозовело.

— Нет. Я здесь сама по себе.

Ей припомнилась неловкая сцена в Вендре, что до сих пор служил Кожанам временной штаб–квартирой. Как только Джейн поручила Абби выступать от ее имени на заседании Генеральных штатов, Винтер объявила, что тоже отправится туда. Лицо Джейн — смесь обиды и смущения, приправленная щепоткой вины, — до сих пор стояло у нее перед глазами. Винтер все отдала бы, чтобы избавиться от этого видения.

Она попыталась оправдаться, что, дескать, хочет присутствовать при историческом событии, но Джейн, конечно же, не поверила. Однако она настояла на своем. Если остаться бродить по крепости, Джейн рано или поздно настигнет ее, и тогда от разговора не уклониться, а Винтер стремилась избежать его любой ценой.

«И я сбежала. Я опять сбежала».

Она судорожно сглотнула и поспешила сменить тему.

— Ну а ты? Не обижайся, но вид у тебя неважный.

Кит угрюмо уставилась вниз, в толчею зала.

— Неделя выдалась не из легких.

— Не увиливай.

— Я не могу уснуть. Все время думаю о… ну, ты знаешь. О той ночи в Вендре.

Винтер кивнула с неподдельным сочувствием.

— Когда меня впервые пытались убить, еще долго потом пришлось маяться бессонницей.

— Дело даже не в этом. — Кит понизила голос до шепота. — Я испугалась, конечно же, испугалась! Но…

Винтер терпеливо ждала продолжения.

— В ту ночь я… заколола охранника. Проткнула рапирой живот. Даже не задумалась. Он хотел убить тебя, он убил бы меня, если б только смог, и я просто… заколола его.

Она провела рукой по бедру, будто стирая невидимую грязь.

— Это оказалось так легко.

Винтер молчала. Попробовала вспомнить, как впервые убила человека, но истина состояла в том, что она не знала, как и когда это произошло. В бою — даже в тех мелких стычках, что приходились иа долю Первого колониального еще до прихода искупителей, — далеко не всегда понятно, попал ты в цель или промазал. Когда кто–то падает замертво, можно лишь гадать, убит ли он прицельно или просто подвернулся под шальную пулю. В некоем чудовищном смысле это даже к лучшему. Ее чуть не стошнило, когда впервые довелось расчищать иоле боя и хоронить трупы врагов, — но среди убитых не было ни одного, на кого она могла бы указать пальцем со словами: «Эту жизнь оборвала я».

— Знаю, ты думала, эта вылазка для меня только блажь.

Винтер хотела возразить, но Кит оборвала ее, предостерегающе вскинув руку:

— Все в порядке. Ты пыталась меня отговорить, и, поверь, я тебе благодарна. Но, по правде, я задумывалась об этом и раньше, до того даже, как мы двинулись на Вендр. Когда разошлись вести о том, что творит Конкордат, и люди в кофейнях заговорили о выступлении, я подумала: «Вот оно!» Я сказала себе: «Если ты примкнешь к походу иа Вендр, надо быть готовой ко всему. Готова ли ты умереть, если нужно? Готова ли убивать?» И я решила, что готова, но это потребовало… не знаю, как сказать. Это было серьезное, нелегкое решение. А потом, когда наконец дошло до дела, убить оказалось так легко. Один лишь простенький выпад, — Кит подняла руку перед собой, — вроде тех, какие мы тренировали перед зеркалом. И я даже не стала всматриваться, каков собой этот человек, как выглядит. Куда больше меня заботило, что позади него окажется другой и он насадит меня на штык. Только потом, много позже, я начала размышлять, как все это произошло, и одна мысль меня поразила: неужели все так и должно быть?

Кит сомкнула глаза и тяжело вздохнула:

— Или это со мной что–то неладно?

Наступило долгое молчание. Наверное, сейчас Винтер должна была что–то сказать, дать зеленому новобранцу практический совет опытного сержанта. Вот только здесь не Хандар, и она не сержант, а Кит не новобранец — и всего на три года младше нее. «Да и в любом случае, что я, черт возьми, могу ей посоветовать?» Ей вдруг вспомнилось, как, спасая Фица Варуса от подручных Дэвиса, она ударила Уилла камнем по голове, просто чтобы вывести из строя. Потом оказалось, что она его убила — убила, не задумываясь и даже, на самом–то деле, не желая убить.

«Если с тобой что–то неладно, то и со мной тоже», — подумала она, но произнести это вслух у нее не хватило духу.

— Извините, — проговорил незнакомый голос. — Это вы — Винтер?

Девушки разом оглянулись. Чуть поодаль, учтиво дожидаясь ответа, стоял молодой человек с бородкой, в безвкусно яркой одежде, какая в ходу у портовых рабочих. Говорил он со странным рокочущим акцентом, и нечто неуловимое в его манере держаться наводило на мысль об армейской выучке. Винтер оттолкнулась от перил, рассеянно отряхнув с ладоней деревянную труху.

— Да, это я, — ответила она настороженно. — Кто вы такой?

Всего лишь посыльный. — Незнакомец вынул из нагрудного кармана и протянул ей сложенный вчетверо листок бумаги. — Прочтите как можно скорее, но прежде удостоверьтесь, что рядом никого нет.

— Но почему? Кто это прислал?

Молодой человек быстро глянул на Кит и пожал плечами.

— Это все, что мне велено было передать. Удачи.

— Удачи? — переспросила Винтер, немало озадаченная, но посыльный уже бодро направлялся к лестнице, каждым шагом поднимая крохотные облачка пыли.

Она посмотрела на записку, затем перевела красноречивый взгляд на Кит.

— Я побуду с остальными, — сказала та, отходя от перил.

Винтер развернула листок. На нем была всего пара фраз, начертанных изящным аристократическим почерком, который делал подпись излишней:

«Винтер, Конкордат нанесет удар по Генеральным штатам. Спешу с подмогой. Тяните время.

Янус».

Винтер стиснула записку в пальцах, вне себя от накатившего гнева.

«Загнал меня в этот бедлам, неделями ни словом не давал о себе знать, а теперь сообщает, что сюда идет Орланко и я должна тянуть время?! Как? Устроить цирковое представление, чтобы отвлечь шпиков?»

Она глянула вниз, на зал, где все еще выступала Абби, и на смену гневу пришел леденящий страх.

«Яйца Зверя! Если сюда заявятся „черные", начнется паника. Да что же себе позволяет этот чертов Орланко?»

Она почти бегом бросилась на край балкона, где ждали Кит и другие. Под любопытными взглядами схватила Кит за руку и оттащила в сторонку, туда, где их никто не мог услышать.

— Что случилось? — спросила Кит. — В чем дело? Это от Джейн?

Винтер лишь помотала головой. И, повинуясь внезапному порыву, оторвала нижний край листка с подписью, а потом протянула записку ей.

— Кто это прислал? — Кит не удержалась, посмотрела на бумажную полоску в руке Винтер. Та безжалостно смяла обрывок в тугой шарик.

— Человек, которому я доверяю, — вслух ответила она.

«Мне так кажется».

— И ты в самом деле думаешь…

— Да.

— Но это же безумие! Генеральные штаты собрались здесь по приглашению королевы. Это государственная измена!

— Скажи об этом герцогу при встрече! — огрызнулась Винтер.

Кит ненадолго примолкла. Наконец проговорила:

— Что же нам теперь делать?

— Не знаю! Дай подумать. — Винтер быстро глянула на стайку девушек — те, позабыв о скучном заседании, теперь во все глаза смотрели на них. — Для начала давай попытаемся вывести их отсюда. Как только будем внизу, я попробую разыскать Гифорта. У него под началом жандармы — может, у нас выйдет соорудить баррикаду.

«И кроме того, он у меня в долгу».

— Ладно. — Кит глубоко вздохнула. — Ты, конечно же, не при оружии?